Архивные фотографии Второй Мировой Войны (92 фото)

Прорыв блокады Ленинграда (операция "Искра", январь 1943 года).

Тренировочные стрельбы скорее всего, т.к. реального противника корабль так и не увидел.

Собачку бы не забыть...

Это модификация знаменитой реактивной установки «Катюша» (по аналогии получила название «Андрюша»). Вела огонь снарядами калибра 310 мм (в отличие от 132-мм снарядов «Катюши»), запускавшимися с 12 направляющих сотового типа (2 яруса по 6 ячеек в каждом). Система размещена на шасси американского грузовика «Студебеккер» (Studebaker US6), который поставлялся в СССР по ленд-лизу.

На первом плане плане «Амаги», позади виден «Кацураги»

Колонна М4 принимает грязевые ванны в Митурно, Италия. Хотя, сдаётся мне, в таких условиях завязла бы любая машина тяжелее джипа.

Какой-то шутник на этом колесе написал "не надувать".

В этот период она была занята британскими RAF и французскими союзными частями.

На кресте указана дата гибели - 13 июля 1941 года. Обер-ефрейтор Ойлитц (Eulitz) и ефрейтор Кюттнер (Küttner). Предположительно, погибшие были членами экипажа подбитого БТР, на фоне которого сделана фотография.

Когда различные источники утверждают, что в кабине "Хеншеля" было тесно, они явно недобирают эпитетов.

Пилот уоррент-офицер Боб Бурман, штурман флайт-сержант Билл Брайант. 14 сентября 1944-го года.

Интересно, не знал, что у окошек на внутреннем бомбовом отсеке на Не-111 имелись откидные крышки.

Самолёт был сбит зенитной артиллерией линкора "Конте ди Кавур" прежде, чем попал в него торпедой, отправившей итальянский линкор на дно гавани Таранто в ночь с 11 на 12 ноября 1940-го года. