Человек может всё — история из жизни Неубиваемый Ян (3 фото)

Третьего дня, в цепкие лапы попал фильм «Выживший». Ну тот, где ДиКаприо в роли Хью Гласа ползет за Оскаром. А по пути то с медведем подерется, то с индейцами, то с французами, то в реку ледяную нырнет, то свалится с обрыва. И хоть бы что ему, жив-живехонек.

Я с одной стороны радовался за Леню, с другой - каждый раз думал «ну зачем режиссер так сгущает краски, ну нельзя выжить после такого».

Но знаменитый норвежец Ян Болсруд говорит: «подержи моё пиво, щегол». И серьезно – вот у этого мужика запасных жизней было больше, чем у кота.

С 1940-ого года Норвегия была оккупирована Германией. Молодой норвежец Ян Болсруд сумел выбраться в Англию, где вступил в ряды сопротивления. Он прошел подготовку как коммандос и весной 1943-го на лодке «Браттхольм» был отправлен с отрядом бойцов обратно на родину, готовить партизан для диверсий.

Увы, их раскрыли и донесли немцам. Лодка была атакована и бойцам пришлось прыгать в ледяную воду...

Ян Болсруд выплыл на берег. Будто всего было мало, он увидел, что взвод немцев окружает их с берега. «Херушки» подумал Ян и рванул наутек. Все что у него было при себе, кроме отяжелевшей от воды одежды – пистолет, перочинный нож и один сапог. Второй утонул в заливе.

Март месяц. Север. Скалистый заснеженный остров.

Немцы начали стрелять по беглецу и он нырнул в овраг, где нос к носу столкнулся с гестаповцами. В два выстрела Ян, как опытный тамада, на ровном месте организовал два трупа. Это охладило пыл остальных преследователей и Ян сумел оторваться.

Так как он был на острове и рано или поздно немцы заглянули бы под каждый камень – ничего не оставалось, кроме как снова нырнуть в ледяную воду и переплыть на соседний остров.
Тут ловить тоже было нечего, поэтому едва отдышавшись он переплыл третью стометровку и уже в сумерках кое-как выполз на берег.

- Привет, - дружелюбно сказал он, вынырнув из ледяной морской пучины, двум местным девочкам.

Те все-таки не приняли его за Ермунганда и позвали родителей.

Рискуя своими жизнями, они обогрели и накормили незнакомца. Болсруд взял только короткую передышку, пока не высохнет одежда.
Воспользовался временем, чтобы первый раз как следует обдумать всю ситуацию. И ситуация была полное дерьмо.

Товарищи в руках гестапо, имена связных скомпрометированы. Он остался один. Без денег, без документов и без припасов.

- Прорвемся, - сказал Болсруд и пошел на прорыв.

Передохнув у семьи пару часов, он одолжил у них второй сапог и двинулся на юг, в сторону нейтральной Швеции. Первые четыре дня, с раненной ногой, проваливаясь по колено в снег, Ян двигался почти без остановки. Перебегал от деревни к деревне, прося немного еды в дорогу.
Местные жители по понятным причинам недоверчиво относились к незнакомцу, подозревая в нем агента гестапо. Но в доказательство Ян просто показывал раненную ногу.
Аргументный аргумент – ни один провокатор не будет сам себя калечить.

Одна из семей перевезла Яна через очередной пролив и дала в подарок лыжи. Дело пошло куда лучше.
Ян на всех парах топил вперед, как выкатившись из-за крутого поворота холма… столкнулся нос к носу со взводом немцев.

Гутен морген,- сказал стальной Ян и под равнодушное бурчание немцев покатил себе дальше в гору.

Началась метель.
Ни палатки, ни примуса и негде спрятаться. Понимая, что остановка равна смерти, Ян продолжал двигаться буквально на ощупь. После трех дней метели наконец-то вышло солнышко. Солнышко вышло, снежок заблестел и… ослепил Яна.
Он получил сильный ожог сетчатки и ослеп.

- Природа, да отвали уже, - проворчал Ян.

Видя перед собой только черные пятна он продолжал шаг за шагом двигаться вперед. А солнышко все пригревало, снежок подтаял и… сошел лавиной, которая смела бедного Яна со стометровой высоты вниз в долину.

И опять он не умер.

Оглушенный лавиной, слепой Ян сумел откопаться. Лыжи и рюкзак с последними крохами еды остались где-то под снегом. Ян вслепую, на четвереньках продолжал двигаться.
Он был в крайнем истощении, начались галлюцинации. Ян двигался уже седьмой день без остановки, когда нащупал какую-то дверь, открыл её и рухнул внутрь.

Поразительно, как одновременно ему все время невероятно не везло и везло в то же время. Если бы он наплутал на соседнее здание – то попал бы в местную школу, где засели немцы.
Но ему повезло.

