Байконур. Часть 2: город (64 фото)

Часть 1 тут: https://fishki.net/2665238-bajkonur-chasty-1-bereg-vselennoj.html

Гостиница московского Центра Хруничева "Молния", куда внепланово поселили нас с estrella_de_sur, расположена хоть и далековато от современного центра, но в самом что ни на есть историческом центре города. Школьная улица, на которую мы выходили из гостиничных ворот, слева от упирается в сквер Городского дворца культуры (его краешек виден справа, а подробнее о нём расскажу в другой раз), почти в то место. где стоял Первый дом Байконура. Датой начала великой стройки, для маскировки которой, по известной легенде, Хрущёв поднимал Целину, считается 12 января 1955 года, когда на станцию Тюратам прибыла первая теплушка со строителями - готовить тупики к приёму следующих теплушек и строить примитивное жильё: рекогнасцировка тут велась с декабря, а в феврале план стройки был утверждён окончательно, и военные строители начали прибывать в Тюратам эшелонами. Местная степь получила кодовое название "район Леоновки", будущий ракетодром числился объектом "Тайга", посёлок в разные годы фигурировал под шифрами "Москва-400", "Кзыл-Орда-50" и "Ташкент-90". А в обиходе был Зведоградом и Зарёй - по позывному своего "отца", тогда ещё врага народа и вообще уголовника Сергея Королёва: процесс его реабилитации в 1955-57 годах совершенно случайно совпал со строительством. Работами руководил генерал-майор Георгий Шубников, в послужном списке которого были восстановленные после войны каналы и шахты, монумент в берлинском Трептов-Парке и ещё один космодром (вернее, ракетодром) Капустин Яр. Памятник Шубникову стоит в том же сквере поодаль:

Камень Первого дома же, весьма вероятно, лежит не на историческом месте, а где на самом деле стоял Первый дом - теперь уже вряд ли кто вспомнит. Как бы то ни было, 5 мая 1955 года строители, жившие прежде в вагонах, палатках, землянках, заложили первый камень в фундамент одного из 20 изначальных домов посёлка. Этот район Байконура по-прежнему называют Деревянный городок, и длинные дома барачного вида ещё встречаются за его высокими заборами. Деревянный городок - и самый неухоженный район бывшего Ленинска, поровну занятый частным сектором и режимными объектами без табличек:

Кадр выше снят с дамбы у Сырдарьи - она река хоть и не слишком мощная по нашим северным меркам, а паводки даёт огого! Поэтому от последних домов до реки ещё с полкилометра. Там болотца, пыльные тропы, верблюжьи колючки да коровы и бараны, забредающие порой и в Деревянный городок. На Сырдарье есть пляжи, но по крайней мере туристам купаться крайне не рекомендуют - после всех оазисов, хлопчатников и рисовников (Ферганская долина, Худжанд, Гулистан, юг Казахстана, Кызылорда) её вода пугающе грязная, да и течение змееподобной реки мощной и коварное. Более популярное место для отдыха - сероводородный источник в паре сотен метров от берега:

Отсюда хорошо виден Нулевой квартал - гостиница для высокопоставленных гостей вплоть до "первых лиц", во все времена посещавших берег Вселенной:

Гостиницу, как видите, соорудили новую, а вот синяя крыша, едва виднеющаяся за забором - это один из главных исторических памятников Байконура: Гагаринская беседка. Под её ажурными сводами 10 апреля 1961 года встретились трое из госкомиссии (Сергей Королёв, Кирилл Москаленко и Константин Руднев) и космонавты Первого отряда, одному из которых пару дней спустя предстояло лететь. Не для официоза и отеческих напутствий встретились, а как сказали бы сейчас - в неформальной обстановке. Перед самой дальней дорогой, в которую на тот момент отправлялся человек. Впрочем, есть мнение, что всё это была инсценировка-фотосессия уже после полёта...
Почему беседку упрятали за глухой высокий забор - мне не очень понятно, а местные говорили что-то вроде "объект находится под уголовным делом", видимо о каких-нибудь хищениях на строительстве новой гостиницы. Поэтому фото - лишь из викимапии:

