Евгений Леонов рассказывал: «Когда раздался звонок из Ленинграда и родной голос режиссера Фетина сообщил, что для меня есть роль в его новом фильме, я не без ужаса подумал: каких еще хищников придется мне укрощать? И вдруг слышу: по рассказам Шолохова… „Донская повесть“… Шибалок… Я замер: ну, думаю, это похуже хищников…».
Сам Фетин получившейся картиной поначалу был разочарован — она показалась ему скучной, а характер казака Якова плоским. На показ перед приемной комиссией режиссёр шел в полнейшем отчаянии. Его даже не расстроило, что механик перепутал части и начал показ фильма с финала, мол, какая теперь разница. Неожиданно комиссия пришла в восторг от нестандартного хода, который по-новому расставил акценты в фильме, и «Донскую повесть» подписали в прокат именно в таком виде.
Сам Фетин получившейся картиной поначалу был разочарован — она показалась ему скучной, а характер казака Якова плоским. На показ перед приемной комиссией режиссёр шел в полнейшем отчаянии. Его даже не расстроило, что механик перепутал части и начал показ фильма с финала, мол, какая теперь разница. Неожиданно комиссия пришла в восторг от нестандартного хода, который по-новому расставил акценты в фильме, и «Донскую повесть» подписали в прокат именно в таком виде.
