Мосин против Nagant (13 фото)

Особенно ей досталось в постсоветский период, когда разного рода «исследователи» считали своим долгом посильнее пнуть заслуженного ветерана и ее конструктора ради высосанных из пальца сенсаций. Уверяя, что винтовка Мосина это калька с винтовки Нагана. Так как они внешне схожи. Плюс упоминают, что Нагану были заплачены деньги за привилегии. Причём на столько что они начинают использовать в названии этой винтовки имя бельгийского оружейника, используя неправомерное обозначение как Mosin–Nagant M1891.

Но как говориться «Зри в корень». Хотя эта фраза ошибочно и приписывается Козьме Пруткову. У этого литературного персонажа есть схожий афоризм — «Смотри в корень!» А авторство фразы «Зри в корень» принадлежит А. С. Шишкову. Но вернёмся к винтовкам Мосина и Нагана.

Участники войсковых испытаний 1891 года. Сверху вниз трёхлинейная винтовка Нагана и магазинная винтовки капитана Мосина

С начала 80-х годов 19-го века стало очевидно, что необходим переход на уменьшенные калибры для армейского стрелкового оружия, что винтовки под патрон со свинцовой пулей и дымным порохом не могут выполнять задачи, диктуемые войной того времени. Малая настильность, точность и плотность огня. небольшой носимый боекомплект (в 1879 году б/к для винтовки Бердана в Русской армии составлял 75 патронов) ограничивали боевые возможности винтовок, стоящих на вооружении. И так уж получилось, что с принятием в 1886 году во Франции «секретной» магазинной винтовки Лебеля под 8 мм патрон на бездымном порохе, стрелковое оружие вышло на новый качественный уровень – почти вдвое увеличенная дальность «прямого» выстрела и действенного винтовочного огня на дальних дистанциях, не оставляют шансов системам на дымном порохе. В 1889 году Россия закупила винтовки Лебеля для экспериментов, что позволяет в кратчайшие сроки создать собственный ствол уменьшенного калибра (8 мм) и прототип патрона с бездымным порохом на основе «лебелевской» гильзы (за основу был взят внутренний объем гильзы), а затем и серийные «трехлинейные» патрон и ствол. В октябре 1889 года была образована «Комиссия для выработки образца малокалиберного ружья» под руководством генерал-лейтенанта Чагина, которая и занималась экспериментальными разработками.

Необходимо отметить – со времени основания Комиссии: с конца 1883 по март 1889 года, ею были проведены испытания 96 различных систем винтовок и магазинов, а также образцов патронов и порохов, не считая десятков рассмотренных чертежей предложенного оружия на получение российских привилегий (всего более 150 конструкций и предложений). Из винтовок, прошедших войсковые испытания или принятых на вооружение за границей, Комиссию заинтересовали две «выставленных на продажу» системы – Нагана и Маузера.

При изучении чертежей винтовок и данных испытаний, доставленных военными агентами, в Комиссии был сделан вывод, «что ружье Нагана не выдержало опытов в Бельгии по устройству ствола, системе его запирания и по устройству патрона, но не по магазину. Магазин в этом ружье, весьма схожий с магазином бельгийского ружья Маузера, представлял более совершенный тип по сравнению с испытывавшимися у нас ранее, а потому нет особенных поводов опасаться, чтобы малокалиберное ружье с усовершенствованным магазином Нагана, со стволом и патроном, выработанным в нашей Комиссии, могло быть хуже ружья Маузера, принятого в Бельгии» («Обзор опытов, предшествующих перевооружению», 1900 г.)

При этом следует учитывать что весу оружия тогда уделялось повышенное внимание. Разница в один фунт могла решить судьбу той или иной системы. Например, на вооружение русской армии в 1907 году был принят 3х-линейный карабин системы Н. Юрлова, предложенный им еще в 1896 году, менее технологичный и более дорогой по сравнению с карабином разработки Сестрорецкого завода, но более легкий как раз на фунт.

Но в результате деятельности «Комиссии для выработки образца малокалиберного ружья», уже в 1890 году в России имелись ствол, патрон, и штык, созданный Сестрорецком оружейном заводе при участии Комиссии, а также выработаны основные тактико-технические характеристики для будущей винтовки уменьшенного калибра.

