«Она любила меха, а я — свою семью»: как первая красавица Франции променяла нежеланное дитя на свободу (14 фото)

Но за ослепительной улыбкой секс-символа Франции скрывалась одна из самых мрачных и болезненных глав её жизни — история материнства, которое она восприняла как приговор.

Бриджит Бардо не хотела этого ребёнка. Узнав, что беременна от мужа, Жака Шарье, она пыталась сделать аборт, что в тогдашней Франции было под запретом. Муж, опасаясь её решимости, буквально запер звезду в четырёх стенах.

«Я была пленницей Жака, пленницей своего тела и своего ребёнка», — позже писала она.

Свое состояние она сравнивала с раком, а растущую жизнь внутри — с опухолью, которая «пожирала изнутри».

Когда в 1960 году родился мальчик Николя-Жак, Бардо отказалась на него взглянуть. «Мне плевать!» — кричала она врачам. Материнский инстинкт так и не проснулся.

Грудное вскармливание, ночи у кроватки — всего этого она лишила сына сознательно, сразу передав его на попечение отцу. Публике же демонстрировалась идиллия. Но постановочные фото якобы счастливого семейства были лишь циничным пиаром, за которым скрывалось отчаяние.

Её ключом к свободе стал роман на стороне. Когда Шарье потребовал развода и отказа от родительских прав, Бардо подписала бумаги, даже не задумываясь. Сына она променяла на желанную свободу.

Попытки наладить связь были редкими и трагикомичными. В 12 лет Николя приехал в гости, но Бардо отослала его обратно в ту же ночь — мешала вечеринка. Эта обида стала точкой невозврата.

С годами звезда стала ощущать тяжёлые последствия своего выбора. «Я люблю его больше всего на свете», — писала 47-летняя Бардо о 22-летнем сыне. Но было поздно. Он выстроил свою жизнь — учёба, карьера сначала модели, потом программиста, семья — без неё. Она не получила приглашения на его свадьбу.

Визиты к внучкам (первая дочь Николя, Анна-Камилла Шарье, родилась в 1985 году, вторая, Теа-Жозефина, через пять лет) заканчивались холодным примирением, а судебный иск от сына после выхода её откровенных мемуаров поставил окончательную точку в их отношениях.

На вопрос, почему он не общается с матерью, 65-летний Николя-Жак, теперь уже сам дедушка, отвечает просто и исчерпывающе:

Она любит свои меха, а я люблю свою семью.

Брижит Бардо в этом году разменяла десятый десяток в одиночестве, между тем как её сын живет спокойной, но полной и насыщенной жизнью, которую она когда-то так яростно отвергла.