Востротин Валерий Александрович, легендарный "КЭП" 345 ОПДП

Валерий Александрович родился 20 ноября 1952 года в городе Касли Челябинской области в семье рабочего.

Окончил Свердловское суворовское военное училище в 1971 году (23-й выпуск).

Образование высшее:

- Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище (1975 г.) - c отличием;
- Военная академия им. М.В.Фрунзе (1985 г.) - с отличием;
- Военная академия Генерального штаба Вооруженных Сил РФ (1994 г.).

Офицерскую службу начал в 1975 году командиром парашютно-десантного взвода одной из частей ВДВ Туркестанского военного округа (город Фергана). Был заместителем командира роты. На горячей земле Афганистана был дважды, в общей сложности около пяти лет, первый раз – лейтенантом, второй – командиром батальона, а на завершающем этапе войны – командиром 345-го парашютно-десантного полка. В декабре 1979 года в составе ограниченного контингента советских войск в Афганистане в качестве командира роты принимал участие в штурме дворца "Тадж-Бек" в Кабуле – резиденции Президента страны Хафизуллы Амина.

Был помощником начальника штаба, начальником штаба, заместителем командира батальона и командиром батальона гвардейского 345-го отдельного парашютно-десантного полка.

В апреле 1980 г. за мужество и героизм, проявленные при исполнении интернационального долга, В. Востротин был представлен к ордену Красного Знамени. Был ранен, будучи ещё начальником штаба батальона. Затем, уже в должности командира батальона, снова был тяжело ранен. Боевая машина, в которой он находился, попала в засаду, машина была расстреляна в упор из гранатомета: лоб, щёки оказались посечёнными осколками, задело левый глаз. Длительное лечение принесло результаты: удалось сохранить зрение, вернуть перспективного офицера в строй, – в 1982 году он поступил в Военную академию имени М.В. Фрунзе.

После учебы в академии в 1985 году он был назначен начальником штаба, затем заместителем командира и командиром 300-го парашютно-десантного полка, расквартированного в Молдавской ССР.

Затем он снова вернулся в Афганистан и вновь принимал решения, от которых зависела жизнь и смерть людей.

С сентября 1986 года В.А. Востротин командовал в Афганистане (Баграм) гвардейским 345-м отдельным парашютно-десантным полком (в звании подполковника) 40-й армии Туркестанского военного округа (ограниченный контингент советских войск в Демократической Республике Афганистан). В этот период он получил второе ранение.

Через одиннадцать лет воинской службы он стал командиром той воинской части, в которой начинал лейтенантскую службу. И свой первый бой в должности командира части принял на том самом месте, где был тяжело ранен, будучи ещё начальником штаба батальона.

Будучи командиром полка, блестяще организовал и провёл операцию по очистке от душманов участка на пакистанской границе в районе Алихейля. Два дня шли тяжёлые бои по обороне господствующих высот, на третий десантники начали отход. Душманы, опьянённые успехом, устремились за ними. Но минное поле, на которое попали душманы, и кинжальный огонь затаившихся заранее подразделений решили исход боя в пользу десантников.

Под командованием В.А. Востротина воины-десантники, проявляя лучшие черты советского солдата-интернационалиста, выходили победителями в многочисленных боевых столкновениях со своими противниками, например:

Хостинская операция, закончившаяся разгромом 12-тысячной группировки мятежников;
бои в горах Пагмана;
операция "Магистраль"
снятие блокады Хоста и сражение на высоте 3234, на подступах к дороге "Гардез-Хост".
За умелое командование полком, успешное выполнение задания по оказанию интернациональной помощи Республике Афганистан и проявленные при этом мужество и героизм Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 января 1988 года гвардии подполковнику Востротину Валерию Александровичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда" (№ 11563).

Полковник В.А. Востротин выводил гвардейский 345-м отдельный парашютно-десантный полк 11 февраля 1989 года из Афганистана в СССР (г. Кировабад) и командовал им до мая 1989 года.

После вывода советских войск из Афганистана полковник В.А. Востротин поступил в Военную академию Генерального штаба Вооруженных Сил РФ, и с 1989 по 1992 годы командовал 98-й гвардейской воздушно-десантной дивизией в г. Иваново. Через год дивизия стала лучшей в ВДВ. Она была награждена вымпелом Министра обороны СССР "За мужество и воинскую доблесть".

С 1992 по 1994 годы В.А. Востротин был слушателем Военной академии Генерального штаба Вооруженных Сил России.

С 1994 года генерал-майор В.А. Востротин - заместитель министра Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий. Курировал кадровую политику МЧС России, систему подготовки и воспитания кадров, обучение в учебных заведениях МЧС, а также работу в области безопасности функционирования всех звеньев системы МЧС России.