Между Деревянным городком и Нулевым кварталом - парк, даже в знойный выходной день пугающе пустынный:

Но откуда-то из этого парка вырастает главная ось Байконура, ориентированная прямиком на Гагаринский старт:

Её начало - аллея сквера за Домом Офицеров, отмеченная скромным воинским мемориалом. Победа и Космос, как известно, два столпа национальной гордости, и на Байконуре, который и войны-то не застал, первый едва-едва заметен за вторым. Пушка ЗИС-1 1941 года, поставленная в 1995 году - старше, чем сам этот город:

Так как Байконур - это "город военных, снявших погоны", исторически именно Дом Офицеров (1962), а не Дворец Культуры, был его главным общественным местом. Но улицы в начале и конце рабочего дня больше не "окрашиваются в зелёный цвет", а Дом Офицеров сгорел в 1995 году, и с тех пор частью занят всякой всячиной, частью заброшен. Ленин с нимбом из знамён стоит всё в той же оси, указуя дорогу к звёздам:

Заря в 1958 году стала ПГТ Ленинским, а в 1969 году - городом Ленинск, лишь с 1995-го название города и космодрома совпали. Среди оставшихся в те годы здесь новое легендарное название прижилось, а для уехавших со дна упадка (космодром был брошен Россией на произвол судьбы в 1991-95 годах) - стало чудовищем, пожравшим их родной Ленинск. Но конь но главной площади - это не мамбеты из аула, а аниматоры, по случаю дня города едущие на набережную катать детей. Площадь Ленина - бескрайняя, как степь, асфальтовая сковородка, и на ней - заведение куда более важное, чем любая администрация - Штаб Космодрома:

Напротив него - гостиница "Центральная" с гирляндой орденов на фасаде. У крыльца её в дни запуска непрерывно стоит целый автобусный парк, но этот кадр был снят до активной фазы. 2 июня на Байконуре была другая движуха - День города, ведь этого числа 1955 года строящийся объект "Тайга" превратился в Научно-исследовательский испытательный полигон №5 и воинскую часть при нём, фактически ставшую первым посёлком. Под вечер тут был наивно-провинциальный концерт под открытым небом с русским певцами, казахскими фольклорными ансамблями и салютом, и космос упоминался разве что мельком в нескольких песнях - ведь люди живут на Земле... Я на концерт не ходил и знаю всё это лишь в пересказе estrella_de_sur, но он там обнаружил столь необычное для Байконура явление, как ТОЛПА. На самом деле на вопрос "А тут действительно так пусто?" я, кажется, впервые дал бы положительный ответ - Байконур между запусков даже слегка пугает своей тишиной и пустынностью, и жизнь тут идёт словно в замедленном кино с приглушённым звуком:

За заброшенном Универмагом (виден на позапрошлом кадре) из площади Ленина выходит Арбат - продолжающий "ось" пешеходный участок проспекта Королёва. Здесь стоят скульптуры зверей и людей, висят фотографии ракет и стартов, но хоть немного людной главная в городе пешеходная зона становится разве что под вечер в выходной:

Куда больше народу здесь становится в дни запуска, и не стоит удивляться, если народ этот говорит по-английски или по-немецки: Арбат в это время служит чем-то вроде фан-зоны в крупных городах на футбольные матчи. Или, на худой конец - вроде набережной на курортах. Даже кафе здесь всего два или три, причём дорогих и посредственных, а ещё десяток рассеян по дворам в непарадной части города:

Но пустынность Байконура всё-таки поражает: "на глаз" я бы дал ему тысяч 20-30 жителей самое большее. Город очень компактен - за два дня плотных прогулок мы обошли 4/5 его улиц и немалую долю дворов. Более того, город ещё и сильно ужался: я так и не нашёл данных о его населении в 1989 году, но вместе с военными (жившими, впрочем, больше в городках на космодроме) оно могло доходить до 150 тысяч - убыль сравнима с полузаброшенным Аркалыком! Поэтому на улицах бывшего Ленинска - гнетущая степная тишина.

