Выдающиеся медики России и СССР(серия). Иван Петрович Павлов (6 фото)

Имя Ивана Петровича Павлова навечно осталось в мировой истории — он величайший русский учёный, которого по значимости ставят сразу после Ломоносова. Именно благодаря ему Россия получила свою первую Нобелевскую премию, а словосочетание «собака Павлова» стало крылатым. Но что таилось за строгим обликом гениального исследователя человеческой природы? В 32 года он женился на девушке, которая была младше на десять лет, учительнице по образованию, ставшей матерью его детей и опорой в трудные времена.

Однако в возрасте 62 лет в его судьбе появилась другая женщина — ей было 37. Кто же она была? Как повлияла на его жизнь? И чем пришлось расплачиваться за это чувство?

Решающая роль книги

Все предки Павлова как по отцу, так и по матери были священнослужителями. Казалось, его судьба предопределена: в 15 лет он стал учеником Рязанской духовной семинарии. Однако случай изменил всё: ему попалась работа Ивана Сеченова «Рефлексы головного мозга». Этот труд полностью перевернул его мировоззрение. Интерес к богослужению сменился страстью к науке и стремлению понять природу человека с рациональной точки зрения.

Поняв, что его призвание вне церкви, Павлов в 1870-м стал студентом Петербургского университета, чтобы углублённо изучать физиологию — область, которая позже принесёт ему Нобелевскую награду и всемирное признание. Будучи выходцем из семьи потомственных священников, он не мог сразу поступать на медицинский факультет — врачевание тогда считалось не соответствующим божественному предназначению.

Пришлось искать обходной путь: сначала он записался на юриспруденцию, но уже через 17 дней, воспользовавшись лазейкой в правилах, перевёлся на медицину. Там он наконец смог заниматься любимым делом, не думая о деньгах и житейских мелочах. Но к тридцати двум годам отсутствие средств стало серьёзной проблемой — учёный решил создать семью.

Встреча, изменившая жизнь

Примерно в тридцатилетнем возрасте Павлов познакомился с Серафимой Васильевной Карчевской, которая была на десять лет его младше. Он трудился в Медико-хирургической академии, она же обучалась на педагогических курсах. Серафима отличалась жизнерадостностью, добротой и невероятной энергией. Её яркая натура сразу привлекла Павлова, поглощённого наукой, но уже задумывавшегося о браке. В молодости Серафима была близка к революционным кругам — состояла в обществе Андрея Желябова, известного народника, участника покушения на императора. Однако её интересы не замыкались на политике.

На курсах она организовывала литературные вечера, куда приглашались знаменитые писатели. Как-то раз сам Фёдор Достоевский преподнёс ей свой портрет с дарственной надписью. На одном из таких мероприятий и произошло её первое знакомство с Павловым. Он предложил проводить её, и тот вечер положил начало их отношениям. До знакомства с учёным её жизнь была нелёгкой: нужда, голод, потеря жениха от чахотки. Чтобы сходить в театр, ей приходилось закладывать в ломбард собственную шубу, но это не лишало её оптимизма.

Женщина за спиной гения

Отношения Павлова и Карчевской складывались неторопливо. Для молодого исследователя наука всегда стояла на первом месте, и особого рвения в любовных делах он не проявлял. Когда Серафима окончила учёбу и получила диплом преподавателя математики, она уехала работать в сельскую местность. И лишь тогда Павлов осознал, как сильно она ему нужна. Он часто навещал её, порой не имея денег даже на обратную дорогу — тогда билет покупала она сама.

Вскоре он предложил ей выйти замуж. Однако Серафима проявила рассудительность: она считала, что с браком стоит подождать, пока у жениха не появится стабильный заработок. Но проходили месяцы, а финансовое положение Павлова не улучшалось. Тогда девушка поняла: их благополучное будущее возможно лишь в том случае, если она сама возьмёт на себя заботы о деньгах. Так всё и вышло. С каждым днём Серафима всё яснее понимала, что Иван — человек исключительного дара. Она решила посвятить ему жизнь, отказавшись от собственных устремлений.

В мае 1881-го они обвенчались в Ростове-на-Дону, на родине невесты. Павлов, целиком ушедший в науку, не побеспокоился о средствах для свадьбы — подобные мелочи его не волновали. Молодых ожидала трудная семейная жизнь. Родители Ивана не захотели помогать им деньгами, а снять жильё было не на что. Вернувшись в Петербург, они остановились у брата Павлова, Дмитрия, работавшего ассистентом у Менделеева и жившего в казённой университетской квартире.

Все бытовые заботы легли на Серафиму. Иван Петрович считал денежные проблемы пустяками и старался их избегать, целиком сосредоточившись на экспериментах. Супруга же взяла на себя хозяйство и финансы, чтобы ничто не мешало его работе. Чтобы хоть как-то сводить концы с концами, Павлову пришлось подрабатывать преподаванием на женских фельдшерских курсах. Но даже этот небольшой заработок не всегда попадал в семейный бюджет — часть денег он тратил на приобретение собак для опытов, которые впоследствии сделали его знаменитым.