Поскольку, единственная имевшаяся на тот момент малокалиберная винтовка Роговцева не выдерживала конкуренции с иностранными образцами, как и его патрон, гильза которого «не работала» с бездымным порохом, было принято решение искать подходящую магазинную систему за границей и параллельно разрабатывать в России однозарядную винтовку под существующий 3-линейный патрон и ствол. Такие винтовки и были разработаны в 1890 году. Это были винтовки, одна  с коробкой Комиссии и затвором капитана Мосина, вторая винтовка с коробкой и затвором Мосина, ей и было отдано предпочтение, ну и имелась также винтовка капитана Захарова. И в 1890 году именно винтовке Мосина была отдано предпочтение. «Вследствие этого, 14-го июля 1890 г., Главная Распорядительная Комиссия постановила: впредь до испытания в войсках винтовок образца Комиссии, Кап. Мосина и Нагана, делать приспособления к изготовлению на казенных заводах однозарядных винтовок образца Комиссии, но с ложей, запирающим механизмом и замочною коробкой Капитана Мосина….» То есть, с Наганом или без него, в России была бы собственная винтовка в любом случае. Об этом почему-то «забывают» упомянуть. Заводы с самого начала опытов по перевооружению перестраивались на производство винтовки капитана Мосина.

Наган и Мосинка.

Но в 1891 году на испытания были представленные три винтовки. Одна Нагана и две капитана Мосина, магазинная и однозарядная. Они имели общие детали – ствол, штык, прицельные приспособления, прибор ложи, саму ложу (сходного дизайна) и трехлинейный патрон, который уже был принят на вооружение, хотя самих винтовок под него еще не существовало. Так патрон был готов уже к началу 1890 года. Снаряжался пулей в мельхиоровой оболочке и закупленным за границей Виттеренским порохом. А несколько позднее, в том же году, и отечественным порохом Охтенских заводов. То есть все конкурсные винтовки имели одинаковую баллистику и основные параметры, так как проектировались по общему техническому заданию, разработанному Особыми Комиссиями.

При конструктивной схожести винтовок Нагана и Мосина, между ними существовала и принципиальная разница. Ко времени принятия решения о выборе Наган представил на конкурс полностью доведенную, готовую к серийному выпуску винтовку, а магазинная винтовка капитана Мосина являла собой фактически прототип, который дорабатывали вплоть до самого принятия на вооружение. Но если винтовка Мосина создавалась исключительно для войны и солдата от сохи, то винтовка Нагана разрабатывалась как образец для продажи в русскую армию. И надо признать, что бизнесмен Леон Наган с этой задачей почти справился, его конкурсную винтовку можно приводить в качестве примера весьма удачного маркетингового решения: столько внимания и средств затрачено на качество отделки и производство винтовок. Наган, возможно, рассчитывал на беспроигрышный вариант, на то, что: большинство причастных к конкурсу людей – это технически грамотная военная интеллигенция, которая проголосует при прочих равных за его систему просто по причине более высокого уровня исполнения его винтовки. В итоге так и произошло – мнения членов войсковых комиссий, проводивших испытания, разделились, большинством голосов (14 против 10) была выбрана винтовка Нагана.

Разница в конструктивном исполнении отсечки патронов нагановской и мосинской систем видна невооружённым взглядом

Здесь также кроется один из мифов о «проигрыше винтовки Мосина». Войсковые Комиссии не имели права решать судьбу винтовок, в отличие от того же Оружейного Отдела или особых Комиссий, они лишь давали оценку систем по результатам войсковых испытаний, не касаясь технической стороны вопроса. Фактически данное голосование носило только ознакомительный характер для более высоких инстанций. По сути, на первом этапе конкурса винтовке Нагана проиграл один из первых вариантов винтовки Мосина, а из этого «исследователями» делались далеко идущие выводы о непригодности системы в целом для принятия на вооружение.