За пятиэтажкой с весёлым космонавтом Арбат заканчивается, и проспект Королёва окончательно вступает в свои права: в каком ещё городе найдётся улица, ведущая прямо в космос?! Своеобразным байконурским квестом для нас стал поиск памятников людям из Совета Главных - неофициально органа, сплотившегося вокруг Королёва и курировавшего становление космонавтики. Входило в Совет 6 человек, этаких "апостолов космоса", к которым история за особый вклад приравняла ещё нескольких. Но памятники им расставлены буквально по всему городу, возможно вблизи тех домов, где они во время своих визитов на космодром жили. На проспекте Королёва - собственно Главный, следом - Виктор Кузнецов, отвечавший за один-единственный прибор, без которого ракете не выжить - гироскопы, ну а третий бюст - маршала Митрофана Неделина, о страшной гибели которого мы ещё вспомним в эту прогулку:

Они стоят на левой по ходу нашего движения стороне проспекта, а на правой расположился гордый Челомей - соперник Королёва, в 1961-66 годах даже сплотивший собственный Совет. У Челомея было множество оригинальных разработок (см. Реутов), ещё больше амбиций (равным себе он считал лишь Вернера фон Брауна, видимо не зная, что тот в свою очередь признавал превосходство Королёва), и может быть поэтому бюста Челомея на Байконуре нет. Но зато есть, хоть и в виде неловкой реплики из водонапорных труб, его главное детище - ракета "Протон". Она и кормила Байконур в прошлые годы, обеспечивая ему до четверти запусков планеты... пока на сцену не вышел Илон Маск:

На той же стороне, где Королёв - его главное детище: "Союз". Вернее, Королёв и молодой Дмитрий Козлов создали ракету Р-7, изначально для доставки за море водородных бомб. Объект "Тайга" не космодромом замышлялся, а ракетной базой, но как оружие "семёрка" оказалась громоздкой и дорогой: запускалась с огромных, уязвимых и хорошо заметных стартовых комплексов, заправлялась перед стартом 32 часа, жидкий кислород из её баков улетучивался вчетверо быстрее, и даже наведением занимались три командных пункта, расставленных в особой конфигурации. Зато она оказалась идельной ракетой-носителем, и её модификациями стали "Спутник", "Молния", "Луна", "Восток", "Восход" и наконец, с конца 1960-х - "Союз". Семёрки во всех видах летают уже 60 лет, их количество (порядка 2000) потянет на крупносерийное производство, и даже мы приехали смотреть именно запуск "Союза". Однако в виде памятников "Союз" по сравнению с гагаринским "Востоком" редок - вторую такую ракету я не так давно показывал в Самаре. Там ракета подлинная, но - из ранних и ещё сырых "просто Союзов". Здесь - габаритно-весовой макет "Союза-У" (то есть "унифицированного"), самой массовой космической ракеты в истории (793 запуска с 1973 года), сделанный на рубеже 1960-70-х, а поставленный здесь в 1981 году "к 20-летию космической эры". Странное положение, словно машину для вертикализации заклинило на середине - тоже памятник эпохи: ракету подняли ровно настолько, чтобы её не было с проходящих мимо Тюратама поездов.