Наступил момент отчаяния: учёный всерьёз думал оставить лабораторные исследования. Однако Серафима не дала ему сдаться. Именно она убедила его продолжать работу и взяться за докторскую диссертацию. Это решение круто изменило его жизнь: пришло признание в научной среде, известность, а в 1890 году — звание профессора. Павлов начал работать в Институте экспериментальной медицины, и семья наконец-то обрела финансовую устойчивость.

Но семейную идиллию омрачал сложный нрав учёного. Он был резок, вспыльчив и часто не принимал во внимание чувства окружающих. Даже на прогулках он нёсся так быстро, что, как говорила жена, «обгонял извозчиков», и ей приходилось бежать за ним. Одна такая прогулка обернулась трагедией — Серафима потеряла ребёнка. Это горе они пережили вместе. Судьба подарила им ещё пятерых детей, но старший сын умер в младенчестве. Остальных четверых они вырастили с любовью и заботой, несмотря на все трудности, сопутствовавшие их союзу.

Охлаждение

Со временем былые чувства между супругами стали угасать. Их взгляды на жизнь и научную деятельность всё чаще расходились. Серафиму начали ужасать опыты мужа над животными. Ей казалось, что подобные эксперименты идут вразрез с божественными установлениями, и она настойчиво умоляла его прекратить их. Но для Павлова преданность науке была так же важна, как и любовь к женщине, и он не мог поступиться своим делом.

Разрыв между ними становился неизбежным. Как-то раз, окрылённый успешным выступлением с докладом, Павлов с восторгом делился впечатлениями с женой. Он надеялся на отклик, понимание, поддержку... но вдруг заметил, что Серафима заснула прямо посреди его рассказа. В тот момент в его душе что-то надломилось. Он осознал, что любовь ушла. Спустя годы, в 1912-м, судьба свела его с женщиной, в которой соединились обе его страсти — и наука, и вдохновение. Их отношения продлились четверть века, до самого конца жизни великого академика.

Поздняя любовь

Когда Павлов повстречал Марию Капитоновну Петрову, ему было 62, а ей 37. Он переживал вторую молодость, обладал отменным здоровьем, ежедневно занимался гимнастикой, обливался ледяной водой и любил подолгу гулять пешком. До семидесяти лет он вообще не знал усталости. В 1912-м Мария устроилась в его лабораторию. Она была яркой, полной жизни женщиной с недюжинной энергией. Её природное обаяние и острый ум сразу привлекли внимание академика.

Но у неё, как и у Павлова, уже была семья — муж и сын. Её супруг, Григорий Петров, был известным священником и блестящим проповедником. В столице он пользовался огромной популярностью, его выступления собирали множество людей. Даже Ленин, хоть и с раздражением, называл его «весьма известным демагогом». Мария Петрова жила в достатке — у неё была просторная квартира на Невском, собственный выезд, один из первых в городе автомобилей и роскошная дача в Крыму.

Павлов был покорён этой женщиной — её статью, проницательностью и силой воли. Однажды в шутку он предложил ей побороться. Когда они остались наедине, он без труда уложил её на лопатки... и неожиданно попросил разрешения поцеловать. В ту секунду между ними пробежала искра. Павлов вложил в поцелуй такую страсть, что Мария не смогла устоять и ответила взаимностью. Вскоре их связь стала близкой. Её муж, священник Петров, не препятствовал этому роману — их брак давно держался на свободе: они жили вместе, но не ограничивали друг друга. Однако слухи дошли и до Серафимы Васильевны.

Узнав об измене, она не стала устраивать скандалов, но нашла свой способ выразить негодование. На одном из рождественских обедов, рассаживая гостей, она усадила Марию рядом с мужем. У каждой тарелки лежала кружевная салфетка, а под ней — открытка с уместной цитатой. Когда Мария развернула свою, она прочла колкую фразу: «А кому какое дело, что кума с кумом сидела?» Это был единственный случай, когда Серафима позволила себе открытую насмешку.

Конец пути

Павлов и Петрова прожили вместе 25 лет. Поговаривали, что он находился под её сильным влиянием. Его дочь Вера с неприязнью называла Петрову «эта женщина» и считала, что с её приходом в семье всё пошло не так. Особенно Вера не могла забыть один жуткий случай. При посторонних Мария Капитоновна обмолвилась о её брате Всеволоде, способном юристе и переводчике: «Он способен натворить много бед, но, к счастью для всех, и года не проживёт...» Она была блестящим клиницистом и могла поставить диагноз с первого взгляда.

Ровно через год Всеволод скончался от рака поджелудочной в возрасте 41 года. Для Павлова это был страшный удар. Гибель сына сильно подорвала его силы. 27 февраля 1936 года в возрасте 86 лет он умер от воспаления лёгких, хотя мечтал дожить до ста лет. Даже в последние минуты он оставался учёным. Павлов попросил своих учеников фиксировать все этапы угасания организма. В какой-то момент в дверь постучали. Один из студентов вышел и спокойно сказал вошедшему: «Простите, академик сейчас очень занят. Он умирает».