Действительно, чисто внешне винтовка Нагана производит весьма приятное впечатление. Такой же идеальный баланс, который не нарушает пристегнутый штык, продуманный дизайн, хорошая прикладистость. Больше похожа на современную винтовку, чем на продукт дореволюционного оборонпрома. Все винтовки, участвовавшие в нашем тесте, включая конкурсные Мосина и Нагана, имели классический «трехлинеечный» спуск – мягкий с потягом, хотя в некоторых источниках встречаются данные о «дубовом» характере спуска конкурсных винтовок.

При этом по механике винтовка Нагана полная противоположность винтовке Мосина. Восхваляемая «исследователями» нагановская затворная группа сделана с настолько малыми допусками, что заставляет работать затвором при перезаряжании с максимально возможной скоростью, иначе его банально «прикусывает». Причем «наша» винтовка Нагана прошла полный цикл войсковых испытаний в 1890-91 гг., т.е. из нее сделано более 10000 выстрелов.

Такие трюки, как открывание и закрывание затвора Мосина двумя пальцами, с затвором Нагана просто не получатся. И это в «тепличных» условиях, что было бы в условиях войны, остается только догадываться.

Наган

Мосин

Но извлечение затвора винтовки Нагана было аналогично винтовке обр. 1891 г. Разборка самого затвора Нагана никаких проблем не вызвала, но вместо соединительной планки, как в затворе Мосина, Наган применил в конструкции два винта, один из которых препятствует отворачиванию боевой личинки, другой – курка. Для каждой разборки и сборки затвора винты необходимо выкручивать и закручивать. Решение спорное для военного оружия – затвор чистят практически каждый день, за пару лет службы в войсках «заботливые» солдатские руки и коррозия могут угробить стальной лом, а не то что потерять или свернуть два маленьких винтика. Способность к самоотворачиванию винтов и необъяснимо тугое открывание затвора Нагана было отнесено Комиссиями к недостаткам конструкции винтовки.

С одной стороны, затвор Нагана внешне легче и проще затвора Мосина, с другой – однозначно надежность и технологичность затвора Мосина на порядок выше. Достаточно посмотреть на конструкцию предохранителя Нагана – крохотный прилив на стебле затвора, с которым взаимодействует рычаг предохранителя, блокируя затвор в запертом положении, совершенно не тянет на нечто совершенное, технологичное и ремонтопригодное. Кстати, при общении с винтовкой Нагана вдруг может отказаться работать. Внезапно затвор оставался в закрытом положении. Рычаг предохранителя, случайно задетый рукой, включал предохранитель и полностью блокировал затвор, при этом визуально оставался в выключенном положении. Предохранитель на затворе Мосина пусть и не самый лучший, но тем не менее прост и надежен, как адмиралтейский якорь, и, что важно, его «поломка» по причине износа никак не сказывается на боевых качествах трехлинейки.

По итогам конкурсных войсковых испытаний сравнение магазинов винтовок Мосина и Нагана было не в пользу системы Нагана. Статистика не подвержена эмоциям: 217 задержек в действиях магазинов при стрельбе из винтовок Мосина – это в два с половиной раза меньше, чем из винтовок Нагана (557). То есть, учитывая, что шел поиск и разработка именно магазинной винтовки, система Нагана явно проиграла системе Мосина по конструкции магазина.

По скорострельности винтовки Мосина и Нагана были равными в условиях полигона – 25 выстрелов в минуту при однозарядной стрельбе и 45-47 – при обойменном заряжании. В любом случае, даже со сломанным или разбитым магазином, трехлинейная винтовка оставалась полноценным боевым оружием, т.к. одинаково удобно заряжалась как из магазина, так и простым забрасыванием патрона в окно ствольной коробки с последующим его досыланием затвором в патронник.

                                  Общий вид винтовки Нагана и винтовки Мосина

В нашем случае классическим примером унификации и продуманной конструкции трехлинейной винтовки стала представленная на снимках драгунская винтовка 1894 года выпуска. В ней магазин и затвор не «родные», а сделаны на Ижевских заводах во время Великой Отечественной войны, через 50 лет после выпуска самой винтовки. Кто и зачем сделал замену, история, к сожалению, умалчивает, но при этой замене винтовка осталась полностью работоспособной.

