Сорви-голова. Валерий Востротин — самый необычный из всех генералов (5 фото + 1 видео)

Глава союза десантников Востротин — воин, причём воин, каких мало. Его биография — цепь необыкновенных поступков.

Он был командиром 9-й роты — той самой, которую прославил фильм Фёдора Бондарчука. Этой роте ещё задолго до отражённых в фильме событий выпало вступить в бой «с превосходящими силами противника». 27 декабря 1979 г. старлей Востротин вместе со своими десантниками, а также спецназовцами КГБ и ГРУ пошёл на штурм дворца Амина под Кабулом. Операция эта давно и в деталях описана, её участники были отмечены высокими наградами, а Валерий уже тогда был представлен к геройскому званию. После её завершения каждый участник штурма норовил взять что-нибудь на память из дворца, некоторые — особенно предприимчивые — брали ковры, хрусталь, посуду, отвинчивали бронзовые дверные ручки. Начальство не запрещало — трофеи ведь. В Баграме, в расположении родного 345-го полка, Валеру встречали как героя — с оркестром и речами. Но в ночь под Новый год из Москвы вдруг нагрянула высокая комиссия, которая потребовала вернуть все трофеи до единого, пригрозив командиру роты трибуналом. Выгребли всё, даже личные вещи, честно купленные в дуканах.

С тех пор Востротин завёл железное правило: никаких трофеев не брать. Трибунала он избежал, но и «Золотой Звезды» тоже, ограничились орденом.

Второй раз его хотели представить к Герою спустя полгода. Он уже был капитаном, понюхал пороху в афганских горах. Однажды ехал в командно-штабной машине с мирным названием «сорока», выполнял очередную боевую задачу. Зажёг спичку, чтобы прикурить. Глянул прямо перед собой в окно. Из-за дувала выскочил пацанёнок, положил на плечо трубу гранатомёта, стал целиться. От «сороки» его отделяли метров 30. «Не промахнётся», — с сожалением подумал Валера, забыв о горящей спичке. Как загипнотизированный, он глядел вперёд. Пацанёнок целился долго и старательно. Спичка стала обжигать пальцы. Из трубы вылетел красный шар и полетел прямо в Востротина. Спичка сгорела дотла. «Сейчас я умру», — понял Валера. Удар был страшный. Теряя сознание, он вдруг явственно увидел те 6 кг взрывчатки, что хранились в «сороке» прямо под его сиденьем и предназначались для уничтожения шифросистем. Сейчас рванёт! Эта мысль помогла ему собрать остатки сил и выбраться из горевшей машины. Отошёл метров на 5. Упал. Теперь уже надолго. На целых четыре месяца. Как память о том солнечном утре — множество шрамов. Его лицо хирурги вылепили практически заново. А вот со «Звездой» опять вышел промах: врачи были убеждены, что он умрёт, а разнарядка посмертных героев не предусматривала.

После окончания учёбы в военной академии опять попросился в Афганистан, стал командиром того самого 345-го полка и за руководство операцией, которую затем признали самой успешной за годы Афганской войны, был наконец удостоен звания Героя Советского Союза.

Возглавив десантную дивизию, Востротин участвовал в крупных войсковых учениях. По задумке генералов из Минобороны, дивизии предстояло эффектно десантироваться прямо перед трибуной, на которой стояли руководители партии и правительства, а сам комдив, отстегнув парашют, должен был лихо доложить Горбачёву о выполнении боевой задачи и вручить генсеку памятные армейские подарки. Замминистра обороны лично тренировал Востротина без запинки произносить утверждённые в ЦК слова казённого рапорта. И вот настал волнующий момент. Валерий, чеканя шаг, направился к генеральному секретарю. Красавец: фигура, как у юноши, вся физиономия в шрамах, на груди «Звезда». Подбадриваемый отеческими улыбками генералов, вручил генсеку сувениры, сказал нужные слова, а под конец «Остапа понесло». «Разрешите считать вас, товарищ Верховный главнокомандующий, почётным солдатом 1-й роты 299-го полка». Генералы и министр опешили: что за самодеятельность? А Горбачёв решил, что, видно, так у них, десантников, принято. Возражать не стал. И Востротину в очередной раз сошло с рук.

