Одна очень странная лаборатория (58 фото)

23 октября 1985 года, в Москве, в целях контроля спонтанной концертной деятельности независимых и самодеятельных московских музыкальных рок-коллективов, по решению тогдашнего 1-го секретаря МГК КПСС Виктора Гришина, при Едином научно-методическом центре Главного управления культуры Исполкома Моссовета была организована Общественная организация Московская рок-лаборатория. Первым её директором стал Булат Турсунович Мусурманкулов, позже в 1986 году его сменила Ольга Николаевна Опрятная, энергичная бывшая сотрудница Министерства культуры СССР, имеющая полезные связи, как Минкульте, так и  в горкоме партии и даже КГБ.

МРЛ объединила почти все существовавшие на то время московские и подмосковные музыкальные коллективы не имевших профессионального статуса и контрактов с филармониями и иными государственными организациями.

Ведь тогда по закону исполнять свои произведения со сцены и получать за это гонорар могли лишь члены Союза Композиторов. Рокеры таковыми не являлись, и потому считались любителями, ещё и «идеологически чуждыми».

Власть то игнорировала всю эту гитарно-ударную вольницу, то начинала с ней бороться. Некоторые коллективы, например, Машина Времени, смогли получить профессиональный статус, устроившись на работу в Росконцерт или разные городские филармонии. Это открывало путь на стадионы, но влекло за собой и массу всевозможных ограничений. Поэтому большинство групп предпочитало не связываться с системой, а музицировать на свой страх и риск.

И вот, наконец-то, выработалась компромиссная идея: под присмотром властей создалась организация, которая предоставляла бы «подпольным» группам определённую свободу — возможность репетировать, давать концерты и даже записывать альбомы. Кроме того, так возникала возможность собрать все эти группы воедино и следить за всеми ними сразу. И одновременно отсекать и подавлять тех, кто не хотел принимать предложенные правила игры.

Так в стенах лаборатории собрались совершенно разные музыканты, как известные и до сих пор, так и совсем забытые — от Бригады С Гарика Сукачёва (подробнее — здесь: https://fishki.net/3156589-bryol-bryol-bryol--i-dobryol.html) до Звуков Му Петра Мамонова (подробнее — здесь: https://fishki.net/2946218-cary-monah-i-bes.html), от неостиляг из Браво до металлистов из Э.С.Т. (подробнее — здесь: https://fishki.net/2996359-10-let-bez-zhana.html), от залихватских панков Чудо-Юдо до «куртуазных маньеристов» из Бахыт-Компота (подробнее — здесь: https://fishki.net/3415621-pojet-huligan-velikij-magistr.html), от авангардистов Тупых до арт-махновцев Монгол Шуудана (подробнее — здесь: https://fishki.net/4935408-mongolyskij-pochtalyon.html).

Причём, как оказалось, слово «лаборатория» в названии появилось не просто так.

«В 1984 году вышло постановление Министерства культуры по усилению работы с самодеятельными ансамблями, и там была такая строчка: “организовывать творческие лаборатории… ”. Вот я и говорю: “Давайте организуем творческую лабораторию! Строчка-то есть!” Так мы и создали творческую лабораторию рок-музыки» (из воспоминаний Булата Мусурманкулова, 1-го руководителя МРЛ).

С одной стороны, создание единой площадки для андерграундных музыкантов в Москве давало легальную основу и упрощало жизнь «самодеятельным» музыкантам. Однако, многие из них с недоверием относились к подобной «заботе», подразумевающей монополизацию концертной деятельности под зонтиком официальной институции. Ведь её, как и чуть ранее, в 1981 году, Ленинградский рок-клуб, создали через профсоюзную организацию «Межсоюзный дом самодеятельного творчества» (МДСТ), где тогда работал Юрий Резниченко, на тот момент — директор молодёжного центра Московского горкома ВЛКСМ. Про него говорили, что он тесно связан с КГБ. А директоров МРЛ начали назначать из числа функционеров Единого научно-методического центра народного творчества при Главном управлении культуры/ЕНМЦНТ.

«Конечно же, создавали её для контроля, и оказались мы там насильственно. После одного из концертов на Садовой-бис нас пригласили в местное отделение милиции, где человек в штатском предложил подписать отказ от проведения подпольных концертов во избежание уголовного преследования. И сообщил, что товарищ Гришин, занимавший в то время пост градоначальника, подписал указ о создании Московской рок-лаборатории и, мол, ждите, вам позвонят, а если же откажетесь подписывать, то проблемы возникнут не только у вас, но и у ваших родителей. Шантаж был безупречно профессиональным.