Ну а сквер близ неё стал, пожалуй, нашим любимым местом Байконура - на его лавочках мы просидели не один час, в разговорах затрагивая то гравитационные волны, то гравитационный туалет. Южнее сквера - редкий на Байконуре супермаркет, где принимают карточки; севернее - Дом Связи с часами на фасаде, и тени цифр издалека похожи на "космическое" панно:

Рядом бюст Михаила Рязанского - в Совете Главных он отвечал за радиосвязь, то есть дистанционное управление ракет и космических аппаратов:

Дальше, за голубыми елями, встречает Гагарин. Мне этот памятник, громоздкий и в странной молитвенной позе, поначалу не понравился:

Пока я не увидел его главный "спецэффект" - Первокосмонавт словно берёт в руки то Луну, то Солнце, а 12 апреля, говорят, ему в ладони при взгляде с одной точки по очереди падают оба светила. И только года установки памятника я так и не нашёл, но по аналогии с другими - скорее всего это было на рубеже 1970-80-х:

Дальше расположена администрация Байконура. Именно российская администрация, а не казахстанский акимат - последний тут, теоретически, тоже есть, но мне на глаза не попадался. На стенде у администрации - очередь на переселение из аварийного жилья. На Крайнем Севере расселяют дома, в которых опустело больше половины квартир, и здесь, видимо, тоже.

По соседству - весьма неожиданная вывеска. Викимапия утверждает, что в 1980 году над каждым магазином Байконура было установлено внешние шефство, и этот универмаг курировала далёкая Эстония, украсившая его фасад в своих традициях. Но были ли здесь магазины "Вильнюс", "Тбилиси" или "Душанбе" - не знаю.

Почти в прямой видимости КПП-1 (см. прошлую часть), не справа и не слева от проспекта, а прямо в его аллее - Памятник Первопроходцам Байконура (1979-81) с очень красивыми скульптурами людей. Это не конкретные отцы-основатели, а собирательные образы строителя, испытателя и конструктора, мостивших дорогу в космос.

Над ними, в сквере - конструкция "Слава покорителям космоса!" (1995). Всё бы ничего - но посмотрите на нижнее (то есть правое) панно! Может и не шутил в прошлой части космонавт Сергей Залётин, в ответ на вопрос об инопланетянах сославшийся на государственную тайну?

А напротив, между проспектом и Сырдарьёй - святая святых Байконура, площадка №17а, во внешний мир обращённая конгломератом гостиниц. За ними - байконурское отделение Центра подготовки космонавтов имени Юрия Гагарина, и куда главнее роскошного "Байконура" или футуристического "Спутника" спрятанная в глубине гостиница "Космонавт": в ней живут "в режиме обсервации" две недели перед стартом оба космических экипажа (основной и дублирующий). Ещё глубже стоит Семиквартирный дом - в нём останавливались президенты и правители, будь то Никита Хрущёв, Шарль де Голль, Нурсултан Назарбаев или Владимир Путин.

Туда мы подойдём в последней части - одним из самых сильных моментов старта является выход космонавтов из гостиницы. А пока - лишь впечатляющее панно на торце местного офиса ЦЭНКИ (московский "Центр эксплуатации наземной космической инфраструктуры") о вечном стремлении Человека к небу.

На площадь вернёмся по берегу Сырдарьи - эта неимоверно длинная степная река ассоциируется у меня с пылью Великой Степи, грозными ханами и багровыми потоками крови, бородатыми паломниками к святым местам Ислама и купцами на верблюдах на Великом Шёлковом пути, но никак не с "рокотом космодрома". За рекой - Кызылкумы, или Красные пески, усеянные осколками Хорезма. И прямо отсюда за рекой можно увидеть юрты - ведь населённых пунктов в пустыне нет до самого Узбекистана. Совершенно невзрачные "на глаз" места на викимапии подписаны звучными названиями вроде "гора Шесть Сестёр" (и все "сёстры" по отдельности поименованы), Каракалпакское урочище или солончак Кытлым - это о том, как много значила здешняя земля для жителей бывшего Ленинска. Длинный остров в излучине известен как Слепой Казах - якобы, первостроители застали там одинокого и очень старого чабана Шимбибая. Купальщиков в реке я не видел, а вот рыбаки на грязноватом берегу стоят:

Близ Сырдарьи - единственная в космическом городе церковь Георгия Победоносца (1998-2005). Мечети - и вовсе в аулах за КПП. Но колокольня, как и все шатровые храмы Руси, тут похожа на ракету, а церковная территория - уютный сквер, где гуляют не только воцерковлённые люди. Тут Байконур - типичная Средняя Азия, где храмы служат русскими островками посреди Орды.

