Сомалийские пираты вернулись и стали круче. Где они пропадали 12 лет? (14 фото)

А потом раз — и тишина. Больше десяти лет о них почти никто не слышал.

Проблема решена? Цивилизация одолела морских разбойников?

Как бы не так. В последний год пираты Сомали вернулись. И сделали это с размахом, который заставил судоходные компании снова достать со склада инструкции по противопиратской защите. Потому что теперь они вернулись, вооруженные новыми технологиями и нашли партнеров среди соседей.

Число нападений за год выросло на 110%. Так куда же они делись на целое десятилетие? И почему вернулись именно сейчас?

Конечно, история Сомали куда больше похожа на триллер про организованную преступность, чем на романтические байки о пиратах. Здесь есть всё: коллапс государства, миллиардные выкупы, международные военные операции и даже плавучие станции - новая тактика пиратов. Разбираемся, как морские разбойники XXI века умудрились исчезнуть и воскреснуть снова.

Когда рыбаки взяли в руки автоматы

У этой истории корни уходят в 1991 год, когда центральное правительство Сомали рухнуло как карточный домик. Страна погрузилась в гражданскую войну, а 3330 километров побережья остались без всякой охраны.

Представьте: у вас дома нет ни полиции, ни армии, ни береговой охраны. Зато есть море, полное рыбы - единственный источник дохода для десятков тысяч семей.

И вот в эти воды начинают заходить огромные траулеры из Испании, Ирана, Йемена и даже весьма далекого Тайваня. Они ловят рыбу промышленными масштабами. Более того - некоторые взрывают динамит прямо в воде, чтобы оглушить косяки. Местные рыбаки видят, как их единственный заработок буквально испаряется на глазах.

Цифры просто убийственные: незаконный вылов рыбы у берегов Сомали оценивался в 900 миллионов долларов ежегодно.

Один из сомалийских лидеров тогда сказал прямо: «Они забрали нашу пищу и нашу жизнь».

Что делать местным? Сначала группы рыбаков объединялись в «отряды самообороны». Подплывали к иностранным траулерам, требовали заплатить за «лицензию» на вылов в сомалийских водах. Никаких законов, естественно, не было, и этих ребят вполне могли послать куда подальше. Но чаще - откупались. Деньги совсем небольшие, зато местные ребята уплывают восвояси и не мешаются.

И, буквально, прикормили пиратов.

Деньги штука коварная. Очень быстро кто-то сообразил: зачем останавливать только рыбацкие суда? Танкеры, контейнеровозы, сухогрузы проходят мимо каждый день. А они куда богаче!

Захватил такое судно, удерживаешь экипаж и владельцы готовы платить выкуп в десятки раз больший, чем весь годовой улов рыбы.

К 2005 году «благородные защитники собственных берегов» трансформировались в полноценные преступные группировки. Причём с бизнес-моделью, которой позавидовал бы любой венчурный капиталист.

Как работал пиратский бизнес

Образы одиноких разбойников на утлых лодчонках остались в прошлом. Пиратство у берегов Сомали к концу 2000-х превратилось в настоящую индустрию со сложной структурой и серьёзными деньгами.

Вот как это работало. Местные кланы выступали инвесторами - они давали деньги на организацию рейдов. Нанимались боевики, закупались быстроходные катера, автоматы, гранатомёты. Использовались «материнские корабли» - обычно захваченные рыболовецкие суда. От них отходили маленькие скоростные лодки для атак.

У пиратов были спутниковые телефоны, GPS-навигаторы и другое современное оборудование для отслеживания потенциальных жертв и для связи друг с другом. В Дубае завели себе финансовых посредников, которые вели переговоры о выкупе.

Пик пришёлся на 2011 год: 212 атак за один год. Своих берегов им стало не хватать. Пираты захватывали суда на расстоянии до тысячи морских миль от берега.

Они действовали в Аденском заливе, в Красном море, в открытом Индийском океане. География операций впечатляла.

Сколько зарабатывал настоящий пират

К моменту расцвета сомалийское пиратство превратилось в жёсткую корпоративную структуру с чёткой иерархией доходов. Выкуп за захваченное судно мог достигать 5,5 миллионов долларов - сумма фантастическая для одной из беднейших стран мира. Но эти деньги распределялись по строгой схеме, где львиную долю забирали вовсе не те, кто рисковал жизнью в открытом море.

Половину выкупа получали инвесторы, кто вкладывал в рейды. Это были местные мафиози и представители политических элит, которые закупали оружие, лодки и припасы. Ещё 10% уходило вспомогательному персоналу на берегу: переводчикам, которые вели переговоры с судовладельцами, поварам, снабженцам, охранникам.

10% выделялось на «социальные расходы» — подарки и взятки местному сообществу, чтобы жители прибрежных городов закрывали глаза на происходящее (не забываем и о своих людях в Дубае).

А оставшиеся 30% делили между собой настоящие пираты - те, кто выходил в море и захватывал корабли. Оставалось им все равно прилично, поэтому нехватки в новых бойцах не было.

