Смерды и холопы - кому на Руси жилось лучше? (12 фото + 1 видео)

Помните, диалог Иоанна Грозного с Антоном Семеновичем Шпаком из незабвенного фильма Леонида Гайдая "Иван Васильевич меняет профессию", в котором царь называет зубного врача смердом и холопом? На самом деле, в царскую бытность существовали и те, и другие, вот только от советского человека оба понятия были далеки. И вряд ли Шпак мог помнить, чем отличается смерд от холопа. А вы помните?

Смердами на Руси в IX—XIV вeкaх нaзывaли oбычных крестьян-зeмлeпaшцeв. Это был низший слой русского общества, чаще всего бедный, но не такой бесправный как холопы.
У смердов были и наделы земли, которые те обрабатывали наравне с барскими. Смерды могли передавать свое имущество по наследству сыновьям, а в их отсутствие земельные наделы уходили князю.

В некоторых княжествах, например, в Новгородском, с 1136 по 1478 год существовал вечевой строй и князь был приглашенным. Смерды там были в основном государственными и обрабатывали государственную землю.
Если князь дарил свои земли монастырю, смерды автоматически переходили под монастырское управление.

Однако некая свобода смердов была все-таки по большей степени мнимая. Они не могли уходить со своих земельных участков в поисках лучшей доли.

Вопрос о воинской обязанности, которая якобы была у смердов, до сих пор не выяснен. Скорее всего, в боевых походах они все-таки не участвовали, а вот лошадей для воинов поставляли.

В XV веке постепенно происходит превращение смердов в категорию крестьян, в том числе и крепостных. Позднее, в XVI-XVII веках термин “смерд” использовался в документах, например, для обращения царя к зависимому населению.

В отличие от смердов, холопы были самым бесправным населением и деревень, и весей (городов). Они были практически рабами, причем, как те, что были уроженцами своих мест, так и челядины - иноземцы, приобретенные князьями во время завоевательных походов. Впрочем, последние и вовсе не имели никаких прав, а их отсутствия могли и не заметить, ибо князь мог убить своего раба за любую провинность, и при этом никто его не смел осудить. За такой же проступок в отношении раба другого феодала полагался штраф как за порчу чужого имущества.

В отличие от смердов, у холопов не было имущества: земельных наделов или каких-либо иных ценностей.

Холопами становились по праву рождения, замужества или за проступки и преступления. Хозяин мог разжаловать крестянина в холопы, отняв все его имущество. При этом холопами становились все члены семьи совершившего проступок - жена и даже дети. Если свободная женщина выходила замуж за холопа, она автоматически становилась рабыней. В холопы мог продать себя и, к примеру, торговец, который растратил чужие деньги и не имел возможности их вернуть.

Холопам отводилась самая грязная, "черная", как говорили, работа в доме. Иногда их могли поставить обучаться ремеслу, чего никогда не случалось со смердами, занимавшимися сугубо крестьянским трудом.

Холопа, как и любого члена его семьи, могли продать, обменять. Достаточно почитать русских писателей, чтобы увидеть, что детишек, парней, а то и молодых девиц на выданье вполне меняли на скот, породистых собак или, если рабы были смышлеными/красивыми, то и на лошадей. Чeм более умелым был рaбoтник, тeм вышe былa нa нeгo и цeнa. Дороже всего стоили повара, парикмахеры и иные мастера своего дела, а также те, кого продавали в рекруты. В 1782 году, например, годовалая девочка оценивалась в 50 коп., что было дороже свиньи, но дешевле старой лошади. В знак особой милости господин мог дать холопу вольную, но такое случалось редко.

Чтобы составить более точное представление о том, сколько стоил холоп, к примеру, в екатерининскую эпоху, обратимся к историческим источникам. В 1782 году по требованию капитана второго ранга Петра Андреевича Борноволокова была произведена опись имущества его несостоятельного должника — капитана Ивана Ивановича Зиновьева. Чиновники скрупулезно записали и оценили все — от ветхого помещичьего дома до утвари, живности и крестьян.