Сейчас все это вспоминается с юмором, но тогда атмосфера была довольно гнетущей. Через некоторое время нам позвонили и велели приехать на собрание в Единый научно-методический центр на Никольской. Там собрались если не все, то почти все существовавшие тогда московские группы. Работал КГБ четко, и все мы разом оказались “под колпаком у Мюллера”.

Но в итоге рок-лаборатория повлияла на альтернативную сцену, несмотря ни на что, крайне положительно. Там работали множество порядочных людей, которые реально помогли многим музыкантам встать на ноги. Несколько громких фестивалей в “Горбушке”, помощь в записи альбомов, организация концертов, непритязательный процесс визирования песен и много чего ещё» (из интервью Армена Григоряна (Крематорий, подробнее здесь: https://fishki.net/3481746-chelovek-v-shljape.html) порталу «Москвич Mag»).

Автор книги «100 магнитоальбомов советского рока» музыкальный журналист Александр Кушнир писал, что на 1985 год как раз пришёлся пик прессинга на рок-музыку в СССР, за 2 предыдущих года в Москве не прошло ни одного электрического концерта, а те, что проводились, проходили с проблемами. Поэтому было хорошо, что появилась какая-никакая официальная организация, которая «наведёт порядок».

В 1986 году после начала отборов в члены МРЛ в Москве определились группы-фавориты, такие как Звуки Му, Николай Коперник, Браво, Ночной проспект, Ва-Банкъ (подробнее — здесь: https://fishki.net/4380312-bocman-feliks.html).

Тогда же рок-лаборатория договорилась с Ленинградским рок-клубом, и провела летом 1986 года в ДК МИИТ совместные выступления.

«Очаровательная акция, отыграли 10 групп за 1 день: 7 самых классных московских коллективов и супердесант из Ленинграда — Аквариум, Кино и Алиса.

Да, там было жёстко в плане прессинга с фиксированием происходящего и тесно в небольшом зале, но ничего подобного в предыдущие несколько лет не было, чтобы на одной площадке отыграли лучшие представители 2-х школ рока» (из воспоминаний А. Кушнира).

«В Ленинграде рок делают герои, в Москве — шуты», – эту цитату Виктора Цоя (Кино) часто вспоминают, когда пытаются сравнивать ленинградский и московский рок 1980-х гг.

Да, тогда и МРЛ, и ЛРК выполняли схожие функции, и преследовали одни и те же цели. Обе подчинялись советскому официальному органу. Но отличия были.

Президент рок-клуба выбирался из числа самих музыкантов (хотя фактически почти всё время его существования пост занимал бессменный Николай Михайлов), то есть был человеком, хорошо знавшим стремления, потребности и проблемы его участников. Московские же управленцы не готовы были допустить подобную вольность, поэтому рок-лабораторией руководил «специально назначенный человек». И столичная «прописка» влекла за собой более сильное идеологическое и административное давление. Существовала и некая цензура в отношении текстов — протестные настроения не поощрялись. Тогда как в Ленинграде во 2-ой половине 1980-х гг. играли такие мощные социально-активные команды, как Алиса, ДДТ и особенно ведомый пламенным революционером Михаилом Борзыкиным (подробнее — здесь: https://fishki.net/4151262-oppozicioner-ot-roka.html) Телевизор, в Москве ничего подобного быть не могло.

Но со временем структура МРЛ стала более демократичной. Так в отличие от ЛРК, при котором выходил лишь небольшой журнал «Рокси», она «позволила» себе издавать многотиражный рок-журнал «СДВИГ» (Свидетельство Длительной Выдержки И Героизма — аббревиатура, придуманная Ольгой Опрятной), а затем и приложения к нему, газету «СДВИГ-Афиша».

За время существования рок-лаборатории было подготовлено 7 номеров «СДВИГа». Однако в печать ушли лишь 5.

Первым редактором «СДВИГа» был выпускник факультета журналистики МГУ Владимир Марочкин, проявивший себя впоследствии как писатель, музыкальный критик, издатель и редактор газет и журналов о рок-музыке. Под его руководством были подготовлены 3 первых номера. Из них 2 были отпечатаны на ксероксе в формате самиздата в конце 1987 года и весной 1988 года, тиражами 80 и 100 экз. соответственно. Следующий номер был свёрстан к осени 1988 года, но в печать не ушёл. Этот номер собирались выпустить уже типографским способом тиражом несколько тысяч экземпляров, но по ряду причин, в том числе из-за проблемы с приобретением бумаги, запустить в печать его так и не удалось.

