Один год из жизни в Америке (4 фото)

Если вы патриот России, не читайте – меня не переубедите, а вам будет неприятно. Тут все местами эмоционально и очень субъективно. Да и нудно.

. Мне 34 года, женат, есть дочь. Родился и прожил 33 года в Санкт-Петербурге. На момент переезда без около 6 лет работал в Microsoft Russia, что автоматически означало «много времени проводил в Москве». По роду деятельности основательно поездил по России, но на знание глубинки не претендую, так как обычно посещал большие города с хорошими отелями. Но людей насмотрелся разных, очень разнообразных, таким образом, имея в голове и в душе определенное мнение и сложившееся решение о переезде.

И тут уже начинается суть и мой опыт. Принимая решение о переезде, крайне важным оказалось иметь правильный посыл и идею самого перемещения. Это здорово помогает не столько при сборах в России, сколько к принятию важных решений на месте. Оставим в стороне варианты «твердо знаю, что вернусь» и «твёрдо знаю, что не вернусь». Ничего вы не знаете твёрдо, со временем все может измениться. Я рассматривал варианты «скорее всего» – соответственно, не вернусь или вернусь. Моим вариантом было – скорее всего, не вернусь. Это не значит, что останусь именно тут навсегда, но вероятнее всего, не вернусь в Россию.

Еще раз повторю, что такой подход не должен сильно влиять на то, как вы готовитесь к переезду. Я в своем уме и мосты сжигать не собирался. Остались, само собой, и родные, и друзья и, как не кощунственно ставить все один ряд, имущество, включая недвижимое. Пока не получил иного гражданства и не пустил новые жилищные корни, старую квартиру точно продавать не стоит – никогда не знаешь почему и в какой момент придется вернуться. Но на новом месте нужно планировать жизнь так, будто это если и не навсегда, то очень-очень-очень надолго. Естественно, с учетом всех рисков – и экономических и миграционных. Это сильно облегчает жизнь и быт. Нет ничего хуже, чем быть временщиком. Так я отвечаю на один из самых популярных вопросов – собираюсь ли возвращаться. Не собираюсь.

Как переезжали.
И просто, и сложно. Как известно, работал я евангелистом в Microsoft Russia. А до этого там же 3 года консультантом по SharePoint. А до Microsoft – много лет программистом. Так вот, у нас в Microsoft есть внутренний портал с вакансиями. Я его, так сказать, помониторивал на предмет хороших позиций в разных странах. И вот в марте 2012-го нашел хорошую подходящую вакансию в штаб-квартире Microsoft в Редмонде (по-нашему, в «корпе»), узнал у нанимающего менеджера, рассматривает ли он «гастарбайтеров» и, в соответствии с процессом, отправил свое резюме.

Далее были 6 месяцев ожидания, которые не отменяли текущей работы, двухдневного блиц-крига в Редмонд с прохождением шести интервью и затяжной войны с многочисленными небыстрыми товарищами на предмет прохождения моего процесса. Затем последовал «оффер» и еще 3 месяца планирования отъезда, пленарный доклад TechEd Russia 2012, эпопея с визой, сборы и собственно дорога. Мне было бы невероятно сложно без поддержки семьи, которая терпела и продолжает терпеть издержки профессии папы. Огромное спасибо Мише Черномордикову, Саше Ложечкину и Диме Марченко за понимание и серьёзнейшую поддержку - не всякий менеджер будет так помогать в подобных делах.

Про визу стоит рассказать отдельно.

Мы получали визу семейства “L” (L1, L2). От известной всем H1-B она отличается двумя моментами:

1. Это должен быть intra-company transfer, то есть переезд в связи со сменой географии работника внутри одной международной компании. Необходимо не только быть сотрудником этой компании, но и работать там не менее одного года.
2. Супруг(а) заявителя может работать в США и, в отличие от самого заявителя (т.е. меня), в любой компании. Я же могу работать, как и в случае с H1-B, только в Microsoft.

С точки зрения перевозки вещей (одежды, книг, детских игрушек, мебели и так далее) все оказалось ну ОЧЕНЬ просто. И тут процесс релокации Microsoft первый раз проявил себя во всей красе. Огромное спасибо компании Interdean, специалисты которой в кратчайшие сроки все спланировали, упаковали, провели через таможню (включая разрешения на вывоз картин), перевезли и доставили. Быть их клиентом оказалось очень приятно и полезно. Если есть деньги на такие, скорее всего, недешевые услуги, настоятельно рекомендую.

