Барон Мюнхгаузен (12 фото)

Карл Фридрих Иероним фон Мюнхгаузен принадлежал к древнему нижнесаксонскому роду Мюнхгаузенов. Был пятым из восьми детей в семье полковника Отто фон Мюнхгаузена. Отец умер, когда мальчику было 4 года, и воспитывала его мать. В 1735 году (по другим данным — в 1733 году) 15-летний Мюнхгаузен поступил пажем на службу к владетельному герцогу Брауншвейг-Вольфенбюттельскому Фердинанду Альбрехту II.

В 1737 году уехал в Россию в качестве пажа к молодому герцогу Антону Ульриху, жениху, а затем мужу принцессы Анны Леопольдовны. В 1738 году участвовал с герцогом в турецкой кампании. В 1739 году (по другим данным — в 1737 году) поступил в чине корнета в Брауншвейгский кирасирский полк, шефом которого был герцог. В начале 1741 года, немедленно после свержения Бирона и назначения Анны Леопольдовны правительницей, а герцога Антона Ульриха — генералиссимусом, получил чин поручика и командование лейб-кампанией (первой, элитной ротой полка).

Произошедший в том же году елизаветинский переворот, свергнувший брауншвейгскую фамилию, прервал обещавшую быть блестящей карьеру: несмотря на репутацию образцового офицера, Мюнхгаузен получил очередной чин (ротмистра) только в 1750 году, после многочисленных прошений. В 1744 году он командовал почётным караулом, встречавшим в Риге невесту цесаревича — принцессу Софию-Фридерику Ангальт-Цербстскую (будущую императрицу Екатерину II). В том же году женился на рижской дворянке Якобине фон Дунтен.

Получив чин ротмистра, Мюнхгаузен взял годовой отпуск «для исправления крайних и необходимых нужд» (конкретно — для раздела с братьями семейных владений) и уехал в Боденвердер, который достался ему при разделе (1752). Он дважды продлевал отпуск и, наконец, подал в Военную Коллегию прошение об отставке, с присвоением за беспорочную службу чина подполковника; получил ответ, что прошение следует подать на месте, но в Россию так и не поехал, в результате чего в 1754 году был отчислен как самовольно оставивший службу. Мюнхгаузен некоторое время не оставлял надежды добиться выгодной отставки (дававшей, кроме престижного чина, право на пенсию), чему свидетельством ходатайство в Военную Коллегию его двоюродного брата — канцлера Ганноверского княжества барона Герлаха Адольфа Мюнхгаузена; однако результатов это не имело, и до конца жизни он подписывался как ротмистр русской службы. Это звание оказалось ему полезным во время Семилетней войны, когда Боденвердер был занят французами: положение офицера союзной Франции армии избавило Мюнхгаузена от постоя и прочих тягот, сопряжённых с оккупацией.

С 1752 года до самой смерти Мюнхгаузен жил в Боденвердере, общаясь по преимуществу с соседями, которым рассказывал поразительные истории о своих охотничьих похождениях и приключениях в России. Такие рассказы обычно проходили в охотничьем павильоне, построенном Мюнхгаузеном и увешанном головами диких зверей и известном как «павильон лжи»; другим излюбленным местом для рассказов Мюнхгаузена был трактир гостиницы «Король Пруссии» в соседнем Гёттингене. Один из слушателей Мюнхгаузена так описывал его рассказы:

Обычно он начинал рассказывать после ужина, закурив свою огромную пенковую трубку с коротким мундштуком и поставив перед собой дымящийся стакан пунша… Он жестикулировал всё выразительнее, крутил на голове свой маленький щегольской паричок, лицо его всё более оживлялось и краснело, и он, обычно очень правдивый человек, в эти минуты замечательно разыгрывал свои фантазии.

Рассказы барона (такие безусловно ему принадлежащие сюжеты, как въезд в Петербург на волке, запряжённом в сани, конь, разрезанный пополам в Очакове, конь на колокольне, взбесившиеся шубы или вишнёвое дерево, выросшее на голове у оленя) широко расходились по окрестностям и даже проникли в печать, но с сохранением пристойной анонимности. Впервые три сюжета Мюнхгаузена (анонимно, но знающим людям было хорошо известно, кто их автор) фигурируют в книге «Der Sonderling» графа Рокса Фридриха Линара (1761). В 1781 году собрание таких сюжетов (16 сюжетов, включая сюжеты из Линара, также некоторые «бродячие» сюжеты) было опубликовано в берлинском альманахе «Путеводитель для весёлых людей», с указанием, что они принадлежат известному своим остроумием г-ну М-г-з-ну, живущему в Г-ре (Ганновере); в 1783 году в том же альманахе вышло ещё две истории в этом роде (неясно, играл ли сам барон роль в их опубликовании). Однако публикация книги Распе, или, точнее, её немецкого варианта Бюргера, вышедшего в 1786 году под боком у барона, в Гёттингене, привела барона в ярость из-за того, что герой был снабжён его полным именем. Барон счёл свое имя обесчещенным и собирался подать на Бюргера в суд (по другим сведениям, подал, но получил отказ на том основании, что книга — перевод английского анонимного издания). Вдобавок труд Распе-Бюргера сразу приобрёл такую популярность, что в Боденвердер стали стекаться зеваки — поглядеть на «барона-лжеца», и Мюнхгаузену пришлось ставить вокруг дома слуг, чтобы отгонять любопытных.