После «самиздатовских» номеров издание «СДВИГа» было приостановлено более, чем на год. А   1989 году Марочкин ушёл из МРЛ, и на какое время «СДВИГ» оказался бесхозным.

Через какое-то время на его место пришёл Александр Агеев. «Бумажную проблему» удалось решить. Была найдена и хорошая типография в Мытищах. Но к тому времени часть материалов устарела, и было решено делать новый №3, оттолкнувшись от контента старого. И 1-й «СДВИГ», изданный в профессиональной полиграфии вышел лишь зимой 1989 года, но, тем не менее, тиражом 10 тыс. экз.!

Но осенью 1990 года и Агеев перешёл из МРЛ гл. редактором музыкальных газет «Red Rose» и «Drive» в ИНКОЦЕНТР АПН (Агентство Печати «Новости»), однако, как технический директор продолжал заниматься изданием «СДВИГа» до 1992 года включительно, вплоть до закрытия самой лаборатории.

«Журнал наш сильно колыхнул ситуацию. Мы не самые первые стали подпольный журнал выпускать, мы самые первые выпустили его типографским способом. В типографии «Красной звезды» печатали это всё, я туда один раз с Марочкиным приехал — там все в погонах, стоять-штыки, всё серьёзно. Там только «Правду» печатали и «Известия», и тут мы приходим со своим роком…

…Все эти танцы в 70-е гг. — это в основном комсомольские работники устраивали. Были те, которые что-то понимали, а были и дубы. Я потом отошёл от этого, я всё-таки рок-музыкой занимался. В рок-лаборатории было около 100 групп, у меня был список, мне их нужно было загрузить хоть какой-то работой, чтобы они хотя бы на каких-то билетах подрабатывали» (А. Агеев из статьи «Как мы давали рок-н-ролл», портал SPECIALRADIO.RU).

Общий тираж всех 5 вышедших в свет журналов составил 30180 экземпляров.

Но, самое главное — в офисе рок-лаборатории в Старопанском переулке Москвы, появилась студия «Колокол», ставшая чуть ли не главным достижением МРЛ, где со временем удалось собрать беспрецедентную коллекцию андерграундных магнитозаписей. Именно через неё Москва узнала про такие явления, как уральский рок и сибирский панк. И возле штаба лаборатории выстраивались целые очереди желающих за определенную плату заиметь записи Калинова Моста, Гражданской Обороны, Янки или Nautilus Pompilius.

Несмотря на то, что изначально в МРЛ всё же существовала литовка текстов, да и названия некоторых групп приходилось менять (например, Крематорий какое-то время назывался на афишах Кремом), многие неприятные моменты отпадали по мере изменения общего климата в Союзе.

«Со временем цензура становилась все мягче — если рок-лаборатория начиналась в Москве как навязанная сверху резервация, то постепенно её границы стали расширяться. Через какой-то период начались первые самобытные рок-н-ролльные скандалы. Например, с надуванием презервативов на сцене во время выступления панк-группы Чудо-Юдо.

Было и письмо-донос в прессу на независимых подпольщиков — моих близких приятелей, которые делали абсолютно независимый контент, выпускали самиздатовские журналы «Урлайт» и «Зомби». Подписи под этим обращением поставили и Петр Мамонов, и Александр Липницкий, и Артемий Троицкий*. После этого в ряде газет вышли статьи «Чтиво из подворотни» и «Перевёртыши», критикующие «подпольных менеджеров» из самиздата. Это была самая настоящая борьба за сферы влияния. Но и справедливости ради стоит сказать, что не все московские группы бежали сломя голову в рок-лабораторию. Например, там почему-то не было Александра Градского и Машины Времени, не говоря про кайфовые протестные, как правило, панк-группы второго эшелона» (из воспоминаний А. Кушнира).

В 1986 году МРЛ провела фестиваль «Движение в сторону весны», на который пригласили рок-группы из Ленинграда — Аквариум и Кино, которые уже не раз играли в Москве, и были знакомы местной публике. А также впервые приехала Алиса, бывшая фактически запрещённой в Москве как из-за текстов и подачи материала Константином Кинчевым, так и из-за его нашумевшего конфликта с питерской милицией на одном из концертов.

