Монастырский беспредел

"Я ЧЕЛОВЕК верующий. Поэтому, когда со мной случилось несчастье - в 35 лет потеряла трудоспособность, средств для существования не было, - я ушла в монастырь. Надежды, что меня туда возьмут, было мало из-за состояния здоровья, о чем я без утайки рассказала настоятельнице Шамординского монастыря, что в Калужской области. К своему удивлению, меня приняли в послушницы безоговорочно. Вскоре по благословению старца из Оптиной пустыни я продала квартиру и все деньги отдала настоятельнице без какой-либо расписки.

После этого отношение ко мне резко изменилось. Меня заставляли работать наравне со здоровыми. А кто выдержит такой режим: подъем в 5 утра, тяжелая работа в огороде до 11 вечера, а в 12 ночи служба до полчетвертого утра. Скудная пища - баланда, каша или макароны 2 раза в день. Картошка и овощи по праздникам. Сестры ходят истощенные, чтобы не засыпали на ночной службе, батюшка дает им чифирь.

Антисанитария страшная, в кельях по 4-5 человек, больные туберкулезом открытой формы живут со здоровыми, да еще и на кухне работают.

Вообще ситуация в монастыре напоминает советские лагеря. Вооруженная охрана - казаки, собакалюдоед, натасканная на задержание. Сестры следят друг за другом, доносят матушке, непокорных смиряют тяжелыми физическими работами. Тех, у кого не выдерживают нервы, отправляют на лечение в "психушку".

Когда я высказала все это настоятельнице и отказалась от работ, меня выгнали. Денег мне не вернули, мотивируя это тем, что я их отдала Богу. Я пыталась жаловаться высшим духовным чинам вплоть до Патриарха, но везде меня призывают к смирению и терпению. Неужели на людей в рясах нет управы?"

УСТАМИ МАТУШКИ ГЛАГОЛЕТ ИСТИНА?

Попасть в Шамординский монастырь было несложно: через ворота постоянно проходили паломники, туристы или местные жители. Но везде, где бы ни появился чужой человек, сразу вырастала фигура в черном платье.

Когда в 90-м году в поселок Шамордино пожаловали монашки восстанавливать монастырь, все с удовольствием им помогали. Потом местных стали оттеснять, забрали огороды, перекрыли дорогу, а позже посоветовали убираться. После нескольких стычек с казаками, применявшими против местных кулаки и дубинки, последние написали письмо в районную администрацию. Прибывшая комиссия после обеда в трапезной рекомендовала: живите дружно. Но люди боятся за свою жизнь.

А что касается условий жизни в монастыре, сказала, что да, трудно, но показать кельи сестер категорически отказалась. "Я ведь и сама моюсь раз в три недели", - смиренно произнесла она.

Не пустили меня и в паломническую, где, по словам сестер, можно увидеть все "прелести" монастырского существования. Зато в трапезную отобедать позвали, но вспомнилась виденная перед этим послушница с голодными глазами, которая бросилась ко мне с двумя сырыми грибами: "Мне сказали, их можно посолить и через три часа есть сырыми". На вопрос, на какие деньги ведется реконструкция монастыря, настоятельница только руками развела: "И сама не знаю. Чудеса Божии".

ЗА ЧЕЙ СЧЕТ ЧУДЕСА

В монастырь принимают всех без разбора. Многие продают жилье и отдают деньги в монастырскую казну, как Нина Девяткина, написавшая письмо. Туда же поступают пенсии старушек-сестер. Бывают пожертвования, и немалые. Туристы, торговля в собственных ларьках продовольственными мелочами и церковной литературой тоже приносят доход. Рабочие руки, кроме строительных, бесплатные. Но и тут не находится 10 тысяч рублей, которые просит бывшая послушница Девяткина для покупки домика в соседней деревне. Ей, оставленной монастырем без крова, лишь выплачивают по 500 рублей в месяц. А в это время для батюшкиных кур возводят дворец, в котором ни один из местных не отказался бы жить. И матушка с любимыми сестрами по нескольку раз в год ездит в Иерусалим.

В соседнем поселке приютили уже не одну бывшую сестру. С двумя из них удалось встретиться. Серафима бежала из монастыря после недвусмысленного совета батюшки о том, как бороться с "искушением блуда". Наташу, против правил, в монастырь приняли с малолетним сыном. За то, что мальчик, по словам настоятельницы, стал совать нос не в свои дела, его вместе с матерью ночью, в феврале, вытащили на улицу и вывезли в ближайший поселок, бросив на морозе.

За последнее время из монастыря бежал не один десяток женщин. Оставшимся внушили, что их удел - мученичество...

* * *

Что касается не возвращенных Нине Девяткиной денег, в Московской Патриархии заявили однозначно, что вряд ли их вернут, потому что они, скорее всего, пошли на реконструкцию монастыря. Там же сообщили, что в России 148 женских монастырей. Для сравнения: на Украине их 58, в других республиках СНГ - 33, в Прибалтике только 3 и еще 5 во всем зарубежье. И после вечных жалоб на отсутствие средств возникает вопрос: на какие деньги монастыри открываются и содержатся? И зачем их так много?


"Аргументы и Факты", 1999