Следующая пара приятных моментов переезда в Microsoft – временное жилье и автомобиль. По приезду мы получили ключи от временного дома в Белвью и авто. Дом тот, к слову, оказался весьма и весьма неплохим. Не скажу, что первые день был таким уж легким. Джетлаг, высокая температура у дочки, отсутствие многих базовых вещей в быту сыграли свою роль. Одно дело приезжать «туристом» на конференцию и совсем другое – после 18 часов в дороге искать магазин с нужной детской едой. Если бы не Дмитрий Никонов, первые дни точно были бы кошмаром. Спасибо тебе, Дима! Ты сохранил мне миллионы нервных клеток.

риехали мы 26 декабря, аккурат после Рождества. Еще за несколько недель до отъезда с нами связалась агент по адаптации – специальный человек, помогающий адаптироваться на новом месте с точки зрения бытовой: найти правильные магазины, постоянное жилье, получить местные водительские права и так далее.

И вот на дворе 2 января 2013, а я внезапно Technical Evangelist в группе Platform Evangelism компании Microsoft, Редмонд, штат Вашингтон.

Моя новая работа.
С этим делом по понятным причинам связано много специфики – где-то неинтересной большинству из вас, а где-то и конфиденциальной. Скрывать не буду – мне повезло. Несмотря на то, что работа в корпе была не целью, но средством, я попал в команду, занимающуюся тем, что мне всегда нравилось больше всего – опробованием новейших технологий Microsoft перед их выпуском в мир. Сложно скрыть восторг, когда начинаешь осваивать новое направление раньше, чем о нем узнают в остальных частях компании за пределами выпускающего подразделения и… нашей команды. С людьми, восхищавшими меня много лет, теперь можно работать над совместными проектами. Можно не просто быть на переднем крае технологий, но строить его. Короче, круто. Еще и деньги платят.

Какая она эта Америка
Уже больше тысячи слов написал, а по делу пока ни одного. Пора переходить к сути. И начну с того, что не нравится.

Итак, не нравится:

1. Девушки и женщины в смысле их восприятия большинством мужчин.
Да, это реальная проблема. Если вы намерены жениться, то делать это лучше в России. Не то чтобы в Штатах совсем нет шансов, но это значительно труднее в силу разницы менталитета.
Проблем в работе, общении и совместном распитии пива, скорее всего, не будет никаких. И даже напротив, вести дела и веселиться тут умеют не хуже российского. Вопреки предрассудкам, запретных тем в подвыпившей американской компании ничуть не больше, чем в российской – обсуждают власть, начальников, чёрных, индусов, китайцев, геев и фанатов Linux. Но любовные отношения – это блюдо иного толка. Все возможно, но в тысячу раз сложнее.
Короче, это тот случай, когда в Тулу нужно ехать со своим самоваром. И, потом, российские девушки – самые красивые.

2. Американцы живут на другом континенте. 99.99% жителей США не волнует существование остального мира. Выигрыш местной команды по футболу («американскому») в тысячу раз важнее катаклизмов в Европе. И речь не о новостях (я их не смотрю), речь о разговорах людей между собой в офисе, на обеде и просто при случайной встрече.
Это не мешает жить, это иногда мешает работать.

3. Система мер. Мили, фунты, градусы Фаренгейта, дюймы, унции и футы – горите в аду. Я знаю, что привыкну! Когда-нибудь. Наверное. За год не привык.

Что нравится? Не буду расписывать всех подробностей, постараюсь затронуть основное с примерами.

1. Взаимное уважение людей. Повсеместное уважение (исключение – иммиграционные офицеры).
За год мне никто ни разу не нахамил. Ах нет! Один раз нахамили – когда решил сходить в «русский» магазин.
Мимо моей дочери ни разу не прошел бухой орущий мужик с сигаретой в зубах.
При повороте налево никто ни разу не подрезал по встречке (хотя я до сих пор на автомате смотрю в зеркало). На дорогах тут вообще все очень вежливы.

2. Верховенство закона.
Если есть правило, его в основном соблюдают. Если нарушают и нарушителя ловят, его отдают под суд.
Это не значит, что все, например, соблюдают скоростной режим. Но если вас поймали, то помимо собственно штрафа вас ждет повышение стоимости страховки. Можно ли избежать наказания за мелкое нарушение? Можно. Зовите адвоката, пусть ищет ошибки в процессе составление протокола, калибровки радара, общения офицера полиции с вами. Это работает. Но только повторять весь этот гемморой вам уже не захочется.

Зато есть другие примеры. Во время прогулки жены с дочерью на детскую площадку зашел мужик со здоровенной собакой без намордника. Начнем с того, что тут вообще нельзя собакам в общественных местах без намордника, а тут еще и дети. Супруга, будучи человеком российским, решила вежливо объяснить человеку, что он не прав. В ответ получила весьма агрессивную отповедь (оп-па, второе хамство!). Мужик, однако, ретировался. Позже нам объяснили, что не следовало вообще вступать в контакт с нарушителем. 911 – вот правильное решение. Человеку впаяли бы очень немаленький штраф, а возможно и запретили бы содержать животных. Как же я мечтал об этом – возможности вообще не общаться с агрессивным быдлом. Собаку только было бы жалко, она не виновата.
Никаких спец-ксив и блатных номеров. Номер ВОВАН1 я себе хоть завтра могу заказать. Цена вопроса – несколько десятков баксов. Был бы свободен.

