Поход на Кориолы и возвращение в Рим, поход на Рим и возвращение к себе (5 фото)

На одно и то же произведение можно взглянуть под разными углами. Многие режиссеры в одной и той же пьесе, в одном и том же сценарии увидят разные проблемы. Чем сильнее автор, тем большее число людей увидят в его произведениях какую-либо из своих болезненных и нерешенных проблем, а в действующих лицах что-то похожее на себя. В каждом шедевре на все происходящее можно взглянуть и от лица разных героев.

Если говорить о Шекспире, то его пьесы можно рассматривать чуть ли не от каждого задействованного в ней персонажа. Каждый человек в его пьесе - личность со своей историей и со своим смысловым наполнением. Вырезать его из повествования - это одно и то же, что подойти в Третьяковской галерее и отрезать кусочек от картины и при этом сказать, мол я убежден, что так куда лучше.

В шедеврах Шекспира население, проживающее на страницах его творений, связано между собой и непрерывно взаимодействует. Исходя из этого, можно предположить сколько тем для обсуждения поднимается только в одной его трагедии.

Читая и перечитывая “Кориолана”, а также обзор и критику шекспироведов то и дело натыкаешься на одни и те же мнения, что автор в основе пьесы рассматривал столкновения Кая Марция с чернью, ну а на втором плане происходит конфликт между теми же простолюдинами и знатью. Но мало у кого из исследователей творчества драматурга прочтешь о том, что Шекспир основной целью ставил рассмотрение отношений Кая Марция со своей матерью Волумнией. “Кориолан” был написан им именно после смерти Мэри Арден, родительницы самого драматурга. Утрату, как и любой сверхчувствительный человек, Шекспир переживал очень болезненно, и для исцеления он поступает так, как поступал уже неоднократно - вновь берется за перо, чтобы в размышлениях над новым произведением избавиться от охватившей его сильной душевной боли.

Поиск сюжета для написания нового произведения привел его к “Сравнительным жизнеописаниям” Плутарха, и обладая творческим сверх чутьем Шекспир понимает, в истории полулегендарного полководца Кая Марция Кориолана есть что-то общее с ним самим.

Мать Шекспира, Мэри Арден, также, как и мать Кориолана, Волумния, происходила из дворянского рода, но не настолько знатного. Портретов Мэри Арден не сохранилось, так как в то время это было привилегией и такую роскошь могли позволить себе лишь королевские особы, придворные и известные люди. Джон Шекспир, отец драматурга, не был знатным по происхождению. Являясь мастером изготовления перчаток, он также, как и его дети, не мог унаследовать дворянский титул своей жены. Мы не беремся выяснять по какой причине Мэри Арден вышла замуж не за дворянина, но отец Джон Шекспир ставил своей целью получить место повыше в табели о рангах любой ценой. Что не вышло у отца, со временем получилось у сына, но это произошло, когда родитель был уже в преклонном возрасте.

Желание получить титул и громкое имя были основными источниками вдохновения и для Кая Марция - ничего не тешило доблестного воина так, как радость его матери, после одержанных им побед. С тщательностью палеонтолога изучил Шекспир эту историческую фигуру, и, несмотря на все описания историков, он смог добавить и свое видение Кориолана, как личности. Ко всем типажам и характерам, погребенных забытьем, которые были ему интересны, он находил подход, который делал более художественными летописи историков. От современников мы можем узнать, о том, как Шекспир с этой задачей справлялся. Драматург много времени уделял наблюдениям и анализу за странностями в поведении людей. Накладывая на исторические личности характеры действительности, опираясь при этом на свое природное чутье, художник получал не просто дополнение к старому сюжету, он оживлял и перемещал своих героев во времени, давая и зрителю возможность понаблюдать вместе с ним за “преданьями старины глубокой”.

В своей трагедии Шекспир намного больше внимания уделил матери Кориолана, нежели Плутарх, сумев при этом очень точно передать ее эмоциональную составляющую. Рано овдовевшая Волумния желает любой ценой видеть свое чадо на вершине воинской славы. За счет него она хочет доказать обществу, что смерть ее мужа какое-то недоразумение, она в этом не виновата и никакого участия не принимала. Этому доказательство - ее сын, ставший неуязвимым в боях за Рим, а значит она приносит удачу тем мужчинам, которые рядом с нею находятся.

Можно предположить, что примерно схожее происходило и с матерью Шекспира, брак с мужем не принадлежащим дворянскому роду, должен был бить по самолюбию Мэри Арден.

Любопытным является и то, что мать Кая Марция жену ему выбрала сама, и как будто для себя. Выбрала ту, которая не будет ей перечить, а наоборот - во всем будет ей подчиняться, не замечая темных сторон ее натуры. Скорее всего Виргилия, жена Кориолана, Волумнию считала святой женщиной, относилась к ней также, как и ее сын с подобострастием. Иную властная Волумния терпеть не стала бы. Такая невестка не будет пытаться взять власть над “ее мальчиком”, ведь она и сама в Волумнии видит только хорошее и полностью зависит от нее же.

Не менее интересны отношения Кориолана с человеком, который по сути исполняет роль его отца. Речь идет о консуле Менение Агриппе. Как говорит шекспировед Аникст, Менений Агриппа - это помесь Улисса с Пандаром. Оба персонажа те еще хитрецы, а один из них и вовсе сводник.