От лаборатории тогда играли Центр, Бригада С, Браво, Ночной Проспект, Вежливый Отказ и Звуки Му.

Концерт проходил в ДК МИИТ рядом со станцией метро «Новослободская». Тогда сотрудники КГБ не разрешили пройти ни одному постороннему человеку, не давали фотографировать, поэтому съёмок этого концерта нет…

А в октябре того же года в Москву на гастроли приехала британская группа «новой волны» UB 40. И 16 октября в кафе «Синяя Птица» музыканты рок-лаборатории устроили джем с британскими растаманами.

С нашей стороны выступили Василий Шумов (подробнее – здесь: https://fishki.net/4822328-centrovedenie.html), Звуки Му и Вежливый Отказ.

«И они обалдели от Звуков Му. Их солист, когда увидел Петю на сцене, спросил: “О! Такой шоумэн! Сколько у него дисков, сколько у него клипов?” — “Ни одного!” — ответил я. Они были изумлены» (из воспоминаний Б. Мусурманкулова)

15 ноября того же года в ДК Вагоноремонтного завода в Перово состоялся и 1-ый официальный металлический фестиваль, в котором приняли участие группы Легион, Кросс, Металлобол, 99 % и другие. Идти к ДК зрителям пришлось сквозь строй пеших и конных милиционеров, а также – своры милицейских овчарок. Одних «воронков» было пригнано штук 30. Поэтому, народ в зале «рубился» так, словно  это был последний день в их жизни. Но самое интересное, что на этом фестивале так никого и не повязали!

А с 1987 года рок-лаборатория начала проводить в Москве «Фестиваль надежд» — ежегодный рок-фестиваль. Именно благодаря ему ДК им. Горбунова стал той самой легендарной «Горбушкой», местом выступлений отечественных и зарубежных звёзд.

Первый из них прошёл 14-15 февраля 1987 года. За эти 2 дня на фестивале выступила 21 группа.

Лауреатами в 1-й день стали группы: Тяжёлый День, приз — возможность записать альбом на студии ВФГЗ «Мелодия», Легион — запись на радио нескольких композиций и последующая передача их на Данию и Голландию и Чёрный Обелиск (подробнее — здесь: https://fishki.net/3265711-ja-hochu-byty-kak-solnce-no-ne-serym-kak-nebo.html)— приз за лучшие металлические тексты.

Во 2-ой день: Ва-банкъ, Крематорий и Альянс, а также Юрий Спиридонов — приз «Рок-герой» и группы Встреча на Эльбе — приз «За удачный дебют» и Прощай, молодость — приз «За лучшее сценическое решение»

27 и 28 февраля 1988 года проходил 2-ой Фестиваль. А 3-й проводился уже совместно с ЛРК (13 и 7 команд соответственно). О 4-ом «Фестивале надежд», прошедшем 28-29 октября 1989 года, на основании записей выступлений участников, был даже смонтирован видеофильм.

Последний «Фестиваль надежд» прошёл 6-7 июля 1991 года.

Кроме того, с 4 по 10 июля 1988 года в Зелёном Театре Парка Горького проходил Фестиваль «Знай Соседа!» (или как было написано на баннере над сценой — «ZNAЙ SOSEDA!»), организованный МРЛ. В нём приняли участие отечественные группы Нюанс, Вежливый Отказ, Чёрный Обелиск, Э.С.Т., Мафия, Тупые и Алиби (подробнее — здесь: https://fishki.net/4920995-alibi-dlja-zhar-pticy.html), а также 2 финские рок-группы: Sielun Veljet и Zero Nine.

Причём, участие зарубежных рок-групп в мероприятиях лаборатории в то время было вполне обычным делом.

Так в апреле 1988 года МРЛ организовала и провела в Олимпийской Деревне концерт с участием групп Вежливый Отказ, Окно, Встреча на Эльбе, Квартал, Примадонна, Удав и зарубежной поп-рок-команды Moonjam (Дания).

А 27 июня того же года по инициативе всё той же лаборатории в концертном зале Олимпийской Деревни прошёл концерт, в котором приняли участие исключительно голландские рок-группы.

Первые поездки советских рок-групп за границу так же были по линии МРЛ, хотя всё это было ещё очень сложно, и с ними ездили, как тогда это полагалось, сопровождающие.

