В Якутии есть место, где температура опускается до -71°C. Как там живут люди (13 фото)

Это Оймякон - село в Якутии, где зимой держится –60°C, а рекордный минимум доходил до –71,2°C. Телефон не стоит доставать больше, чем на пять секунд. Машины не глушат неделями, потому что завести их заново почти нереально. А поход в магазин превращается в настоящий квест на выживание.

И самое удивительное: там живут сотни людей. Ходят на работу. Водят детей в школу. Держат коров (которым, кстати, надевают специальные «лифчики», чтобы вымя не обморозилось).

Почему они не уезжают? И как вообще можно жить в месте, где –50°C считается «ещё терпимо»?

Почему именно в Оймяконе так адски холодно

Оймякон находится в Оймяконской впадине - огромной котловине на высоте 741 метров над уровнем моря. Котловину окружают хребты высотой до 2900 метров. Место устроено как гигантская чаша и здесь создается свой уникальный микроклимат.

Зимой в этих местах происходит физический феномен: холодный воздух тяжелее тёплого, поэтому он стекает с гор вниз и застаивается на дне впадины. Учёные называют это температурной инверсией.

Если подняться всего на 500 метров вверх по склону, там будет на 20 градусов теплее. То есть при –60°C внизу на склоне «всего» –40°C. Местные оленеводы знают об этом эффекте и используют его - выгоняют скот повыше, где животным легче переносить мороз.

Добавьте сюда Сибирский антициклон - область высокого давления, которая с ноября по март создаёт сухую безветренную погоду с кристально чистым небом. Нет облаков - нет климатического «одеяла», которое могло бы удержать хоть какое-то тепло.

Сочетание этих факторов и приводит к температурным рекордам.

Кстати, о рекорде. Официально признанная минимальная температура в Оймяконе — –67,7°C - зафиксирована была в феврале 1933 года метеостанцией в посёлке Томтор.

Однако экспедиция академика Обручева в 1926 году зафиксировала значение ниже. И на въезде в село стоит памятник с тем показателем и надписью «–71,2°C».

Дома на сваях и печи-обжоры

Первое, что бросается в глаза в Оймяконе, — все дома стоят на сваях на высоте полтора-два метра над землёй. Причина проста: под ногами вечная мерзлота глубиной до 800 метров. Если поставить дом прямо на землю, тепло от печки начнёт оттаивать мерзлоту снизу, грунт просядет и дом поведёт. Сваи решают проблему: холодный воздух гуляет под полом, мерзлота остаётся замороженной как ей и должно быть. Фундамент не плавает.

Стены здесь очень толстые - им необходима трехслойная термоизоляция. Окна — только тройные стеклопакеты с инертным газом внутри. Двойные уже не спасают.

Отопление - это главный вопрос выживания. В Оймяконе используется угольная система центрального отопления - одна центральная угольная котельная отправляет горячую воду по изолированным трубам в большинство домов.

Большинство частных домов топят дровяными печами. За зиму один дом сжигает 100–150 кубометров дров. Это примерно пять «КамАЗ»ов. Печь работает почти круглосуточно: загрузил дрова утром, днём подкинул, вечером ещё раз. Чугунная или кирпичная печь остывает долго — до 72 часов, но при –60°C на улице тепло уходит быстрее.

А вот с водопроводом и канализацией сложнее. Трубы прокладывают либо глубоко под землёй (на 2,5–3 метра ниже линии промерзания), либо наматывают на них саморегулирующиеся греющие кабели. Эти кабели — маленькое чудо техники: чем холоднее, тем сильнее они греют, автоматически регулируя мощность. Без них вода в трубе замёрзнет за пару часов, расширится и разорвёт металл.

Но даже при всех ухищрениях не у каждого дома есть внутренний санузел. Часть туалетов — классические деревянные будки на улице. Поход туда при –55°C - это реальный экстрим.

Еда, которая греет изнутри

В Оймяконе не едят салаты из авокадо и не заказывают роллы. Здесь в почёте мясо, рыба и жир. Много жира. Организм теряет колоссальное количество энергии просто на то, чтобы поддерживать температуру тела. Суточная калорийность питания - 4000–5000 ккал против обычных 2000–2500. Доля жиров в рационе увеличена на 20–30%, потому что жир - это 9 ккал на грамм, самый энергетически выгодный источник тепла.

Основа рациона - оленина. Её едят в сыром виде (строганина), варят, коптят. В оленине в пять раз больше витамина C, чем в говядине, что защищает от цинги и простуд. Также используют кровь оленей - она насыщена железом и витаминами, укрепляет иммунитет.

Строганина - это вообще отдельное искусство. Свежую рыбу (муксун, чир, осётр) или мясо моментально замораживают при –60°C. Потом, когда нужно готовить, берут очень острый нож и одним движением срезают тонкую стружку. Едят стружку, обмакивая в «маканину» - смесь соли и чёрного перца.

Машины-зомби, которые никогда не спят

Зимой в Оймяконе вы услышите постоянный гул моторов. Машины стоят заведёнными. Сутками. Неделями. Потому что если заглушить двигатель при -50°C, завести его снова почти нереально.

