"Где купил ордена?" (7 фото)

Поэт
Рассказ об Ионе Лазаревиче Дегене. Сейчас о нем мало, кто знает. А в свое время он наделал много шума, вернее не он, а его стихотворение «Мой товарищ, в смертельной агонии…», написанное в декабре 1944 года.

Фронтовик

Ион Деген в июле 1941 года ушел добровольцем на фронт. На тот момент ему было по идее 16 лет. Возможно, скрыл свой возраст. Сначала воевал в составе истребительного батальона, потом в 130 стрелковой дивизии. Попал в окружение. Был ранен. После выхода из окружения сразу попал в госпиталь. Ранение в ногу серьезное, в тех условиях могла быть только ампутация. Совсем еще мальчишку пожалели, отправили в глубокий тыл. Ногу удалось спасти.

К лету 1942 ого Ион Деген уже в строю. Воевал в Грузии в составе 42-о отдельного дивизиона бронепоездов «Сибиряк» и «Железнодорожник Кузбасса» разведчиком. Дивизион прикрывал направления на Моздок и Беслан. В октябре Деген снова ранен. После выписки из госпиталя становится курсантом 21-го учебного танкового полка в городе Шулавери, откуда переводится в 1-е Харьковское танковое училище.

Весной 1944 заканчивает его с отличием и снова возвращается на фронт в звании младшего лейтенанта. В июне он уже командир танка во 2-й отдельной гвардейской танковой бригады, принимает участие в Белорусской наступательной операции. Экипажем Дегена уничтожено 12 немецких танков (в том числе 1 «Тигр», 8 «Пантер»), 4 самоходных орудия (в том числе 1 «Фердинанд»), множество другой техники противника, а также живой силы. Так сказано в наградных документах. Потом Даген становится командиром танкового взвода, командиром танковой роты (T-34-85). За этот период он был четырежды ранен, горел в танке. Помимо ожогов, из молодого гвардии лейтенанта извлекли 24 осколка, несколько пуль.

Ранение
Последнее ранение в январе 1945 оказалось тяжелым — осколок в мозгу, оторвана верхняя челюсть, семь пулевых ранений в руки, четыре осколочных ранения в ноги, оторвана пятка одной ноги. В госпитале после осмотра его ранений, в историю болезни записали — «Травма не совместима с жизнью». Но Деген выжил. Именно там, в том самом госпитале в Кирове решил для себя, что станет врачом.

Ко Дню Победы
Там же в госпитале произошел случай, о котором Деген любил вспоминать, особенно в День Победы. Не секрет, что многие раненные пытались проносить в госпиталь спиртное, хотя это и было строго запрещено. И вот однажды операция удалась. И тут же следом в палату вошел замполит госпиталя. Видимо, что-то заподозрил. Деген только успел, что сунуть бутылку в тумбочку. Проверяющий стал заглядывать в каждую. Дошел до Дегена. Открыл. Там бутылка. Замполит замер, будто увидел мину. Ион, не давая ему опомнится:

— Не смейте прикасаться к бутылке. Я приготовил ее, чтобы отпраздновать победу!

Трудно сказать, что подействовало, подполковник молча ушел, бросив проверку.

Стихотворение
В основе сюжета история, которая произошла с Дагеном в 1942 году. На поле боя он перевязывал своего тяжело раненного товарища. Даген хотел разорвать на нем рубашку, чтобы перевязать рану, услышал:

- Не надо.. отдай ее живым.. - это были последние слова его друга.

Обвинение
Смерть фронтового товарища, особенно его слова на всю жизнь врезались в память солдата. Через два года родились стихи, те самые, за которые поэта-фронтовика посчитали чуть ли не мародером. В 1945 году Симонов назвал стихи клеветой на Красную Армию, а Дегена - воспевателем мародеров, которому не место в Литературном институте.

Другой поэт, Евтушенко, назовет восемь строк Дегена квинтэссенцией правды о войне:

"Что сделал стих Иосифа Дегена?

Разрезал он острее автогена

всё то, что называется войной,

треклятой, грязной, кровной и родной".

Народные стихи
Деген уже сам был не рад, что высказался о наболевшем. Никто же не был с ним там, когда у него на руках умирал его друг. Осуждать того, кто честно воевал, а не отсиживался в тылу, хотя мог себе это позволить после многочисленных ранений, да и по возрасту в начале войны - абсурдно. И тем не менее, такой факт был.