В 1781 году на страницах журнала «Путеводитель для весёлых людей», издаваемого в Берлине, впервые было напечатано 16 коротких рассказов. Фамилия рассказчика была скрыта аббревиатурой «М-Х-Г-Н». Так было положено начало формированию художественного образа легендарного барона Мюнхгаузена. В 1785 Рудольф Распе анонимно издал в Лондоне на английском языке «Рассказы барона Мюнхгаузена о его изумительных путешествиях и кампаниях в России», составленные на основе историй «Путеводителя», с добавлением множества других. В 1786 году появился немецкий перевод книги Э. Распе с дополнениями Готфрида Августа Бюргера — «Удивительные путешествия на суше и на море, военные походы и весёлые приключения барона Мюнхгаузена, о которых он обычно рассказывает за бутылкой в кругу своих друзей». Г. Бюргер разделил книгу на две части — «Приключения Мюнхгаузена в России» и «Морские приключения Мюнхгаузена». Этот вариант книги Р. Э. Распе принято считать хрестоматийным. Книга имела громадный успех в Европе; именно она завершила оформление образа Мюнхгаузена как литературного персонажа.

В книге не было ни одного приключения барона, связанного с Германией, и вскоре появляются дополнения — книга «Дополнение к приключениям Мюнхгаузена» Генриха Шнорра (1794—1800), в которой многие приключения барона происходят уже в Германии. Ещё одним дополнением стало сочинение Карла Лебрехта Иммермана (1839), где в качестве рассказчика выступает внук (потомок) барона.
Первый перевод (точнее, вольный пересказ) книги о Мюнхгаузене на русский язык принадлежит перу Н. П. Осипова и вышел в 1791 г. под заглавием: «Не любо — не слушай, а лгать не мешай».

Литературный барон Мюнхгаузен стал общеизвестным в России персонажем благодаря К. И. Чуковскому, который адаптировал книгу Э. Распе для детей. К. Чуковский перевёл фамилию барона с английского «Münchausen» на русский язык как «Мюнхаузен». На немецком языке она пишется «Münchhausen» и транслитерируется на русский как «Мюнхгаузен». К интерпретации образа барона Мюнхгаузена обращалось множество зарубежных и российских авторов, как в прошлом, так и настоящем, дополняя сформировавшийся образ (персонаж) новыми чертами и приключениями. Наиболее значительное развитие образ барона Мюнхгаузена получил в русском — советском кинематографе, в фильме «Тот самый Мюнхгаузен», где автор сценария Григорий Горин придал барону яркие романтические черты характера, исказив при этом некоторые факты личной жизни Карла Фридриха Иеронима фон Мюнхгаузена. В мультфильме «Приключения Мюнхаузена» барон наделён классическими чертами, ярок и великолепен.

В 2005 году в России опубликована книга Нагово-Мюнхгаузена В. «Приключения детства и юности барона Мюнхгаузена» («Munchhаusens Jugend- und Kindheitsаbenteuer»), которая стала первой в мировой литературе книгой о детских и юношеских приключениях барона Мюнхгаузена, от рождения барона до его отъезда в Россию.

Единственный портрет Мюнхгаузена работы Г. Брукнера (1752), изображающий его в форме кирасира, был уничтожен во время Второй мировой войны. Фотографии этого портрета и описания дают представление о Мюнхгаузене как о человеке сильного и пропорционального телосложения, с круглым правильным лицом (физическая сила являлась наследственным качеством в роду: племянник Мюнхгаузена Филипп мог засунуть три пальца в дула трёх ружей и поднять их). Мать Екатерины II особо отмечает в своём дневнике «красоту» командира почётного караула. Визуальный же образ Мюнхгаузена как литературного героя представляет сухонького старичка с лихо закрученными усами и эспаньолкой. Этот образ создан иллюстрациями Гюстава Доре (1862). Любопытно, что, снабжая своего героя бородкой, Доре (вообще очень точный в исторических деталях) допустил очевидный анахронизм, так как в XVIII веке бородок не носили. Однако именно во времена Доре бородки были вновь введены в моду Наполеоном III. Это даёт повод к предположению, что знаменитый «бюст» Мюнхгаузена, с девизом «Mendace veritas» (латинск. «Истина во лжи») и изображением на «гербе» трёх уток (ср. три пчелы на гербе Бонапартов), имел понятный современникам политический подтекст карикатуры на императора