Опыт владельца: «Как меня обманули хитрой строчкой в договоре»

Как должно быть в идеале? Продавец и покупатель квартиры договариваются о цене и готовят документы. В день подписания договора купли-продажи деньги за квартиру закладываются в заранее арендованную банковскую ячейку. Продавец получает их после того, как договор пройдет госрегистрацию, и квартира перейдет в собственность покупателя. Для этого он должен предъявить оригинал этого договора, зарегистрированного в Росреестре, а также общегражданский паспорт и ключ от ячейки.
Однако в истории московской семьи Гавриловых все вышло иначе – из-за одной короткой строчки в договоре, которая их не смутила. А зря.
Пару лет назад Гавриловы решили продать квартиру в центре Москвы и переехать жить за город. Там уже был построен добротный дом из бруса, и для того, чтобы завершить отделку и сделать приличный ландшафтный дизайн на участке, нужны были деньги. Кредит на нужную сумму им получить не удалось, и супруги решили продать «трешку» на Чистых прудах, купить что-нибудь поменьше и подальше, чтобы иметь постоянный доход от аренды. А самим жить спокойной загородной жизнью, как давно мечтали. Покупателя пришлось искать довольно долго, но, наконец, он нашелся и внес задаток. Казалось, что долгожданный ремонт дома и переезд – не за горами.
Но бдительный риелтор Николай Иванович, представлявший Гавриловых, обратил внимание на один подозрительный пункт в договоре аренды банковской ячейки. Он касался доступа к ячейке, который продавец получал при выполнении следующих условий: наличия зарегистрированного договора купли-продажи и - внимание! - обязательного присутствия покупателя.
То есть Гавриловы могли забрать из ячейки деньги за свою проданную квартиру только в присутствии покупателя – Алексея Никонова.
«Для чего это требуется?» - спросил Николай Иванович, к тому моменту успевший сопроводить немало сделок по купле-продаже квартир. «Я должен себя обезопасить, - был ответ покупателя. - Мало ли что может быть, я хочу убедиться лично, что продавец забрал деньги, и получить от него расписку в этот же день».
Этот аргумент Николая Ивановича не убедил. «Мы можем написать расписку сейчас, положить ее в соседнюю ячейку, а вы придете и заберете ее, предъявив зарегистрированный договор купли-продажи. Хоть в тот же день, мы вас предупредим», - предложил он. Но покупатель от такого сценария отказался и продолжал настаивать на своем.
Гавриловы, опасаясь, что сделка сорвется, посовещались и решили согласиться.
«Вы учтите, - предупредил их риелтор, - он может просто не явиться в банк до окончания срока аренды ячейки, а потом попросту заберет деньги – так прописано в договоре. И я уже ничем не смогу вам помочь».
Но супруги решили, что их агент перестраховывается. Они взяли у покупателя визитку с контактами его компании – она была презентабельная, с золотым тиснением – позвонили по телефону, указанному на ней и убедились, что там отвечает секретарь группы компаний. Попросили соединить с коммерческим директором, и секретарь перевела звонок на мобильный, который тут же зазвонил у Алексея Никонова – покупателя квартиры.
«Не пропадет», - уверенно заключили Гавриловы, и глава семейства подписал договор. А дальше события развивались именно так, как предсказывал Николай Иванович. Договор купли-продажи был зарегистрирован, и Гавриловы попытались созвониться с покупателем, но его мобильный не отвечал. В офисе группы компаний сказали, что этот человек неделю назад уволился, и других его контактов, кроме мобильного, у них теперь нет. По адресу регистрации, указанному в паспорте Никонова, никто не открывал дверь, и окна его квартиры оставались темными несколько вечеров подряд, когда туда приезжали то Гавриловы, то Николай Иванович.
Петр предпринял было попытку забрать деньги, мотивируя это тем, что не может найти покупателя – но в банке его и слушать не стали. «Договор есть договор, там это прописано, - сказал ему менеджер, - а уж где ваш покупатель, мы не знаем и отвечать за это не можем».
В день окончания договора аренды ячейки и еще несколько дней после этого Петр Гаврилов дежурил около банка, надеясь подкараулить покупателя. Но из этого тоже ничего не вышло: пройдоху Никонова ему дождаться не удалось.
«Единственное, что я могу вам посоветовать – это обратиться в суд, - заявил Николай Иванович. – Вы выполнили все условия договора, и судья будет на вашей стороне. Деньги вернуть вряд ли удастся, но государственную регистрацию договора опротестовать могут запросто, так что вы опять получите квартиру в собственность».
Гавриловы согласились, что это единственное верное решение – и поспешили подать иск. Рассмотрение его длилось больше года. Заседания назначались, переносились, покупатель на них не являлся. Он, кстати, предпринял попытку быстро перепродать квартиру, которая была передана ему в собственность, но суд успел наложить запрет на все операции и сделки со спорным имуществом.
Финал этой истории был относительно счастливым для Гавриловых: право собственности на квартиру им вернули, так что они снова могли выставлять ее на продажу.
«Но после таких злоключений у нас уже нет ни сил, ни желания этим заниматься», - говорит Петр Гаврилов. За это время он сумел все-таки взять кредит и закончить отделку дома, а «трешку» на Чистых прудах собирается сдавать в аренду.
Алексея Никонова объявили в розыск, и в результате задержали. Оказалось, что за ним числится не одна подобная сделка, и пару квартир, полученных таким образом, он успел перепродать. Помогло ему, например, то, что их собственники жили за границей, слабо контролируя ситуацию. В таких запутанных случаях самыми невезучими оказывались те, кто покупал у него квартиры, польстившись на заниженную цену.
Профессионалы рынка недвижимости рекомендуют:
не пренебрегайте советами экспертов, собираясь заключить договор купли-продажи квартиры,
любой договор читайте очень внимательно и вслух – так у вас меньше риска пропустить что-либо важное,
присутствуйте постоянно в том городе, где совершается сделка, до тех пор, пока у вас на руках не будет всех необходимых документов о ее завершении, а если вы продавец – то и денег за вашу квартиру,
в конфликтной ситуации не медлите и обращайтесь в суд.