Где живут вислоухи и косопузы: исторические прозвища русских горожан (10 фото)

Брянск

Странные они, эти брянцы. В субботу весь честной народ на ярмарку едет. Жители Брянска туда же. Но если нормальные люди благополучно приезжают на торг, то брянские поселяне оказываются на гумне или выпасе. А всё из-за лошадей: как только брянец выезжает со двора в телеге, то тут же засыпает. Ну а конь сворачивает с дороги и идет туда, где травка растет. Проснется селянин — ветер шумит в деревьях, а довольный коняга траву ест. За такую беспечность соседи и прозвали брянцев куралесами.

И таких прозвищ, обидных и забавных, в русском языке существовало когда-то великое множество. Немало воды утекло с тех пор, некоторые обстоятельства, породившие прозвища и присловья, безвозвратно забылись. Но понять, откуда взялись самые необычные и колоритные из них, очень даже можно.

Тверь

Тверь — город в истории весьма видный. Тем удивительней и обидней старинное прозвище тверичан: козлы. Справедливости ради, у жителей хватает чувства юмора не обижаться на этот табуированный в некоторых социальных кругах ярлык. Но вот откуда он взялся, этнографы спорят до сих пор.

Самая вероятная версия гласит, что козлами первоначально называли не тверичан, а жителей села Кимры, которые делали крепкую обувь из козлиной кожи. Вот и у Даля «козел» — одно из наименований сафьяна. Существует даже историческая байка, что незадолго до Отечественной войны 1812 года кимрские обувщики пошили для армии Наполеона большую партию качественных сапог из козлиной кожи. Когда после начала вторжения об этом узнал Александр I, он отпустил в адрес жителей Тверской губернии (Кимры относились к ней) несколько крепких выражений, самым вежливым из которых было: «Козлы!»

Есть и вторая версия, более академическая. Она восходит ко временам политической борьбы между Москвой и Тверью за главенство в русских землях в XIV–XV веках. Именно тогда появилась поговорка «Тверичане такой упрямый народ, что и козла на колокольню затащат».

Рязань

Рязань, а в древности Переславль-Рязанский, — город не менее древний, чем Тверь. И у него тоже имеется обидное прозвище для горожан: косопузые или даже кособрюхие.

Произошло оно от того, что рязанцы в древности носили за поясом топор, и из-за него издалека казалось, что их живот выглядит косым. В такой версии солидарны друг с другом Владимир Даль и его современник этнограф Иван Сахаров. Но вот в объяснении, почему рязанцы не расставались с топором, ученые разошлись. Даль полагал, что с ним ходили лишь плотники, но их было много, так как Рязань славилась этим ремеслом. А Сахаров считал, что поскольку Рязань стояла на опасной дороге близко к границам, то в любой момент в дома горожан могли вломиться охотники до легкой добычи из Дикой Степи. Вот и приходилось держать за поясом топор или другое оружие.

Пенза

Пензяков зовут толстопятыми. По одной из версий здешние крестьяне носили лапти с двойной подошвой, то есть «толстой пяткой», так как это продляло срок службы обуви.

Другая версия интересней. Во время перехода русской армии через Альпы в 1799 году под командованием Суворова почти все солдаты сильно натирали ноги. А вот пензякам лишения были нипочём, потому как они носили защищающие от мозолей носки с двойной пяткой, которые вязали только в Пензенской губернии. Когда Суворов узнал об этом, он произнес: «Ну и молодцы, пензяки толстопятые!»

Пермь

Соляной промысел на Урале был основным в средние века. Прозвищем солёные уши первоначально называли грузчиков пермских пристаней на Каме. Они таскали на плечах четырехпудовые мешки с солью и от этого их уши, постоянно трущиеся о грубую холстину, просаливались и краснели. Постепенно прозвище распространилось на всех пермяков, и теперь поговорка «пермяк солёные уши» стала неотъемлемой частью городского фольклора.

Вятка

Вятичей называли слепородами из-за одного исторического казуса, случившегося не то в XIV, не то в XV веке. В городские хроники он вошел под названием Хлыновское побоище. Вятку (а в ту пору она носила название Хлынов) осадили татары. На подмогу соседям выдвинулось войско из Великого Устюга, но татары неожиданно ушли сами, а устюжане подошли к Хлынову не с той стороны, откуда их ждали. К тому же дело было ночью. Вятичи приняли их за татар, окружили в овраге, названном позже Раздерихинским, и завязался бой. Пока разобрались, что к чему, погибло несколько сотен воинов и с той, и с другой стороны. Так вятичи получили прозвище слепороды.