Дворец пионеров имени Владимира Комарова (1970), а дальше ещё кинотеатр и бассейн с названиями "Орион" и "Сатурн", более уместными на мысе Канаверал.

Над рекой - очень странный катер, видимо самоделка или детище какого-нибудь канувшего в Лету завода на Аральском море. Раньше он реально ходил по Сырдарье, но орошение среднеазиатских колхозов дорогого стоило - река обмелела и сузилась, и катеру осталось место лишь в виде кабака на берегу:

А этот дядька, в отличие от Рыбака из прошлой части, кажется действительно "поймал во-о-о-о-т такую рыбу!".

Там дальше на Сырдарье - благоустроенный пляж с шезлонгами и летними кафе, который сделали буквально за пару месяцев до нашего приезда. Пол-Байконура сразу стали этой зоной отдых гордиться, другие сели типично по-русски брюзжать: "Вот начальник у нас свою мечту детства сделал - пляж соорудил. А ничего, что у нас дома трубы текут и свет с перебоями? Лучше бы город привёл в порядок!". Мы же и вовсе умудрились пролететь мимо зоны отдыха, и в последующие дни я всё планировал сходить сюда отдельно, да так и не успел. На задворках - апофеоз Зелёных труб в виде колонки для поливалок:

Ещё две главные улицы уходят перпендикулярно проспекту Королёва. У фасада Дома Офицеров главную площадь пересекает тихая улица Титова, за ещё одной безымянной площадью переходящая в Бульвар Гагарина. Обратите внимание, что сталинки на Байконуре крыты красной черепицей - такого даже в Прибалтике не найти! Со стороны Титова перекрёсток отмечает пара небольших стел в честь Гагарина и Спутника, со стороны Гагарина - монумент "Наука-Космос" (1975), который я не сподобился заснять в нормальном свете:

Между ними ещё и школа №1 имени Шубникова. Посвящение и пышная сталинская архитектура не случайны: именно эта школа стала первым капитальным зданием города, построенным ещё на Заре в 1956 году. Красноречивый комментарий её ученика - скорее в целом о Ленинске 1970-х: "учился здесь, с трудом получал четвёрки, приехал в Москву - стал круглым отличником".

Бульвар Гагарина - это цепочка огромных пустынных скверов, робко жмущихся к земле под жгучим Солнцем. Справа (а на этом кадре взгляд назад) - огромный и невзрачный Военный госпиталь, слева - бывший военный городок, опустевший в 2009 году, когда Россия завершила вывод войск. Сквер между ними был посажен в 1957 году как Солдатский парк, и во "время первых" здесь росли красивые высокие деревья, под сводами которых была густая тень. Но ещё в конце 1970-х парк засох - вероятно, деревья дошли корнями до солёных горизонтов. Когда-то я разговаривал с хантыйскими шаманом, который на Байконуре служил срочную, а в общем служба на космодроме была не сахар - ведь большую часть здешних военных составлял стройбат

Пионерская улица отсекает небольшую часть бульвара с более густой зеленью, под сводами которой - пара братских могил. Несколько десятков человек, чьи "фргаменты тел" здесь покоятся, погибли 24 октября... но только в разные годы, и на Байконуре эта дата зовётся "Днём, когда не летают ракеты".