Критика шла, как всегда, сверху. В солдатских кругах стихотворение поняли, как надо. Долгое время оно ходило в переписанных от руки копиях без указания авторства. Стихи стали народными. Появилось несколько вариантов стихов так как они передавались в том числе и устно: кто-то что-то мог и напутать, приходилось домысливать. Несмотря на то, что стихи не публиковались официально, они выжили и зазвучали с новой силой уже в восьмидесятых. Установили и авторство.

Врач, ученый, писатель
Из-за острой критики Деген вместо Литературного института поступил в Черновицкий медицинский и в 1951 году окончил его с отличием окончил. До 1954 года работал ортопедом-травматологом в Киевском ортопедическои институте, до 1977 года ортопедом-травматологом в больницах Киева. 18 мая 1959 года Деген осуществил первую в медицинской практике реплантацию конечности (предплечья). В 1965 году защитил кандидатскую диссертацию на тему «Несвободный костный трансплантат в круглом стебле». В 1973 году защитил докторскую диссертацию по теме «Лечебное действие магнитных полей при некоторых заболеваниях опорно-двигательного аппарата». Это была первая в медицине докторская диссертация по магнитотерапии.

В 1977 году Деген репатриировался в Израиль и там более 20 лет проработал врачом-ортопедом.

Но он не забывал и о своем первом, как он считал, призвании - литературе. Продолжал писать: «Из дома рабства», «Стихи из планшета», «Иммануил Великовский», «Портреты учителей», «Война никогда не кончается», «Голограммы», «Невыдуманные рассказы о невероятном», «Четыре года», «Стихи», «Наследники Асклепия», рассказы, очерки.

Те самые стихи
Авторский вариант

"Мой товарищ, в смертельной агонии

Не зови понапрасну друзей.

Дай-ка лучше согрею ладони я

Над дымящейся кровью твоей.

Ты не плачь, не стони, ты не маленький,

Ты не ранен, ты просто убит.

Дай на память сниму с тебя валенки.

Нам ещё наступать предстоит".


Неавторский вариант 1

"Мой товарищ в предсмертной агонии.

Замерзаю. Ему потеплей.

Дай-ка лучше согрею ладони я

Над дымящейся кровью твоей.

Что с тобой, что с тобою, мой маленький?

Ты не ранен — ты просто убит.

Дай-ка лучше сниму с тебя валенки.

Мне ещё воевать предстоит".


Неавторский вариант 2

"Вьюга, ночь… Поле, полное мёртвых.

Поле боя метель замела.

Кровь фонтанами так и замёрзла

На окоченевших телах.

На мальчишеских трупах застывших

Стынут конусы красного льда.

Мой товарищ, ты стонешь, ты жив ещё,

Что ползёшь через поле сюда?

Мой товарищ, спасти тебя поздно мне,

Ты в крови, ты людей не зови.

Дай-ка, лучше, таща тебя по снегу,

Отогрею ладони свои

Над дымящейся кровью твоей.

Что с тобой, что с тобою, мой маленький?

Ты не ранен — ты просто убит.

Дай-ка лучше сниму с тебя валенки.

Мне ещё воевать предстоит".

На приеме у чиновника

Этот случай Деген вспоминал в своих мемуарах.

Фронтовик пришел на прием к одному киевскому чиновнику в министерстве здравоохранения (замминистра). Нужно было решить вопрос. По опыту общения с чиновниками, Деген знал, что лучше быть при параде - шанс, что хотя бы выслушают, если уж согласились впустить - это еще ничего не значило. Отказать в приеме ветерану - не отказали б, можно нарваться на критику, а так, вроде уважили человека, выслушали, поговорили и.. проводили с миром.

Всякого повидавший Деген был готов ко всему, но того, что услышал, никак не ожидал. Фронтовик вошел в кабинет, негромко позванивая орденами. Чиновник, не выходя из-за стола, окинул его взглядом, вдруг спросил:

- Где купил столько? - и кивнул на солидный "иконостас".

Деген прислонил палочку, обошел стол и врезал чиновнику между глаз.

Последствия
Рука у фронтовика все еще была крепкой - удар пришелся в переносицу, потребовалась операция, чтобы вернуть свернутый нос на место.

История получила огласку. Семье Дегена посоветовали уехать куда-нибудь подальше. Выбрали Израиль.

Ион Лазаревича Деген ушел из жизни 28 апреля 2017 года. Похоронен в Израиле на кладбище Кирьят-Шауль в Тель-Авиве.