На этом посту он руководил спасательными работами на Дальнем Востоке и Северном полюсе, на Курилах и в Якутии, на Сахалине и в Чеченской республике.

Будучи одним из руководителей МЧС России, В.А. Востротин активно участвует в организации и проведении сложных поисково-спасательных и чрезвычайных гуманитарных операциях. Его опыт и служба в Афганистане оказались востребованными в 2001-2002 гг. при обеспечении развертывания российской гуманитарной базы в Кабуле.

В 1999 году "майору Гусарову" – одному из главных героев в художественном фильме "Черная акула" – бывшему командиру прославленного 345-го гвардейского парашютно-десантного полка Валерию Александровичу Востротину было присвоено воинское звание "генерал-полковник".

Был освобожден от должности заместителя министра МЧС в октябре 2003 года после выдвижения кандидатом в депутаты Государственной Думы РФ, а 7 декабря 2003 года был избран депутатом Государственной Думы Федерального Собрания РФ 4-го созыва, а потом и 5 созыва.

— На этот вопрос однозначно не ответишь. Вообще-то, к званию Героя меня представляли четырежды. Первый раз за взятие дворца Амина. Тогда Героев получили ребята из “Альфы”. В тех списках был и я. Но “залетел” с трофеями. Мы читали книги о войне, смотрели фильмы, в которых разведчики всегда курили трофейные сигареты, носили трофейное оружие. Мы были молодые и, увидев этот огромный дворец Амина, посчитали его одним большим трофеем. Он был по-восточному богато оформлен и по-современному оборудован: в каждой комнате видеомагнитофоны, приемники, телевизоры. Повсюду ковры, оружие: сабли серебряные, израильские “узи”. И, конечно, мы посчитали, что все это наше. Честно говоря, мысли не было что-то продать, на чем-то нажиться. Мы жили в палатках, и я думал: “Обвешу все палатки персидскими коврами — и солдатам тепло, и красиво. В каждый взвод по две швейные машинки — обмундирование подгонять. Каждому бойцу по пистолету Макарова, их там сотни лежали. В общем, набрали мы два ЗИЛа этого барахла, никто нас не остановил, и мы приехали в Баграм. А потом нас как тряхнули!.. Мы, конечно, все вернули, но разговора о Герое больше не было.
Тогда, в первую афганскую командировку, меня еще дважды представляли к награждению Золотой Звездой. И вот трижды не ставший Героем, я приехал поступать в Академию Фрунзе.



А Золотую Звезду я получил уже во второй свой приезд в Афганистан. Полк, которым я командовал, выполнял задачу в составе армейской группировки на границе с Пакистаном. Это была обычная плановая операция. Она заключалась в том, что наши войска выходили на границу с Пакистаном, перекрывали ее на определенном участке. А афганцы у нас в тылу подходили к своим пограничным заставам, осуществляли в течение двух недель замену личного состава, пополнение запасов вооружения, боеприпасов, продовольствия. После этого мы уходили, а они оставались на год на границе. Это была уже третья армейская операция в этом районе, так называемом Парчинарском выступе. Полк в ней каждый раз участвовал, и многие солдаты и офицеры знали о ней по прошлому году. Особой сложности она не представляла. Но за год обстановка изменилась. На участке, куда мы должны были выходить, душманами был организован учебный центр по подготовке боевиков. Инструкторами там были иорданские специалисты. У нас первыми шли разведчики и девятая рота, они и наткнулись на этот центр. Начался серьезный бой. Поначалу ему не придали особого значения, но я понял, что эти две роты попали в трудную ситуацию. Отдал им все, что было в распоряжении командира полка: артиллерию, авиацию. Потом сам высадился на вертолете. Три дня бой шел практически врукопашную. Когда я докладывал о том, что среди погибших со стороны противника есть негры, мне никто не верил. А перед нами были трупы иорданцев, одетые в однообразную военизированную форму, желтые кожаные перчатки, легкие горные кроссовки, все с американскими винтовками М-26. Когда командующий армией понял, что дела серьезные, мне отдали всю артиллерию на этом направлении, всю авиацию, даже высокоточное оружие (по тем временам секретное) — миномет “Тюльпан”.
Вскоре об этой операции узнали в Москве. Через дипломатические каналы, через разведчиков. Из Москвы прилетели два генерала разбираться, что там у душманов произошло. А у них со стороны Пакистана все госпитали заполнены ранеными и убитыми. И вот в 1987 году меня представили четвертый раз, и в феврале 88-го я получил Золотую Звезду.