У пиратов существует система классов. Пираты класса B - это наземные боевики, которые охраняли захваченное судно в порту - получали фиксированную выплату около 15 тысяч долларов. Для Сомали, где средний годовой доход составляет несколько сотен долларов в месяц, это огромные деньги. Пираты класса A, те самые смельчаки, которые штурмовали корабли в открытом море, получали долю побольше. Особенно ценились те, кто приносил своё оружие, предоставлял скоростной катер или первым поднимался на борт атакованного судна - им полагались дополнительные бонусы. Такие пираты могли зарабатывать в среднем до 100 тысяч долларов в год.

Спутниковые снимки приморских городов показывали бум строительства: новые дома, дороги, дорогие автомобили. Правда, эти блага доставались узкому кругу - инвесторам, главарям группировок, успешным боевикам. А обычные рыбаки, те самые, чьи жалобы на незаконный вылов когда-то запустили всю эту машину, получали в лучшем случае жалкие крохи в виде «подарков».

Ущерб мировой экономике оценивался в 18 миллиардов долларов ежегодно.

Судоходные компании теряли деньги на выкупах, страховке, изменении маршрутов. А сами пираты с 2005 по 2012 год получили выкупов более чем на 400 миллионов долларов.

Для сравнения — эта сумма составляет почти половину годового бюджета всего Сомали.

Мир забил тревогу. Но как бороться с врагом, который действует из страны, где фактически нет государства? Нельзя просто послать армию - это суверенная территория. Нельзя договориться с правительством - его толком и нет. А кто из правительства есть - пиратов не контролирует.

Как мир объединился против морских разбойников

США, Россия, Китай, Великобритания, Франция, наконец, договорились и развернули военные корабли в регионе. Всего 18 стран участвовали в противопиратских патрулях.

Европейский союз запустил операцию «Аталанта». Военные корабли сопровождали торговые суда через опасные воды. Создали специальные коридоры безопасности, по которым шли конвои под охраной.

Суда сопровождала серьезная вооруженная охрана. Частные военные компании начали размещать на кораблях бойцов с автоматическим оружием. Стоимость охраны была меньше, чем возможный выкуп. А для пиратов на быстроходных лодках встреча с профессиональными стрелками на верхней палубе стала крайне неприятным сюрпризом.

Эффект был мгновенным. Если в 2011 было 212 атак, то в 2012 всего 10.

А между 2013 и 2023 годами успешно захватили только два корабля.

Пиратство стало нерентабельным. Вероятность успеха упала почти до нуля, а риск быть убитым или схваченным резко вырос. Местные кланы перестали инвестировать в рейды - зачем вкладывать деньги в провальный бизнес? Молодые сомалийцы, которые раньше мечтали о лёгких деньгах на море, переключились на другие занятия.

Мир выдохнул с облегчением. Проблема решена. Пираты исчезли в никуда, словно их и не было.

Но не подумали о главном - симптом то победили, но никто не устранил причины пиратства. Сомали осталась разрушенной страной. Рыбу здесь незаконно продолжили ловить суда из других стран, лишая бедных сомалийцев единственного понятного источника доходов.

При этом военные патрули со временем ослабли - зачем держать дорогостоящие операции, если пиратов нет?

Они вернулись

Пираты вернулись. И вернулись не просто так, а с новыми технологиями и тактикой

Современные сомалийские пираты используют захваченные рыболовецкие шхуны-дхоу как плавучие базы. Это позволяет им действовать на расстоянии 300-600 морских миль от берега. У них есть спутниковые телефоны, GPS, гранатомёты и автоматическое оружие. Некоторые группы используют дронов для разведки.

Новое поколение морских разбойников действует жёстче, есть случаи жестокого обращения с заложниками.

Почему пираты вернулись именно сейчас?

Четыре причины возрождения пиратства

Первое - отвлечение военно-морских сил. Когда йеменские хуситы начали атаковать суда в Красном море, международные военные корабли перебросили туда. Противопиратские патрули у Сомали резко сократились. Пираты заметили это и воспользовались моментом.

Вторая причина, и о ней я уже упомянул - незаконное рыболовство никуда не делось. Иностранные траулеры продолжают опустошать сомалийские воды. Местные рыбаки снова теряют доход. История повторяется: молодежь решила, что лучше перехватывать торговые суда, чем голодать.

Политическая нестабильность. Правительство в Могадишо распределяет лицензии на рыболовство, но деньги не доходят до местных общин. Коррупция процветает. Региональные власти теряют легитимность в глазах населения.

Ну и, наконец, у пиратов появились новые союзники. Появились данные о связях пиратов с террористической группировкой Аль-Шабаб и даже с йеменскими хуситами. Это уже не просто криминальные группировки, а часть более сложной сети с политической повесткой.

Исследователи прямо говорят: если не предпринять серьёзных мер, через несколько лет мы увидим новый пик пиратства.

Эксперты по морской безопасности сейчас бьют тревогу: нужно срочно возвращать военные патрули в регион. Нужно разорвать связи пиратов с террористическими группировками - иначе проблема может стать куда хуже чем мы имеем сейчас.

И самое главное - нужно остановить иностранные флоты, которые грабят сомалийские воды. Будет у местной молодежи нормальная работа в море - не пойдут они грабить танкеры.

Пираты никуда не делись. Они просто ждали своего часа. И этот час, похоже, снова пришёл.