Пуля - дура, но штык

Служил в начале 80-х гг. со мной в разведбатальоне танковой дивизии Центральной группы войск (Чехословакия) прапорщик Куля. Его, не имеющего среднего образования, направил в школу прапорщиков дальний родственник, старший офицер из штаба корпуса. Шестимесячная учеба в «дуболомовке» не сделала из Кули интеллигента, но полученные там от командиров оплеухи и тычки научили его свято блюсти всевозможные инструкции. В душе он понимал свою недалёкость, стремился компенсировать это пунктуальным выполнением служебных инструкций, благо их в армии хватает на все случаи жизни. А то, что во время политзанятий вместо Америки тыкал указкой в Антарктиду - к этому скоро привыкли, даже не хохотали, когда прапор докладывал замполиту о том, «есть в Неметчине немчики наши друзи, а есть - друзи американские». Но хозвзвод, которым Куля командовал, был на хорошем счету: пунктуально выполняя инструкции, прапорщик заслуживал одобрение командования, тем более он не пил и занимался спортом.
И вот - учения! Надо ж случиться, что на Кулю напоролся посредник – непохмеленый подполковник из штаба группы войск и приказал хозвзводу действовать автономно от основных сил батальона.
По отмашке посредника три «66-х» с полевыми кухнями на прицепах двинулись в одну сторону, а батальон - в другую… В первой хозвзводовской машине восседал Куля, держа на коленях огромную и тяжеленную, словно бордюрный камень радиостанцию Р-107.
Время обеда. Заросший редким лесом обширный полигон просматривался плохо.
Комбат нарушил радиомолчание. Взволнованный Куля доложил, что обед готов уже три часа назад, и через час он, согласно инструкции, должен выбросить на обочину второе блюдо, а через два вылить - первое. А долго говорить он не может, так как посредник приказал хранить радиомолчание.
- Ты где находишься, - заорал комбат, - в каком квадрате, где у тебя карта?
- Карта у меня есть, только квадратив я не бачу, - от волнения Куля перешел на украинский, - бачу кругом одни деревья…
И связь оборвалась.
Но в эфир он снова вышел уже под вечер. Доложив, что вывалил обед на обочину и попросил утвердить раскладку продуктов на ужин. Ожидались макароны по-флотски.
Комбат успел только выругаться - и вновь связь оборвалась.
Батальонный связист получил строгое указание запеленговать Кулю в случае его выхода в эфир. Это случилось уже утром, когда командир хозвзвода докладывал раскладку продуктов на завтрак.
Хозвзвод был окружен по всем правилам военного искусства. Едва голодный и злой комбат спрыгнул с боевой машины, как к нему подбежал Куля, радостно доложив, что только что выбросил в лес макароны по-флотски и сейчас его подчиненные моют котлы. На просьбу прапорщика утвердить меню на завтрак командир лишь зарычал…
Через пару месяцев, направляя Кулю в роту охраны штаба группы, комбат пробурчал:
- Там от безделья они сутками в карты режутся - научится «наш дуралей» в картах разбираться!
А еще через полгода все узнали, что Куля женился на дочке высокопоставленного офицера штаба группы. На что батальонный врач - циник и хохмач изрек: «Хоть наша Куля (пуля-укр.) дура – штык у него - молодец!».