И вот тут следует помнить, что согласно контракту, который заключил Наган с русским правительством (пункт 12) было обговорено: «русское правительство со своей стороны обязуется, если ружья системы Леона Нагана будут приняты на вооружение русских войск, – уплатить ему, Нагану, в виде премии двести тысяч рублей кредитных, после чего все права пользования системой ружей Нагана в различных ея видоизменениях всецело переходят к русскому правительству» («Оружейный Сборник» 1897 г.). Поскольку система Нагана не была принята на вооружение, а были использованы лишь отдельные ее части, то и сама сумма премии была подвергнута пересмотру. Русское правительство предложило Нагану 75 000 рублей вознаграждения.

Наган, как опытный бизнесмен желал получить всю сумму, т.к. контрактом не предусматривались и не были оговорены заранее вопросы по использованию отдельных частей и деталей применительно к русской винтовке. Наган был согласен «удовлетвориться вознаграждением в 75 000 рублей, которое, по его мнению, можно считать весьма умеренным в виду жертв и издержек, понесенных им при выработке образца и изготовлении поставленных 300 ружей» («Оружейный Сборник» 1897 г.).

Но по заявлению Нагана, в случае выплаты ему 75 000 рублей, он оставляет за собой право на свои изобретения за пределами России, которая может пользоваться его разработками только на своих оружейных заводах. А так как предстоял большой заказ винтовок обр. 1891 года во Франции (для ускорения процесса перевооружения, в силу того, что русские заводы не успевали за темпами гонки вооружений, было принято решение заказать 500 000 винтовок на заводе в Шательро во Франции, на сумму более 5 000 000 рублей), то пришлось бы значительно увеличить сумму, требуемую для оплаты заказа, из-за вынужденных переплат Нагану ввиду использования его привилегий.

Поэтому, взвесив все «за» и «против», Главная Распорядительная Комиссия, «признала более выгодным, даже в случае непринятия ружья Нагана в целом виде, уплатить ему премию в 200 000 рублей и иметь право пользоваться как всей его системой, так и личными указаниями Нагана по части усовершенствования и выделки его ружей. На основании такого постановления Главной распорядительной Комиссией было испрошено Высочайшее разрешение на выдачу Нагану 200 000 рублей, каковое и последовало 8-го Июня 1891 года» («Оружейный Сборник» 1897 г.). И мы имеем классический случай ситуации, когда, «оно нам особо не нужно, но мы купить, что бы другим не досталось».

При этом Оружейный Отдел, после заявлений Нагана на получение привилегий (патентов) на свои разработки, реализованные в его винтовке, определил, что в винтовке обр. 1891 года заимствовано из изобретений и идей Нагана:

1. Идея помещения подавателя на дверце магазина и открывания ее вниз.
2. Способ наполнения магазина опусканием патронов из обоймы пальцем и собственно пазы под обойму в ствольной коробке.
3. Сама патронная обойма, служащая для наполнения магазина. (По заявлению Нагана, обойма была изобретена им на полгода раньше, чем Маузером).

Конструкция магазина Нагана.

Конструкция магазина Мосина.

Тем же Оружейным отделом было подтверждено, что Мосин изобрел следующие части винтовки обр. 1891 года и имеет на эти изобретения безраздельное право:1. Планка запирающего механизма.
2. Устройство предохранительного взвода.
3. Общая компоновка деталей затвора между собой.
4. Идея и устройство отсечки-отражателя «в том виде, как оно исполнено в утвержденном образце». (Мосин на пять с половиной месяцев раньше Нагана применил отсечку, которая, как известно, действовала своими плечами на два верхних патрона в магазине, предотвращая тем самым «двойную» подачу. На первых бельгийских винтовках, которые были представлены Комиссии по перевооружению, отсечка действовала только на верхний патрон. В дальнейшем Наган реализовал идею Мосина на своих винтовках, поставив отсечку на левую сторону магазинной коробки. Отражатель при этом оставался отдельной деталью, что значительно усложняло конструкцию).
5. Защелка магазинной крышки.
6. Способ соединения подавателя с крышкой магазина с возможностью отделять крышку вместе с подавателем от магазина.
7. Помещение антабки на шарнирном болту/оси крышки магазина.