Спустя год история эта получила неожиданное продолжение. 19 августа 1991 г. комдива разбудил сигнал спецсвязи. Командующий ВДВ Грачёв приказал привести дивизию в боевую готовность и выдвинуться на Москву. Армада тяжёлых самолётов взяла курс на столицу. Сели в Кубинке, в 60 км от Кремля. В ночь на 21 августа «броня» подошла к Кольцевой дороге, где её ждал заслон из депутатов-демократов и зевак. Востротин попытался связаться с командованием, но наступил тот исторический момент, когда все, кто мог, затаились, пережидая, чем кончится дело. Телефоны молчали. К командирской машине протиснулся французский корреспондент:

— Скажите, куда вы следуете?

— Куда? — переспросил комдив. — Да вот по радио передали, что пропал наш солдат по фамилии Горбачёв. Идём на розыски.
И, видя вытянувшиеся от изумления физиономии, рассказал окружающим о зачислении Президента СССР в почётные десантники. А чтобы быть подоходчивее, велел адъютанту принести из командирского уазика канистру с молдавским вином.

В 8.00 21 августа наконец дозвонился до Грачёва, доложил обстановку. Будущий министр к этому часу уже окончательно перешёл на сторону демократов. «Ты передай депутатам от меня лично, что десантники москвичей давить не будут, — приказал он. — От меня лично, понял?»

Умный Востротин всё понял. Колонна развернулась и пошла в обратном направлении.


С Грачёвым связан и ещё один показательный для нашего героя эпизод. В начале 90-х в дивизию прибыл министр обороны РФ с приятной миссией: поучаствовать в проводах комдива на учёбу в Академию Генштаба. Накрыли стол. Первый тост ушлый Павел Сергеевич поднял за кого? Правильно: за Верховного главнокомандующего, Президента РФ. А комдив ставит свою рюмку на стол и во всеуслышание объявляет: «Нет, товарищ министр, за этого м..... я пить не буду».

Можете представить себе ситуацию?! Грачёв, естественно, вон из комнаты. Его свита — за ним. Скандал! Насилу успокоили высокого гостя. Теперь стали уговаривать комдива: «Упади на колени, извинись, покайся». А он ни в какую.

Надо отдать должное министру: поостыв, он простил генерала. Потому что, сам десантник, хорошо знал, какая слава стоит за Валерием Востротиным, как относятся к нему в войсках. Уже будучи слушателем Академии Генштаба, Востротин снялся в фильме «Чёрная акула», сыграл там роль майора Гусарова, спецназовца. Где это видано, чтобы генерал-майор лицедействовал в боевике, да ещё в роли простого майора? А ему было интересно, вот и сыграл. Рассказывал, что труднее всего далась эротическая сцена, на которой настаивал автор сценария, считавший, что фильм без секса — как суп без соли. Востротин-то ничего, и это выдюжил, а вот англичанка, игравшая роль журналистки, пока бутылку водки не выпила, сниматься отказывалась.

Затем он почти 10 лет прослужил замминистра МЧС. Стал генерал-полковником. Шойгу бросал его в самые горячие места: где всё взрывалось, горело и рушилось. А кого ещё посылать?

Востротин, без всяких сомнений, человек мистический. Ещё мальчишкой-суворовцем Валера взял лист бумаги и написал план своей службы. В нём было обозначено, когда он станет майором, полковником, генералом. Было указано, что обязательно получит «Золотую Звезду». Всю жизнь расписал, вплоть до генерал-полковника. Всё случилось с точностью в 100%.

Недавно я побывал в одной из гвардейских десантных частей. Там в комнате боевой славы на самом видном месте висит портрет Валерия Александровича Востротина. Значит, традиции живы.