Есть ли взяточничество? Есть. Но на очень высоком уровне. Я не знаю людей, которые с ним сталкивались.

3. Любовь к работе.
Банковские аналитики, программисты, водители автобусов, баристы, дворники, продавцы, парикмахеры, кассиры, сантехники, все! Все выполняют работу с любовью. Если даже человеку осточертела его работа, клиент, вероятнее всего, об этом не узнает. Человек может 20 лет работать продавцом в одном магазинчике и каждый раз заворачивать ваш товар с неподдельной любовью к искусству. Никаких тебе «что вы хотели за эти деньги» или «вас много, а я одна».

4. Средний класс – главный избиратель и клиент. Малый бизнес – основа экономики.
Представьте себе российского среднестатистического офисного червя в городе-миллионнике на «кредитном фокусе». Он многими ненавидим, но вопреки расхожему мнению, не так уж многочисленнен. Чего уж там, мы с вами в разной степени такие же представители кредитнофокусного среднего класса.
В США – это движущая сила страны, главный избиратель и главный клиент для подавляющего большинства бизнесов. И огромного числа бизнесов.

Я не перестаю поражаться количеству компаний, одновременно оказывающих примерно одинаковые услуги вроде бы ограниченному числу людей. Парикмахерские, магазины, кофейни, чистильщики ковров – их тут множество на квадратный километр (сорри, милю, конечно же). Как же они выживают? Кто их клиенты? Все просто – жители, тот самый средний класс. Людей, которые могут позволить себе весьма немаленький набор товаров и услуг, очень много. Это все ваши соседи. Конкуренция высокая, но и клиентов много. Не просто жителей, но тех, кто может купить у вас товар. Больше достаток, больше покупателей. Больше покупателей, больше бизнесов. Больше бизнесов, больше рабочих мест. Больше рабочих мест, больше людей в достатке. Больше достаток… и так по кругу.

Отдельная тема – сохранение клиента. Я могу вернуть неподходящие (и даже поношенные) ботинки в течении срока возврата без объяснения причин и написания заявлений «строго в среду с 13 до 15 с паспортом». В случае с онлайн-магазинами тот же UPS/FedEx еще и домой за товаром заедет. Рассказывали мне даже про случаи возврата начатых бутылок вина, но это уже экстрим, конечно.

Здесь очень просто открыть бизнес. Есть идея и готовы пахать? Вперед! Последнее, о чем у вас будет болеть голова – налоговая отчетность, пожарная инспекция и многочисленные разрешители. Эти товарищи тут есть – в минимально необходимом количестве и вовсе не для обирания вашего бизнеса или вставки палок в колеса. За вменяемую сумму специально обученные люди могут совсем избавить от несвойственной вам деятельности. Конечно, никто не избавить от необходимости строить конкурентный бизнес и находить клиентов.

5. Природа.
В Вашингтоне – превосходная и разнообразная природа. Озера, горы, зеленые поля, перевалы, реки, водопады. Океан. Нет, ОКЕАН! Все – в паре часов езды.

Климат похож на питерский, но снег бывает очень редко. Хочешь снега – горы в полутора часах езды. Подъемники, склоны – вся инфраструктура для ломания конечностей лыжных забав. В этом году, впрочем, разок уже снег выпал, сделали с дочкой снеговика.



Это пять самых сильных впечатлений за год. Есть и куча других: чистота, множество парков, превосходная сеть дорог, вежливая полиция, очень приветливые к детям взрослые, но без сюсюканья. Многое и не вспомнить.

Спорт. Я не спортсмен, совсем не спортсмен. Но количество и доступность разного рода сооружений и клубов приятно поражает. Любой возраст и опыт – только заставь себя заниматься. Хочешь мяч гонять после работы, вперед – куча полей с серьезным освещением в темное время суток.

Так ли все радужно вокруг? Нет, друзья. Я живу в благополучном штате, благополучном городе и благополучном районе. Тут есть бомжи. Есть наркоманы, ворующие гаджеты из машин. Нас Бог миловал. Говорят, пару-тройку раз в месяц кого-то убивают. Есть дети, которые недоедают в летнее время, когда школы закрыты. Уверен, что есть и те, кто не доедает круглый год. Есть очень-очень бедные люди или работающие за гроши. Но всего этого дерьма мало. Чтобы его видеть, нужно присмотреться. Чтобы его было меньше, можно и нужно помогать. Благотворительность – не пустой звук, это повсеместно и это работает.