Муром

В XIII веке жители Мурома обвинили в прелюбодействе своего епископа Василия и выгнали его из города. Однако в «Повести о Рязанском епископе Василии», написанной в XVI веке, летописец утверждал, что обвинения были ложными и что муромлян «бес попутал». В доказательство своих слов автор рассказывал, что изгнанный Василий подошел к Оке, бросил в воду свою мантию, встал на нее, словно на плотец, и поплыл против течения в Старую Рязань, где его приняли с распростертыми объятьями. Позже Василия возвели в ранг святого, а попутанных бесом муромлян стали называть святогонами.

Псков

Жителей Пскова в старину называли скобарями. По одной из версий прозвище пошло из-за того, что псковичи славились своими скобяными изделиями, которые в большом количестве шли на строительство Санкт-Петербурга. По другой версии прозвище образовалось по Скопской волости, упоминавшейся в летописях XV века. По третьей — это производное от латышского слова «skops», что означает скупой. Так латыши называли соседей за их прижимистость и жадность. Интересно, что впоследствии слово «скобарь» в некоторых северо-западных областях приняло именно негативную коннотацию — так стали называть всех невоспитанных провинциалов, жадных и недоверчивых.

Воронеж

Такой же негативный оттенок носит и прозвище воронежцев — жлобы. Доподлинно неизвестно, почему к жителям столицы российского Черноземья пристал столь обидный ярлык. Есть версия про жёлобы, по которым спускали на воду первые корабли Петра I (общеизвестно, что Воронеж был колыбелью русского флота). Первоначально жители других городов так стали называть воронежцев, а потом сократили до «жлобов», что в ту пору не имело никакого отношения к хамству и бескультурью. По второй версии в годы Первой мировой войны в Воронеж эвакуировалось большое количество жителей западных регионов, и численность еврейской общины в городе выросла в шесть раз. Именно евреи и принесли с собой уже ходившее у них в обиходе слово «жлоб», которое затем разнеслось по всей стране. В целом, оно тогда означало то же самое, что и в наши дни.

Коротко

• Новгородцы — долбёжники. Город стоял на западной границе Руси и в средние века часто воевал то со шведами, то с немцами. Поскольку владеть железным оружием всем было не по средствам, то почти у каждого новгородца имелась увесистая дубинка на случай лихой годины. Ими-то они и долбили своих врагов;
• Жители Ростова Великого — вислоухие. Связано с их традиционным зимним головным убором с длинными ушами, напоминавшим по виду бурятский малахай;
• Борисоглебцы — кислогнёздые. Прозвище пошло от их традиционных скорняжного и клееварного промыслов, из-за чего в городе нередко стоял неприятный кислый запах;
• Холмогорцы — заугольники. Произошло от городской байки про то, что когда молодой Петр совершал инспекционную поездку на север, жители Холмогор прятались от ока государева за углами своих домов, потому как происходили из беглых крестьян и боялись монаршего гнева. Но скорее всего прозвище произошло от географического положения Холмогор, расположенных за изгибом Двины;

• Дмитровчане — лягушешники. Город стоял в болотистой местности, которую нередко оглашало лягушачье многоголосье. Проезжие и прохожие были так оглушены кваканьем, что с негодованием прозвали жителей лягушешниками;
• Владимирцы — клюквенники. Те же самые болота с лягушками окружали и Владимир. Но его жители получили прозвище из-за ягоды, которую они поставляли к княжескому, а затем царскому столу;
• Вязьмичи — прянишники. В старину о городе ходила поговорка: «Мы люди неграмотные, едим пряники неписаные». Она подразумевала, что в отличие от Тулы с ее печатными пряниками, в Вязьме делали изделия попроще, но не менее вкусные;
• Егорьевцы — головотяпы. Никакого обидного смысла. Даль предполагает, что жители Егорьевска славились своими ветеринарами, которые, в том числе были и спецами по убою и разделке туш. То есть «тяпали» головы скоту. Позже интересное слово «подсмотрел» у Даля Салтыков-Щедрин и дал ему совсем другой смысл. Он назвал головотяпами жителей выдуманного города Глупова за то, что те «тяпались» головами обо все, что встречалось у них на пути.

Есть такая поговорка: «Что ни город, то норов». И она абсолютно точна, потому как почти у всех древнерусских городов были свои изюминки, отличавшие их от соседей. Порой они оборачивались прибаутками, смысл которых не могли установить даже русские этнографы XIX века. Например, «Во всей Онеге нет телеги», или «Ржевцы батьку на кобеля променяли». «Нижегородцы не уродцы» — ведь не на пустом же месте возникла эта поговорка.

Но в основном каждой прибаутке было свое объяснение. Лубочное, сказочное, забавное, неожиданное.