..Как уже говорилось, Р-7 хоть и обладала необходимой дальностью, всё же на оружие походила примерно как церемониальный меч. Американцы к концу 1950-х имели уже более 40 развёрнутых МБР - компактных, простых и дешёвых, и СССР всё ближе подходил к положению, с которого начинал Холодную войну: захотят - ударят. Конструктор Михаил Янгель, возглавивший днепропетровский "Южмаш", предложил новую концепцию ракеты с автономной системой управлению и двигателем на "высококипящих компонентах топлива" - более долговечных амиле и гептиле. Его Р-16 выглядела крайне перспективно, и к осени 1960 года первая ракета прибыла на Байконур для испытаний. Продемонстрировать новое оружие Хрущёв требовал как можно скорее, поэтому изделие было откровенно "сырым", и вот накануне запуска начали проявляться недостатки. Суть неисправностей человеку, не подкованному техническим, понять довольно сложно, но были они связаны с мембрами топливных баков и автоматической системой их подрыва. Более того, после слива топлива ремонт и прочистка баков ракеты заняли бы как минимум месяц, а ракету-дублёра подготовить так же не успели. От военных работами руководил артиллерийский маршал, герой войны Митрофан Неделин, и вот в одних источниках (выгораживая выживших) пишут, что лично он, а в других - что вся коллегия, включая конструкторов, приняли решение ликвидировать неисправности прямо на заправленной ракете. Неделин поставил своё кресло в 17 метрах от пускового стола (а в фольклоре - и вовсе прямо под соплами) и велел ликвидировать течь за сутки - дальше это просто потеряло бы смысл. Работы продолжались вечер, ночь и следующий день, рядом с тлеющей бочкой пороха находилось порядка 250 человек, и вот за полчаса до окончания работ, при выправления токораспределителя, Р-16 взорвалась. Вернее, у неё запустился двигатель второй ступени, и пламя температурой в несколько тысяч градусов пополам с азотной кислотой хлынули на людей. Ценой спешки стало 78 жизней, а от маршала натурально остался лишь пепел - опознавали Неделина по оплавленным орденам, пуговицам и звёздам. Конструкторы понимали опасность лучше военных, волновались сильнее, и накануне взрыва Янгель, вместе со специалистом по автоматике Андроником Иосифьяном, отошёл покурить. В силу огнеопасность объекта - на весьма приличное расстояние, что и спасло его. Он же послал телеграмму в Москву, после которой позвонил разгневанный Хрущёв с вопросом "а почему же ты живым остался?!", после чего Янгеля хватил инфаркт, в его жизни не первый и не последний...
Королёв же, хотя Янгель и был ему скорее соперником, генсеку ответил - "это могло случиться с каждым, в том числе и со мной - новая техника...". Три года спустя после "катастрофы Неделина" произошла ещё одна авария - на этот раз с боевой ракетой Королёва Р-9А: во время учебного пуска в шахте возник пожар от искры при замене лампочки, а дальше началась неразбериха - одни эвакуируются на лифте, другие обесточивают комплекс... Та трагедия унесла 9 жизней, но для Байконура стала не менее тяжко трагедией, в том числе из-за совпадения дат.

А ужас был в том, что это было НЕ совпадение - в обоих случаях отчёт об успешном запуске хотели положить Хрущёву на стол 7 ноября. Позже и Р-16, и Р-9 были приняты на вооружение, для ракетчиков же "чёрный день" стал надёжной прививкой от штурмовщины. В 1965 году похожая трагедия случилась и "у них" - при пожаре в шахте на базе Литтл-Рок погибло 53 американца.
А вот ветеран космодрома Андрей Ткаленко, отвечавший за строительство и снабжения, умер в 1986 году своей смертью, но завещал быть похороненным здесь.

Дальше по проспекту пока не пойдём. Байконур как город можно разделить на три "горизонта" - сталинская Десятая площадка и Деревянный городок остались от Зари и ПГТ Ленинский, и жили в них те, кто трудился на "время первых". Дальше идёт среда города Ленинска, где труженикам космоса давали квартиры в спокойных 1970-х:

Это, я бы сказал, город Байконур "по умолчанию", и даже в лучшее время жителям этих домов ничто человеческое было не чуждо:

Магазин "Бастилия" - сколько людей называли его так между собой, прежде чем это название стало официальным?

В этих же дворах - ещё двое из Совета Главных. Николай Пилюгин отвечал за автоматику ракет, и Валентин Глушко - за двигатели. Он отдал отрасли 60 лет (в 1929-89), возглавлял её в 1980-е годы, создал свертяжёлую "Энергию" и самые совершенные из ракетных двигателей, и в общем это пожалуй имя №2 в советской космонавтике после Сергея Королёва.