«На основании приведенного заключения Оружейного Отдела было испрошено Высочайшее разрешение кап. Мосину взять привилегию на изобретенные им части и устройства в 3-х лин. винтовке образца 1891 г. Высочайшее разрешение последовало 30-го июня 1891 года, но кап. Мосиным привилегия не была взята». («Оружейный Сборник» 1897 г.)

Но это два вопроса касаются финансовой стороны и того что именно было заимствовано у Нагана. Хотя если честно, то выбранная комиссией обойма Нагана, из расчёта что она окажется проще и дешевле предлагаемой Мосиным пластинчатой пружинной обоймы, ожидания не оправдала. Снизить её стоимость, при массовом производстве так и не получилось.

Ну а если рассматривать претензию недоброжелателей, к винтовке Мосина, «что она похожа на винтовку Нагана», то стоит заглянуть во внутрь и увидеть, что:

Затворы Нагана и Мосина в собранном и разобранном виде. Очевидно, что нагановский затвор при внешней лёгкости и простоте заметно проигрывает затвору Мосина в надёжности и технологичности изготовления.

1. Затвор Мосина не может быть назван «модернизацией» затвора Нагана ни при каких обстоятельствах.

2. Ложь про общность предохранителей тоже не выдерживает критики. Да и флажковый предохранитель Наган расположил с левой стороны ствольной коробки.

Конструкция спускового механизма Мосина фактически представляла собой самостоятельную систему.

3. Спусковые механизмы у Мосина и Нагана просто разные, хотя в обоих конструкциях (о чудо!) присутствует спусковой крючок.
4. Отделение затвора при нажатии на спуск впервые на винтовках применил не Наган. Это конструкция Мосина 1890 года.

5. Мосин не «взял» магазин у Нагана, а по прямому указанию заказывающей комиссии спроектировал его по образцу конкурента — это был не его выбор. Причём, ключевым моментом применённой системы является не рычажный подаватель (он был изобретён не Наганом), а агрегатирование подающего механизма с крышкой магазина для упрощения разряжения оружия. Но заимствовав у Нагана, по прямому указанию комиссии, концепцию размещения пантографического подавателя на крышке магазина, Мосин сделал этот магазин легкосъёмным.  В данном случае обращает на себя внимание смысловая нагрузка слова «взял», при том, что авторство идеи падавателя на крышке, разумеется, принадлежит Нагану. Но напомню за это Россия заплатила.

Обойма Нагана. Именно она была принята на вооружение. Рамочная непружинная обойма, затрудняющая заряжание;  существовавшие пружинные пластинчатые обоймы, в том числе и обойма Мосина, были совершеннее, хотя и дороже принятой обоймы Нагана.

6. Обойма «трёхлинейки» не «скопирована» с нагановской, а выбрана комиссией по результатам испытаний.

Пластинчатая пружинная обойма Мосина. Не принята по экономическим соображениям.

7. Ну а единую конструкцию прицельных приспособлений выбрал заказчик и определил её как данность для обоих конструкторов без учёта их мнения. Так что писать «прицел и мушка нагановские» необходимо исключительно с учётом игнорирования задокументированных фактов. Схожая до степени смешения конструкция прицелов винтовок Мосина и Нагана объясняется просто – требования к устройству данного узла определялись в технических требованиях без учёта мнения конструкторов.

Итак, что мы имеем в «трёхлинейке» от винтовки Нагана? По факту это агрегатированный с крышкой магазина подаватель и обойма. Не маловато, чтобы иностранца в соавторы записывать?

Даже не для оружейника, а просто для технически грамотного человека, эти две детали схожи исключительно своим назначением и количеством упоров, коих два. Как и у абсолютного большинства винтовочных систем под бездымный порох тех времён. И интересный факт — скосы на упорах у Нагана появились после его визита в Россию и знакомства с конструкцией Мосина — до этого передние торцы упоров у него были прямые.

Так что можно смело утверждать, что винтовка Мосина это полностью самостоятельная, авторская конструкция. И даже близко не похожая, на то, что предлагал Наган. И попытка включить в название русской винтовки Мосина имя бельгийца, говоря Mosin–Nagant M1891, совершенно не правомочно. И быть может стоит бить, тех кто это делает, по их самому больному месту? По кошельку.