На порог дома фермера Мариуса Грёнвольда рухнуло ледяное нечто, меньше всего напоминавшее человека. Рискуя жизнью своей семьи, Мариус взялся помогать невесть откуда свалившемуся незнакомцу. Под самым носом у немцев он сумел выходить Яна.
Зрение к тому потихоньку возвращалось, но ноги были сильно обморожены. Через четыре дня Ян пришел в себя и Мариус перевез его на материк, спрятав в «отеле Савой». «Отель Савой» был охотничьей избушкой, конурой два на три метра.
Но Ян не терял оптимизма и чувства юмора.

Мариус оставил Яну еды и пообещал вернуться через два дня. Но не вернулся. Болсруду, который вроде был шел на поправку, стало хуже. Он оценил, что у него начинается гангрена.

- Ну и не очень-то он мне нужен, - сказал Ян, достал нож и отрезал к чертям омертвевший палец на ноге.

Мариус сумел вернуться только на восьмой день – в проливе шла сильная буря и плыть на лодке было невозможно. Ян к этому времени больше напоминал покойника. Теперь и речи не шло о самостоятельном передвижении.
Через посыльных Мариус сумел договориться с жителями южного района Манделан, что они помогут Яну. Рандеву назначили в горах, возле приметного камня.

Мариус с тремя друзьями соорудил сани. Обычно, раненых спускают с горы. Ян был настолько суров, что его тащили в гору.

Но манделанцы не пришли.
Силы были на исходе – Яна уже не спустить. Ничего не оставалось, как принять очень тяжелое решение. Мариус с друзьями выкопал яму в снегу, погрузил туда сани с Яном.
Пообещал ему, что манделанцы придут завтра.

- Все в порядке, - сказал Болсруд, - таков путь.

Они ушли. Ян остался в снежной яме в горах. Один.

Но манделанцы не пришли. Ни завтра, ни через неделю.

Они не нарушали своего слова, но неожиданная облава немцев и начавшаяся следом буря не давали выйти. Манделанцы сделали две героические вылазки в горы, ночью, когда метель едва успокаивалась, но увы, снег скрыл все ориентиры.

Только на девятый день, манделанцы сумели прислать своего человека к Мариусу с грустной новостью - они не сумели найти Яна. Бедный Мариус осознал, что оставил товарища умирать в этой яме.
Он бросился в горы к «тайнику» и разгребая снег, надеялся найти там только предсмертную записку.

- Да вы охренели, - сказал Ян, открывая глаза, - меня палкой не перешибешь, дайте поспать ещё пять минуточек.

Болсруд девять дней провел накрытый одним одеялом в снежной яме в горах. И не умер.
Особо даже не простудился.

Снова заработали связные и манделанцы напряглись изо всех сил. Они сумели найти Яна и начали перетаскивать его, буквально по километру в день. С пересечением границы нужна была помощь. Вся надежда была на местных оленеводов-лопарей.
Но возникли трудности. Оленеводам все эти ваши мировые войны были до известного места. За помощь они попросили кофе, алкоголь и табак. Сущая ерунда, казалось бы. Но в условиях оккупации эти дефицитные товары были на вес золота.
Вся деревня скинулась последним, чтобы оплатить эту «перевозку».

Пока шли переговоры, Яна спрятали в очередной пещерке. Заняться там особо было нечем, скучно, из всех развлечений только гангрена, поэтому он отрезал остальные девять пальцев на ногах.
Карманным ножичком. В пещере. Сам себе. И опять остался жив.

Наконец за ним пришли оленеводы, погрузили на сани и тронулись в путь через границу. Свобода была очень близка.
Но уже на финско-шведской границе, когда до нейтральной территории оставалось буквально сотни метров, оленеводы попались немецким пограничникам. Они начали стрелять и побежали к нарушителям.

Лопари в панике метались, не зная, что предпринять. Бедный Ян из последних сил орал «вперед!», но лопари не знали норвежского. Тогда Ян вспомнил совет Аль Капоне.
Достал пистолет, ткнул им в лицо ближайшего оленевода и снова проорал «вперед!».

В том, внезапно, проснулись навыки полиглота, он стеганул оленей и вся кавалькада из людей и животных пронеслась в Швецию.

Так закончилась одиссея Ян Болсруда. Через три месяца, полностью поправившись, он вернется в Англию, а оттуда сразу же в Норвегию — продолжить борьбу с оккупантами.

Ян проживет долгую и счастливую жизнь.

Операция Martin Red. Всего на "Братхольм" было 12 бойцов. Один погиб во время атаки немецкого корабля. Остальные 10 человек попали в плен в гестапо и после пыток были расстреляны. Из всего отряда выжил только Ян.

Местный лавочник, который выдал их гестапо был после войны осужден на 10 лет каторжных работ. Ответственный за казнь норвежских бойцов штурмбаннфюрер СС Курт Штаге был казнен как военный преступник в 1947-ом.

Мариус Грёнвольд после войны женился. С товарищами, с которыми он помогал Яну, они открыли свое производство рабочей одежды. Деревню Манделан, жители которой помогали Болсруду на финальном этапе побега, сожгли немцы при отступлении из Норвегии и она была заново отстроена после войны.

Ян Болсруд скончался в 1988-ом и по завещанию его прах похоронен на кладбище в Манделане.