Ангелы смерти в юбках: как обычные девушки превращались в палачей Третьего рейха (8 фото)

Путь в систему террора

Женщинам официально был закрыт доступ в ряды СС — это была исключительно мужская структура. Ситуация изменилась после 1937 года, когда открылся Лихтенбург — первый лагерь для женщин-заключенных. Нацистская идеология требовала, чтобы охрана женских бараков находилась в руках представительниц «арийской расы», а не мужчин.

Так возникло специальное формирование под названием «Свита СС». Набор персонала велся через службы занятости, размещавшие объявления с привлекательными условиями: достойное жалование, социальные гарантии, перспективы продвижения по службе. Работа описывалась как несложная охранная деятельность, не требующая серьезных физических нагрузок.

Масштабы явления впечатляют: накануне капитуляции Германии численность женского персонала концлагерей достигла 3500 человек — десятая часть всех сотрудников этой системы. Подготовка проходила в Равенсбрюке, крупнейшем женском лагере, где функционировала месячная программа обучения будущих охранниц.

С 1940-го практиковалась и принудительная мобилизация, однако большинство тех, чьи имена остались в истории, шли туда по собственной воле — движимые идеологией или жаждой власти.

Ирма Грезе: восхождение «Ангела смерти»

Прозвища «Ангел смерти» и «Светловолосый дьявол» получила девушка из простой крестьянской семьи, родившаяся в 1923 году. Детство Ирмы омрачила трагедия — в тринадцать лет она осталась без матери, покончившей с собой. Это событие подтолкнуло подростка к полному погружению в нацистскую идеологию через Союз немецких девушек.

Первоначально Грезе планировала медицинскую карьеру, но быстро осознала, что помогать людям — не для неё. В девятнадцать лет она оказалась в Равенсбрюке, затем переместилась в Освенцим. Карьерный рост был стремительным: к двадцати годам молодая женщина заняла пост старшей надзирательницы — вторую позицию в лагерной иерархии.

Показания выживших рисуют портрет человека, одержимого своими обязанностями. Она патрулировала бараки днем и ночью, выискивая малейшие нарушения для наказаний. На суде Грезе утверждала о принуждении к службе и мечтах о кинематографе, но сотни свидетельств указывали на обратное — она упивалась властью.

Несколько месяцев длились отношения с доктором Йозефом Менгеле, печально известным своими бесчеловечными экспериментами. К двадцати двум годам внешность девушки изменилась до неузнаваемости — черты огрубели, взгляд стал безжалостным.

Британский трибунал вынес смертный приговор. 13 декабря 1945-го Ирму повесили — она вошла в историю как самая молодая женщина, казненная британским правосудием в двадцатом столетии. Последнюю ночь она провела, распевая нацистские гимны. Перед казнью произнесла единственное слово: «Быстрее».

Ильза Кох: жена коменданта

Супруга руководителя Бухенвальда и Майданека вошла в историю под прозвищем «Бухенвальдская ведьма». Родившаяся в 1906-м в Дрездене дочь рабочего, до 1933 года она была обычной жизнерадостной немкой.

В тридцать два года Ильза присоединилась к национал-социалистам. Работа секретарем и охранницей в Заксенхаузене привела к знакомству с Карлом Кохом в 1936-м. После женитьбы и назначения супруга комендантом Бухенвальда женщина получила почти абсолютную власть над узниками.

Семейная пара накопила значительное богатство, торгуя имуществом заключенных. Алчность стала их погибелью: в 1943-м собственные товарищи по СС арестовали обоих за финансовые махинации. Карл был расстрелян в апреле 1945-го — не союзниками, а своими же.

Ильзу освободили незадолго до краха режима, но летом 1945-го арестовали американские войска. Генерал Люциус Клей первоначально освободил её, посчитав обвинения недоказанными. Это решение вызвало скандал — на повторном процессе выступили более двухсот пятидесяти бывших узников. Результатом стало пожизненное заключение.

Мария Мандель: парадокс сентиментальности

Австрийка, занимавшая пост старшей надзирательницы Освенцима, родилась в 1912-м в семье ремесленника. Ничто в биографии обычной девушки не предвещало, что она станет причастна к гибели сотен тысяч людей.

По подсчетам исследователей, за два года её службы в Освенциме погибло от четырехсот до пятисот тысяч женщин. Это означает около пятисот жертв ежедневно — без перерывов и выходных. Руководство высоко ценило Марию, отмечая её интеллект и усердие.

Странный контраст представляла её любовь к музыке. Мандель организовала из узниц оркестр, который по её приказу играл веселые композиции при прибытии новых эшелонов с заключенными. Музыканты были единственными, кто имел шансы выжить под её надзором.

После капитуляции Мария бежала к родителям, но те, знавшие о её деяниях, отказались принять дочь. Арест, суд и смертный приговор завершили её историю. 24 января 1948-го тридцатишестилетнюю Марию Мандель повесили в Кракове. Последней фразой было: «Да здравствует Польша» — возможно, попытка разжалобить судей.

