Полюс (3 фото)

В 2015 году 55-летний Уорсли решил к столетию экспедиции Шеклтона пересечь Антарктиду в одиночку, без посторонней помощи, полагаясь только на собственные силы: тайников с провиантом вдоль маршрута не было, и ему пришлось бы тащить все необходимое на санях. Без собак и без паруса. Подобной попытки до него не предпринимал никто.

Одной из целей путешествия было привлечь крупные пожертвования в фонд помощи раненым солдатам. Маршрут Уорсли начинался на острове Беркнер, на атлантическом побережье Антарктиды, к югу от Чили. Оттуда ему предстояло пройти 1 000 километров до Южного полюса. Затем, идя в противоположном направлении, он должен был подняться на Купол Титана и спуститься к ледяному шельфу Росса со стороны Тихого океана. Протяженность этого маршрута составляла 600 километров, а вся экспедиция должна была занять почти 80 дней.

Сани, которые в начале путешествия весили почти 150 килограмм, крепились к стропам у него на поясе, а чтобы было проще тащить их по льду, он шел на беговых лыжах, помогая себе палками. Путь начался от уровня моря, но постепенно поднимался. Воздух становился все разреженнее, и у Уорсли носом шла кровь, оставляя вдоль лыжни алые пятна. Внимание всего мира было приковано к путешествию. Каждый день, пройдя несколько часов и обустроившись на отдых в палатке, Уорсли по спутниковой связи передавал на Большую землю сообщение о том, как прошел очередной день экспедиции.

Через неделю после начала путешествия, Уорсли попал в буран. Ему пришлось продираться через ледяную бурю, и единственное, что он видел, — свой компас и носы лыж. Он уставал быстрее, чем в прошлых экспедициях. Дело было не только в санях — Уорсли постоянно приходилось прокладывать путь и в одиночку разбивать лагерь.

За два месяца он прошел больше 500 километров и чувствовал, что вот-вот развалится на куски. Руки и ноги ныли. Болела спина. На ногах образовались мозоли, а ногти обесцветились. Пальцы от холода стали терять чувствительность. В дневнике он записал: «Беспокоюсь за пальцы — кончику мизинца уже пришел конец, а остальные ужасно болят». Кусая замерзший протеиновый батончик Уорсли сломал передний зуб, и стоило ему открыть рот, как в зазоре начинал завывать ветер. Ноги были покрыты мозолями и синяками, и ему пришлось выравнивать подкладку ботинок ножом, чтобы хоть как-то облегчить боль. Внезапно появилась загадочная боль в желудке, которая усиливалась, когда на живот давила стропа от саней.

2 января, отстав от графика всего лишь на день, Уорсли достиг Южного полюса. Его встретила группа поклонников с научно-исследовательской станции. Это были первые люди, которых он встретил за 51 день. Однако до конца путешествия было еще далеко — позади был лишь первый этап. Уорсли шел в одиночку и потому не мог воспользоваться гостеприимством ученых. Он заночевал в палатке.

Уорсли предполагал, что завершит путешествие за три недели и что худшая его часть уже позади. Однако, поднимаясь на Купол Титана, он отметил, что «так и умереть недолго». Он потерял почти 20 килограмм веса, его давно не знавшая стирки одежда висела на нем как на вешалке. «Чувствую сильную слабость, ноги забились, а руки как ватные», — писал он. Под глазами появились круги. Пальцы окончательно онемели. 7 января он проснулся от резкой боли в животе.

19 января, пройдя сквозь очередную бурю, Уорсли слишком устал, чтобы дать в эфир очередное сообщение, но все же написал замерзшей рукой пару неразборчивых строк в дневнике: «Я на грани… теряю сознание… живот… принял обезболивающие». Несколько раз живот заставлял его выбегать наружу и подолгу сидеть на корточках на пронизывающем холоде.

22 января, после 71 дня в пути протяженностью в полторы тысячи километров, почти умирающий Уорсли нажал кнопку спутникового телефона и вызвал «самое дорогое такси, на котором ему доводилось ездить». «Всем привет, — зазвучало в эфире. — Знаете, когда мой герой детства Эрнест Шеклтон не дошел до Южного полюса, то он сказал, что сделал все, что мог. С прискорбием сообщаю, что мне придется последовать примеру Шеклтона. Путешествие подошло к концу. Это был Генри Уорсли. Конец связи».

Он не дошел до конца маршрута всего 30 км.

Самолет прибыл за ним в конце дня. Уорсли встал во весь рост и сам дошел до трапа, хоть ему и потребовалась помощь, чтобы подняться в салон. В больнице доктора сказали, что у Генри бактериальный перитонит — вероятно, вызванный прободной язвой, — и если инфекция попадет в кровь, то она вызовет септический шок. Сначала у Уорсли отказала печень, а потом почки. Известие о его смерти стало шоком для всех, но количество пожертвований в фонд помощи раненым солдатам начало стремительно увеличиваться, достигнув 315 000 фунтов, суммы втрое большей первоначально поставленной задачи.

Похороны состоялись 11 февраля 2016 года в соборе Святого Павла в Найтсбридже. Проводить Генри Уорсли в последний путь пришли сотни людей. Они решили отказаться от чёрных цветов в одежде и были одеты в яркие галстуки и шарфы, чтобы почтить насыщенную приключениями жизнь Уорсли.

Уорсли был кремирован, а его прах был захоронен рядом с могилой Шеклтона в Южной Георгии

Оригинал читайте на сайте The New Yorker. https://www.newyorker.com/magazine/2018/02/12/the-white-darkness