А вот совсем другой памятник, напоминающий о том, что мы хоть и рублями платим, и вывески российских госорганов видим, а всё же находимся в Казахстане. Там, где кончается Арбат перпендикулярно проспекту Королёва и параллельно проспекту Гагарина проходит проспект Абая. Я был уверен, что переименовали его из улицы Ленина, но где последняя была в Ленинске и была ли вообще, я так и не понял. А это - бывшая улица Советской Армии:

Но даже казахский поэт 19 века на здешнем памятники (2003) глядит в телескоп, а за спиной у него застыла бронзовая Солнечная система:

По ощущениям, главный в нынешнем Байконуре именно проспект Абая, в то время как проспекты Королёва и Гагарина - дороги к главным "воротам" закрытого города. А здесь всегда людно, на первых этажах всевозможные организации, и даже "общежитие гостиничного типа", куда селят туристов - тоже здесь. Почти напротив него - крупнейший (если не единственный) в городе ТРЦ "Арсенал" и огромное здание "Казкосмоса" с информационно-вычислительным центром, начатое в 1980-х и доведённое до ума в 1998-2006, когда на Байконур вернулась Россия. Казахстан старательно пытается быть космической державой, предлагая "Роскосмосу" совместные проекты с названиями вроде "Байтерек" ("Тополь", вернее "Мировое древо") или "Сункар" (Falcon). Но вот например передача Казахстану площадок "Зенита" - это уже серьёзно: работающие над этой ракетой Россия и Украина друг с другом сотрудничать не могут, а с Казахстаном - вполне. Да и сама атмосфера степной страны такая... космическая весьма:

Дальше на Абая - стела, в народе конечно же Чупа-Чупс, зато с "Салютом-8", который здесь так и не стал станцией "Мир". А рядом, внезапно, паровоз - луганский Эу-709-81 1930 года постройки, на заре космодрома таскавший материалы для стартовых площадок или возивший к ним персонал. Ракеты на старты тоже таскали "эшки", и хочется верить, что именно этот паровоз тянул "Восток-1" Гагарина... да, именно так - взлететь в космос ракете помогал паровоз! Машину извлекли с "кладбища паровозов" на площадке №118 и поставили здесь в 2005 году, красиво назвав "Космотранс":

Ведь за валом начинается железная дорога. Космодром раскинулся на 90 километров с юга на север и на 70 с запада на восток, от городка и Тюратам расходясь по степи гигантским конусом или скорее "грибом". Когда он строился, автотранспорт в СССР в принципе был не очень-то развит, да и буран тогда не ракетопланом был, а снежной бурей, заметавшей дороги. Поэтому на Байконуре есть собственная система железных дорог, причём весьма внушительная - 470 километров путей и 15 станций, и более того, она работает по сей день. Однако если спросить у байконурцев, когда прибывает поезд, они скорее всего вспомнят расписание вокзала в диковатом Тюратаме. Поезда - они по магистрали ходят между Москвой и Алма-Атой, здесь же - "мотовозы":

Старенькие, но ещё вполне комфортабельные аммендорфовские вагоны - купейные и даже с кондиционером. Проезд в них бесплатен, но только по пропуску, а за каждым маршрутом закреплён свой путь. До конечных ехать в среднем от 1,5 до 4 часов, и поезд удобен хотя бы тем, что привозит на объект сразу всю его смену. Днём мотовозы на космодроме, а время их прибытия в город, судя по всему, условное - по крайней мере нам увидеть их по расписанию не удалось. На станции нет даже вокзала: билеты не продаются в кассах, а залом ожидания, если вдруг пришёл слишком рано, будет сам вагон. Путей между некоторых платформ по три - средний нужен для того, чтобы локомотив переехал на другой конец состава, и для бывшего СССР такая система совсем не типична. И лишь одно осталось для меня загадкой - почему мотовозы? О настоящих мотовозах (то есть бензомоторых локомотивах, характерных больше для узкоколеек) на Байконуре никаких сведений нет. В основном здесь работают маневровые тепловозы из Брянска:

На одной из самых дальних площадок ракеты "Циклон" есть и вовсе экзотический агрегат - аккумуляторный электровоз из Дружковки. Последняя находится в Донбассе, и её завод специализировался на шахтных локомотивах, но для Байконура эта машина так и осталась опытной. Исчерпывающее описание железных дорог Байконура есть здесь, и эта фотка оттуда же.

А рядом с Городской накатывает порой плотный запах керосина. Не дизеля, а именно керосина, словно локомотивы пропахли им насквозь на стартовых площадках. Слева от путей маслянисто дымит высокая ТЭЦ, справа зеленеют пыльные дворы пятиэтажек, в скверах между которыми затесалось ещё несколько интересных объектов. Например, боевая межконтинентальная ракета УР-100, созданная в 1970-71 годах всё тем же Янгелем (не путать с более известной УР-100 Челомея!). Памятник конструктору перед ней - на заглавном кадре:

Вернее, это конечно не сама ракета, а её пусковой контейнер, как бы гигантский патрон, устанавливаемый в шахту:

Дальше - бессмысленного вида стела, в народе известная как "Колючка", а микрорайон за ней носит звучное название Даманский:

На его краю, в прямой видимости забора, за которым ядовито блестят крыши Тюратама - самолёт Ли-2 1940-50-х годов, в обслуживании Байконура современник того паровоза:

Ещё один самолёт стоит в сквере у бульвара Гагарина. Но чтобы туда пройти, вернёмся сначала на проспект Абая - за Городской в ряд стоят два УВД (России и Казахстана), а за ними раскинулся базар, по среднеазиатской традиции ставший на Байконуре главным узлом маршруток. На этом, а также на неумелых подражаниях "николаевским" уездным домикам, проявления Средней Азии даже на байконурском базаре заканчиваются.

Напротив - последний из Совета Главных Владимир Бармин. Памятник ему не зря так капитален - Бармин занимался стартовыми комплексами, и если творения других Главных улетали и рассыпались над степью, то его творения работают на Байконуре по сей день.

Поодаль - гипсовые сайгаки, которых я сразу обозвал Памятник жертвам гептила. Несимметричный демитилгидразин действительно страшный яд, и несколько его капель на коже могут если не убить, то на всю жизнь попортить здоровье. Однако из того, что с Байконура запускалось в 21 веке регулярно, на гептиле работает только "Протон", а большинство ракет заправляют обычным авиационным керосином:

Перпендикулярными улицами...

мы вернулись на проспект Гагарина. И стела "Ленинск" как бы намекает, что с 1970-х годов город успел подрасти:

Эти номерные микрорайоны строились в 1980-х годах для специалистов программы "Энергия-Буран", тем более что их присутствие требовалось на космодроме непрерывно для межполётного обслуживнаия ракетопланов. Здесь дома улучшенных серий, школы московских проектов (в том числе МКШ из прошлой части), местами нестандартная планировки в виде пчелиных сот или скорее "полусот", а главное - нету "бельм" покинутых квартир: кто-то уехал отсюда в Россию, а кто-то из пятиэтажек - сюда.

В сквере Авиаторов - красавец Ан-12, основной самолёт Байконура в 1960-90-е годы. Проспект Гагарина ведёт за КПП-5 к аэропорту Крайний:

А там ещё немного - и обрыв: пустыри на месте недостроенных районов: ни "Бурану", ни "Энергии" не суждено было летать. Одни дома коллапс застал в виде коробок в пару-тройку этажей, другие - фундаментами, третьи - кучами песка. И ветер из-за Сырдарьи словно доносит песни кочевников...

Поэтому в следующей части обратимся к прошлому в специально отведённых для этого местах - музеях города и космодрома.
Автор VARANDEJ