Герта Боте: от атлетики к убийствам

История этой женщины особенно печальна, поскольку она могла реализоваться иначе. Успешная спортсменка, получившая образование медсестры, Герта попала в систему лагерей не по своей инициативе — её направили по распределению.

Однако это обстоятельство не может служить оправданием. Оказавшись в новой роли, Боте быстро проявила жестокость. Её утренний ритуал включал выход на балкон с винтовкой и стрельбу по случайным людям во дворе. Эта сцена позже вдохновила Стивена Спилберга на известный эпизод в «Списке Шиндлера».

После войны ей повезло — приговор составил десять лет, из которых она отбыла только шесть. Прямых доказательств убийств собрать не удалось, несмотря на многочисленные свидетельские показания.

Боте прожила семьдесят девять лет и никогда не признала вину. В одном из последних интервью заявила: «Моя ошибка? Нет. Ошибкой было существование концлагеря и то, что меня заставили там служить. Иначе я сама оказалась бы заключенной». Эти слова демонстрируют типичную для нацистских преступников психологию — перекладывание ответственности на обстоятельства.

Эльфрида Хут: двойная жизнь

Пожалуй, самая поразительная судьба. Эльфрида специализировалась на дрессировке сторожевых собак, натаскивая их на заключенных. Она тренировала животных на живых людях, намеренно держала псов голодными, развивая их агрессивность.

После капитуляции ей удалось скрыться и замести следы. Двадцатипятилетняя девушка перебралась в Америку, обосновавшись в Сан-Франциско. Там она вышла замуж за Фреда Ринкеля. Шокирующая деталь — Фред был евреем, потерявшим всю родню в Холокосте.

Эльфриду полюбили не только муж, но и еврейская община. Её считали доброй, отзывчивой женщиной. Она регулярно посещала синагогу вместе с супругом. Десятилетиями никто не догадывался о её прошлом.

Правда открылась лишь в 2006-м, когда Управление специальных расследований США установило её настоящую личность. К счастью для неё, Фред скончался двумя годами ранее и не узнал, кем была его жена.

По данным американских властей, нацистские беглецы получили в США свыше двадцати миллионов долларов социальных выплат. Эльфрида всю жизнь получала достойную пенсию.

В восемьдесят четыре года её депортировали в Германию для суда. Но удача снова была на её стороне — живых свидетелей не осталось, доказательной базы оказалось недостаточно. Женщину отпустили. Она скончалась в 2018-м в возрасте девяноста шести лет, избежав наказания.

Свобода выбора

Критически важный факт: в нацистской Германии не было принуждения к исполнению жестоких приказов. Любой мог отказаться от участия в преступлениях. Максимальные последствия — перевод на другую должность. Более того, командирам запрещалось даже угрожать за отказ выполнять такие распоряжения — за угрозы грозил военный трибунал.

Это доказывает: каждая из этих женщин делала сознательный выбор. Они добровольно посвятили себя служению машине уничтожения. Одни руководствовались идеологией, другие жаждали власти и благосостояния, третьи просто получали удовольствие.

Психологи продолжают дискутировать о природе такого поведения. Как обычные девушки из нормальных семей становились хладнокровными убийцами? Сестра Ирмы Грезе утверждала, что в школе та избегала конфликтов и не проявляла склонности к насилию. Сама Ирма на процессе говорила о мечте стать актрисой. Но реальность демонстрирует обратное — она быстро адаптировалась и прославилась жестокостью.

Возможно, разгадка в особенностях характера. Психически здоровым людям было крайне трудно приспособиться к работе в лагерях, даже при наличии нацистских убеждений. А те, кто обладал скрытыми садистскими наклонностями, получили идеальную среду для их проявления — абсолютную безнаказанность и власть над беззащитными.

Послевоенные судьбы

Жизненные пути этих женщин сложились по-разному. Наиболее известные, включая Ирму Грезе и Марию Мандель, были казнены в первые послевоенные годы. Другие, вроде Герты Боте, получили мягкие приговоры и спокойно дожили до преклонных лет. Третьи, подобно Эльфриде Хут, полностью избежали возмездия, построив новую жизнь под ложными именами.

Большинство надзирательниц после 1945-го просто растворились в послевоенном обществе. Множество из трех с половиной тысяч женщин, служивших в лагерях, никогда не предстали перед судом. До девяностых годов тема женщин-преступниц оставалась малоизученной — исследователи концентрировались на мужчинах.

Сегодня, восемь десятилетий спустя после войны, процессы над нацистскими преступниками продолжаются. В 2021-м прокуратура Германии возбудила дело против девяностошестилетней женщины, работавшей связисткой в Освенциме в юности. Преступления против человечности не имеют срока давности.

Эти истории напоминают важную истину: зло не имеет гендерных границ. Женщины, получив власть и безнаказанность, способны проявлять не меньшую, а порой большую жестокость, чем мужчины. И самое страшное — они часто делают этот выбор совершенно осознанно.