И все-таки! Что есть то самое благополучие?
Есть в Штатах места сильно хуже – и экономически и криминогенно. Но вы можете там не жить. И это мой самый большой ответ ответов на все вопросы. Представим себе Питер. Если вы не олигарх и не можете построить дом на Крестовском острове, то вероятнее всего, жить будете в многоэтажке где-то в городе. Это может быть сколь угодно трижды элитный дом с охраной, отапливаемым паркингом, блэк-джеком и… Но в соседнем доме или через дорогу живет наркоман, промышляющий воровством колпаков с машин. А в том доме – только что откинувшийся убийца. А через два дома в прошлом месяце изнасиловали школьницу. Вы никуда от этого не денетесь. Это общий народный котел. Его можно избежать, но очень дорого – и жить вы будете за забором, как в резервации. Я не хочу так.

США – не самая благополучная страна. Но тут благополучное большинство. А неблагополучное меньшинство хочет перебраться в большинство, вкалывая, а не воруя. Вам не нужно обносить дом забором. Сволочи и бандиты есть, но их стараются изолировать. Для этого и есть полиция.

«Это мещанство», скажете вы. Возможно, но именно оно позволяет людям спокойно воспитывать детей и заниматься любимым делом, принося пользу всему миру. Меньше фоновой опасности, больше удобства для пользы дела.

Вместо послесловия. О России.
Нечасто, но задают мне и этот вопрос – что я чувствую по отношению к Родине. В какой-то момент много лет назад я понял, что у России… нет – у меня в России нет шансов жить так, как я себе хотел. И не Путин тому виной. Я был противником путинского режима еще в бытность его премьер-министром при Ельцине (кто знает меня с тех пор, не даст соврать), но это уже совсем другая история. Не в Путине дело, он лишь усугубляет. Дело в особом пути России, который, я уверен, есть. И путь этот мне не комфортен.

Как говорил наш препод по философии, чтобы понять Россию, нужно учитывать разнообразный геосоциоценоз – совокупность географических и социальных факторов. Я бы добавил сюда еще и факторы исторические.

Невозможно изменить ситуацию со взяточничеством, если обычные люди считают это нормальным механизмом с призказкой «лишь бы не зарывались». Невозможно изменить соседей, осуждающих женщину, не забравшую заявление из милиции, когда выяснилось, что обнес её пятнадцатилетний сын другой соседки. Парню, дескать жизнь сломали. Да она уже у него сломана. Невозможно изменить «патриотов», довольно потирающих ручонки после новости и нескольких годах строгого (!) режима за экономическое преступление, меркнущее по масштабам с ими же признаваемыми хищениями чиновников. То чиновник, ему положено!

Все эти люди – не посторонние неадекваты из новостей и социальных сетей. Это соседи, водители такси, продавцы и просто прохожие. Это мужик, помогающий вытащить машину. Это полицейский, помогающий тебе избежать автоподставы. Это тот чиновник, берущий взятку и этот, не берущий и делающий свою работу. Это алкаш, орущий на твою жену. Наконец, это партнер, клиент и даже коллега. А иногда, стыдно признаться, это ты сам – раскрученный и забывшийся. Это то разнообразное общество, которое не хочет меняться, так как в своей терпимости к определенному уровню грязи, хамства и мздоимоства оно близко к равновесному состоянию. Что-то плохо, где-то не доложили мяса, где-то не долили водки, но в целом – нормально.

Это «нормально» сложилось в разных своих качествах за много-много лет. Не только за советский и пост-советский периоды, но и сильно ранее – наверное, во время Ига. Недаром в русских так сильны многие азиатские черты характера. Это чрезвычайно сложно изменить. Большевики сломали народ, получилось. Но не факт, что народ позволит сломать себя еще раз.

Можно менять что-то по мелочи, очень медленно. Где-то, я убежден, будет получаться. Но только, если вы готовы. Я – не готов, ни малейшего желания. Да и смысла не вижу. Могут быть другие цели в жизни.

Если вы не горячий патриот, если допускаете для себя возможность уехать работать и жить на благо своей семьи и своего дела – будь то ИТ или естественные науки, ПОПРОБУЙТЕ, УЕЗЖАЙТЕ. Вернуться вы всегда успеете, а лишать себя шанса неверно. И лишать мир шанса вкусить плоды вашего любимого дела тоже неверно. Есть желание и силы – перемещайтесь туда, где можно изменять мир вашим путем.

Да, вас тут никто не ждет. Да, мой рассказ – это опыт цыпленка в инкубаторе. Но я вижу вокруг множество иных примеров. И они говорят: редко есть необходимость остаться, чаще бывает необходимость уехать.