Считая своим учителем этого человека, Кай Марций пытается быть таким же “добрым и благородным”, как он. При дележе добычи после похода на Кориолы, Кай Марций, стараясь быть скромным, отказывается от 1/10 части всей военной добычи, которую предложили ему за проявленное бесстрашие на поле битвы. Он берет только свою положенную часть, но получает нечто большее - свое прозвище-титул, благодаря которому его запомнят в веках. Вместо денежного вознаграждения он просит только одного - освободить одного из волськов, который когда-то хорошо принял Кориолана в своем доме, при этом, правда, Кай Марций не помнит, как же звали того доброго малого.

Вождь, благодарю,

Но неподкупным сердцем не приемлю

Я платы за деяния меча

И требую себе такой же доли,

Какую все, кто был в бою, получат.

<...>

Пусть трубы оскверненные умолкнут!

Уж если льстят они на поле брани,

То, значит, лишь слащавых лицемеров

Мы встретим во дворцах и городах.

Доспехи бесполезны, если мягче,

Чем шелк на царедворце, станет сталь.

Довольно! Неужели лишь за то,

Что кровь с лица я не успел омыть

Или убил двух-трех бедняг тщедушных,

Не больше сделав, чем безвестный воин,

Напыщенными возгласами чтите

Меня вы, словно мне питать приятно

Приправленными лестью похвалами

Ничтожество свое?

Считая себя достойным римлянином, Кай Марций видит недостойным выпрашивать консульства у народа. Казалось бы, просто соблюсти обычную формальность, пообщаться с толпой, прощупать ее, ознакомиться с кем предстоит иметь дело в дальнейшем, увидеть, как вообще оценивает его на этом поприще обычный люд. Но тут и проявляются во всей красе его отношения с хитрецом Менением. Этот на фоне Кая Марция выглядит спокойным, добрым, понимающим мудрецом. Радушный, отзывчивый и всегда по-свойски с чернью, нежели высокомерный, благородный воин, каким себя показал Кориолан еще в самом начале пьесы.

Неуравновешенности Марция можно противопоставить гибкость Гамлета, который свои истинные чувства не показывает, а наоборот ярость свою тщательно скрывает под покровом мнимого безумия, все тщательно взвешивает и не лезет на рожон. У Гамлета отношения с матерью совсем иные, ей он доверяет меньше, чем Кориолан своей родительнице. Он также распознал мотивы многих тех, кого считал своими друзьями, и не дает себя обмануть тем, кого ошибочно посчитал когда-то своими учителями.

Своей агрессией Кориолан проигрывает войну тем, кто его использует. Проявляя несдержанность, он лишь играет на руку врагам, скрытым в его ближайшем окружении. Агриппа вместе с другими патрициями, может этим пользоваться и в нужное время просто напросто пустить его в расход. Во власти возникли проблемы и Кориолан, сделав себя козлом отпущения, помог выйти из кризиса тем, против кого народ реально настроен.

Вот как это описано у Плутарха:

“Твердость и приветливость, главные качества государственного человека, не были привиты ему образованием и воспитанием. Он не знал, что человек, желающий выступить в качестве государственного деятеля, должен всего более избегать самомнения, "неразлучного спутника уединенья", как называет его Платон, - ему придется иметь дело с людьми, и он должен быть

терпеливым, хотя некоторые и смеются жестоко над таким характером. Но Марций никогда не изменял своему прямолинейному, упрямому характеру: одолеть, разбить окончательно всех - он не ведал, что это свидетельство не храбрости, а немощи, ибо ярость, подобно опухоли, порождает больная, страдающая часть души"

Судя по описанию Плутарха, Кориолан был человеком, который ни за что не согласится признать себя неправым. Для него поступить подобным образом - все равно, что показать себя слабым. Владеющий собой человек в таких ситуациях не упрямится, соглашается, что совершил оплошность. Признать свои ошибки - понять, что где-то в твоей системе координат есть ложные и нужно все заново переосмыслить. Увидев свою неправоту, поймешь, где и кем ты был манипулируем, сам мало что решал, а это очень больно, особенно для Кая Марция, ведь чаще всего этим кукловодом для него выступал самый близкий и дорогой ему человек. А без связки с матерью Кай Марций действительно потеряет и часть своих мотивов, и часть своей силы.

Все окружение Кая Марция по-настоящему любит его, когда он стоит на грани жизни и смерти, рискуя в бою и бросаясь с головой в опасность. На грани гибели он обожаем матерью, женой, воинами и патрициями. Такую любовь можно наблюдать сидя на школьной скамье; в однотипных ситуациях, когда отличницы, влюбляются в хулиганов, так часто попадающих в опасное положение. Таких любят не только прилежные ученицы, но и рано начавшие вести взрослую жизнь дЕвушки. В общем по этой детали можно еще кое-что понять о матери Кориолана - допустить, что она также рано начала, мягко говоря, засматриваться на молодых парней.

Поверив всем вышеназванным, Кай Марций выбрал путь, считая его единственно правильным. Возможно в момент смерти он узрел свой путь, от которого отказался в пользу доводов Волумнии, и этим последним он вызывает сочувствие у Авфидия и других знатных вольсков, а также у зрителей трагедии. Концовка ее прекрасна и навевает грустные мысли, которые дают нам шанс задуматься, в какие прекрасные дали углубился Шекспир после написания “Кориолана”, ведь именно после этой пьесы были созданы одни из самых сильных его произведений - “Зимняя сказка”, “Цимбелин” и “Буря”; какую дорогу мог выбрать Кай Марций сам и какую дорогу можем выбрать мы - зрители этого шедевра.

***

Статья написана на основе семинаров и роликов шекспироведа Алексея Меняйлова.

***