Последним же крупным мероприятием, организованным МРЛ, стал фестиваль «Черёмуха-92», прошедший в конце мая 1992 года в ДК Текстильной академии им. Косыгина. Среди участников фестиваля значились Монгол Шуудан, Клиника, Ногу Свело!, Четыре Таракана, Женская Болезнь, Матросская Тишина и др.

Конец лаборатории наступил в 1992 году, вскоре после распада СССР.

«Когда рухнул железный занавес, рок-лаборатория исчезла вместе с ним, и все её члены отправились в свободный полёт» (А. Григорян).

А осенью 2015 года клуб «Yotaspace», располагавшийся по ул. Орджоникидзе-11, решил организовать сборный концерт, посвящённый 30-летию МРЛ.

Он должен был состояться 1 ноября, но в связи с терактом 31 октября 2015 года на рейсе «Airbus 321» Шарм-эль-Шейх — Санкт-Петербург, в результате которого погибли 224 пассажира, мероприятие перенесли на 4 ноября. Изменения произошли и в списке исполнителей: вместо группы Ногу Свело! выступили сразу 2 команды — Монгол Шуудан и Альянс, а от Вежливого Отказа, который должен был выступить полным составом, делегировались лишь басист и 2-ой вокалист Дмитрий Шумилов и клавишник, автор текстов группы Пётр Плавинский.

Вёл мероприятие Владимир Марочкин, рассказывавший в своих конферансах между выступлениями байки из жизни МРЛ, а так же приводивший исторические справки.

В концерте открыла панк-группа Чудо-Юдо с группой девочек, наряженных в костюмы для ролевых игр, следом выступил дуэт Прощай, молодость. За ними на сцену вышли Шумилов и Плавинский из ВО, Альянс (не забывший про свой главный хит «На заре»), Монгол Шуудан с есенинской «Москвой», а завершал всё это действо Крематорий.

Несмотря на всю неоднозначность рок-лабораторной практики, многие группы вспоминают то время с благодарностью. Ведь именно в составе этой организации они смогли заявить о себе, пробиться к своей аудитории и найти поклонников. Или попросту не сгинуть в самом начале своей истории.

В разное время в структуру Московской рок-лаборатории входили группы: Алиби, Альянс, Амнистия, Бахыт-Компот, Биоконструктор, Браво (до 1986 года), Бригада С (до 1987), Ва-банкъ, Вежливый Отказ, Встреча на Эльбе, Дед Моро» (до 1987), Диана, Доктор, Женская Болезнь, Звуки Му, Инна Желанная и группа М-Депо, Институт Косметики, Кабинет, Коррозия Металла, Крематорий, Легион, Манго-Манго, Мафия, Матросская Тишина, Мегаполис, Метро, дуэт Прощай, молодость!, Монгол Шуудан, НАИВ, Небо и Земля, Николай Коперник, Ногу Свело!, Ночная Трость, Ночной Проспект, Нюанс, Пари, Пого, Порт-Артур, Разбуди Меня В Полночь, Рукастый Перец, Сенкевич International, Т-34, Тупые, Тяжёлый День, Удафф, Центр (до 1987), Четыре Таракана, Чёрный Обелиск, Чудо-Юдо, Шах/Shah (до 1987), Э.С.Т. и др.

*Артемий Кивович Троицкий внесён Минюстом РФ в список лиц, выполняющих функции иноагента на территории России.

P.S. В тексте поста присутствуют ссылки на мой же, внезапно переставший работать аккаунт, прошу не счесть за плагиат.

Источники:

https://specialradio.ru/art/693/

https://www.amic.ru/news/kultura/zhurnalist-vladimir-marochkin-raskryvaet-tayny-moskovskoy-rok-laboratorii-304250

https://dzen.ru/a/X5LZXE3MXGE8Dus-

https://moskvichmag.ru/lyudi/tsenzura-stanovilas-vse-myagche-40-let-nazad-byla-osnovana-moskovskaya-rok-laboratoriya/

https://tass.ru/kultura/4663412

https://dzen.ru/a/aJUmrUVX3VXldg0g

https://vm.ru/opinion/1272056-kak-andegraund-vyshel-iz-podpolya

https://dzen.ru/a/YgN_GmQ7WnJZrx_H

https://dzen.ru/a/XuEZy1pGTyBFojTN

https://dzen.ru/a/YIHzCU8FpVfZhOFA

Фото: Александр Зарин, Константин Преображенский, архив Владимира Марочкина, vk.com/mosrocklab, Лариса Кудрявцева, Евгения Гусева/KP media