При таком холоде моторное масло превращается в густую карамель. Аккумулятор теряет до 70% ёмкости. Дизельное топливо гелируется - превращается в желе и забивает фильтры. Даже если у вас специальное арктическое масло 0W-40 и зимний дизель (смесь обычного дизеля с керосином), без подогрева двигателя шансы на запуск стремятся к нулю.

Поэтому все машины в Якутии оборудованы подогревателями: электрические спирали в топливном баке, греющие кабели вокруг топливопровода, обогрев фильтров. Многие водители заносят аккумулятор на ночь домой, чтобы он не замёрз. А утром выходят на улицу за полчаса до поездки, включают предпусковой подогреватель и ждут, пока двигатель оттает.

Впрочем, если машина всё-таки заглохла где-то в пути, это серьёзная проблема. В январе 2025 года китайского туриста, направлявшегося на марафон «Полюс холода», спасатели вытаскивали дважды: сначала его машина обледенела, потом слетела с дороги, и мужчина промок в полынье при –46°C. Без помощи МЧС он бы не выжил.

Что делать, если машина сломалась вдали от посёлка? Главное правило — оставаться в салоне. Машина держит тепло дольше, чем кажется. Если двигатель работал и накопил тепло, его хватит на несколько часов. Выходить на улицу при –60°C - верный способ замёрзнуть. В Якутии все водители возят с собой аварийный набор: одеяла, спальные мешки, термос с горячим чаем, горелку, спички, сигнальные ракеты, фонарики и два заряженных мобильника (один для связи, второй в резерве).

А что с техникой? Смартфоны на морозе действительно «умирают» - но не за 1–2 минуты, как гласит миф, а за 30–90 минут. Литий-ионные батареи при –30°C теряют 50% ёмкости, а при –60°C работают ещё хуже. Но самая большая опасность это тепловой удар. Если достать телефон из тёплого кармана (+36°C от тела) на мороз –60°C, экран может треснуть просто от разницы температур.

Школа отменяется только при –50°C

В Якутске занятия для первоклашек отменяют при –45°C, для средних классов — при –48°C, а для старшеклассников — при –50°C. И это без ветра. Если дует даже лёгкий ветерок (1–2 м/с), порог снижается на пару градусов. Но представьте: ребёнок идёт в школу при –44°C, и это считается нормой.

Но даже в эти дни школа работает: кто живёт рядом, может прийти. Для детей оленеводов и тех, кто живёт далеко от посёлка, построены школы-интернаты. Ребёнок живёт там весь учебный год в тёплом общежитии, получает пятиразовое питание, учится и видится с родителями только на каникулах.

Дети здесь с детства учатся не бояться холода. Их одевают в многослойные комбинезоны из натурального меха (не синтетики — она замерзает и дервенеет). Лицо закрывают маской, оставляя открытыми только глаза.

При –60°C открытые участки кожи начинают обмораживаться за 2-3 минуты, поэтому застревать на улице нельзя.

Парадоксы полярной ночи и замёрзший быт

Зима в Оймяконе длится 7–8 месяцев.

И большая ее часть - на фоне полярной ночи. Полярная ночь означает, что солнце почти не показывается. Световой день в декабре — около 3 часов, и то «день» — громко сказано: скорее, сумерки. Остальное время темнота. Это серьёзно влияет на психику.

Сезонное аффективное расстройство — медицинская форма депрессии из-за недостатка света — встречается у 9% жителей Арктики, а ещё 30–40% испытывают лёгкие симптомы: апатию, сонливость, тягу к углеводам, набор веса. Местные борются с этим светотерапией (лампы на 10 000 люкс по 30 минут в день), физической активностью и активной социальной жизнью.

Проветривание — отдельный ритуал. При –60°C нельзя держать окно открытым дольше 2–4 минут. За это время холодный воздух (который тяжелее тёплого) проваливается вниз и заменяет весь объём комнаты. Стены и мебель не успевают остыть, поэтому после закрытия окна они быстро прогревают свежий воздух обратно. Но если передержать — придётся топить печь заново.

Почему они не уезжают

Самый частый вопрос: зачем жить в таком аду? Ответ простой: для них это не ад. Это дом.

Оймякон не случайное поселение. Название происходит от эвенского слова, означающего «незамерзающая вода». Здесь текут термальные источники, которые не замерзают даже при –70°C. Столетиями эти места привлекали кочевников и оленеводов.

Сегодня здесь живут около 500 человек - якуты, русские, эвены. Основные занятия: оленеводство, охота, рыбалка, коневодство.

Якутские лошади — уникальная порода, способная жить на улице при –50°C, питаясь травой, которую копытами раскапывают из-под снега. Олени тем более приспособлены: у них густой мех и копыта расширенные для лучшего сцепления со льдом.

Для местных –40°C — это «ещё тепло». Температура, при которой можно спокойно сходить в магазин. И, в принципе, большинство зим и проходит в таком диапазоне.

И, знаете, в их жизни есть своя правда. Потому что жить при –60°C — это не просто вопрос технологий и тёплой одежды. Это вопрос характера. И жители Оймякона доказывают это каждый день.