"В Чухломской округе в волости Великой Пустыне в половине усадьбы Мальцовой…
В оном дворе скота: мерин рыжий, летами взрослый, по оценке 2 рубля, мерин пегий 12 лет, по оц. 1 руб. 80 коп., мерин чалый 9 лет — 2 руб. 25 коп., мерин рыжий 5 лет — 3 руб. 50 коп., кобыла вороная, летами взрослая — 75 копеек; кобыла чалая, летами взрослая — 95 копеек. Рогатого: 6 коров, каждая корова по 2 рубля 10 коп., по оценке на 12 руб. 60 к., 7 подтелков, каждый по 25 копеек, по оценке 1 руб. 75 коп.; 10 овец, каждая по 40 к., по оценке на 4 руб.; 9 свиней, каждая по 20 коп., на 1 руб. 80 к. Птиц: гусей 3, по оценке 75 коп.; кур индейских 2, петух 1, по цене 75 коп., уток 2, селезень 1, каждая по 7 копеек; кур русских 15, петухов два, каждые по 2 коп. с половиною, на 45,5 коп.
На том дворе амбар хлебный, крыт по бересту драницами, по оценке 1 руб. 50 коп.; в нем разных родов хлеба: ржи 5 четвертей, по оценке 4 руб. 80 коп., пшеницы 1 четверть — 2 руб., овса 6 четвертей — 4 руб. 80 коп.".

Также подробно описали и оценили и всех крепостных капитана Зиновьева:
"Во оном дворе дворовых людей: Леонтий Никитин 40 лет, по оценке 30 р. У него жена Марина Степанова 25 лет, по оценке 10 рублей. Ефим Осипов 23 лет, по оценке 40 р. У него жена Марина Дементьева 30 лет, по оценке 8 рублей. У них дети — сын Гурьян 4 лет, 5 рублей, дочери девки Василиса 9 лет, по оценке 3 р., Матрена одного году, по оценке 50 к. Федор 20 лет по оценке 45 руб. Кузьма, холост, 17 лет, по оценке 36 рублей. Дементьевы дети. У Федора жена Ксенья Фомина 20 лет, по оценке 11 рублей, у них дочь девка Катерина двух лет, по оценке 1 руб. 10 к. Да перевезенный из Вологодского уезда из усадьбы Ерофейкова Иван Фомин, холост, 20 лет, по оценке 48 рублей. Девка Прасковья Афанасьева 17 лет, по оценке 9 рублей.
Во оной усадьбе Мальцове крестьян: во дворе Июда Матвеев 34 лет, по оценке 24 руб. 50 коп. У него жена Авдотья Иванова 40 лет, по оценке 4 руб. 25 коп. У них сын Лаврентий 4 лет, 1 руб. 60 коп. Дочери: девка Дарья 13 лет, по оценке 4 рубля, Татьяна 9 лет, 3 руб. 70 коп. Да перевезенный из Белозерского уезда из деревни монастырской, во дворе, Василий Степанов 25 лет, крив, по оценке 18 руб. 40 коп. У него жена Наталья Матвеева 40 лет, по оценке 3 руб. 50 коп. У них дети, сыновья: Григорий 9 лет, по оценке 11 руб. 80 коп., Федор 7 лет, по оценке 7 руб. 90 коп. Да оставшийся после умершего крестьянина Никиты Никифорова сын Григорий 13 лет, по оценке 12 руб. 25 коп.".

Цены на людей не слишком высокие, что, возможно, объясняется захудалостью деревеньки и захолустностью самой волости.

Госпoдcкиe хoлoпы пoдрaздeлялиcь нa следующие разряды:
1. "Большие" холопы. Выполняли более привилегированную работу (ключники, управляющие), могли руководить штатом "меньших" холопов. В "большие" выбивались за ум, сообразительность и покладистый характер. Нередко эти холопы становились "правой" рукой помещика, без которых он не решал ни одного важного дела.
2. "Меньшие" холопы выполняли всю черновую работу по дому и усадьбе. Многие из них имели ремесло и работали всю жизнь при конюшне, пекарне, кузне. Часто передавали свои умения по наследству. "Мaлых" хoлoпoв, oблaдaющих кaкoй-тo пoлeзнoй прoфeссиeй, нaзывaли "дeлoвыми людьми".
3. "Боевые" холопы. Эти люди сопровождали своего господина в боевом походе. По сравнению с остальными классами холопов, эта категория была более привилегированной, в нее попадали, главным образом, зависимые люди из числа "больших" холопов. Собственно, боевые составляли основу войска и вооруженную охрану князя. В эту касту могли попасть также дети обедневших дворян. Боевые холопы обладали большими правами, чем чернорабочие и управляющие, а также могли иметь в собственности лошадь и полное боевое снаряжение.

Подытоживая, вернемся к комедии Гайдая. Иоанн Васильевич сначала называет зубного врача смердом и лишь после - холопом, как бы понижая его в "звании". Сложно сказать, понял ли Шпак столь тонкий намек, но мы-то теперь знаем, как можно было унизить человека без площадной брани и отсылок к "такой-то матери". Полезно иногда хотя бы немного знать историю, не так ли?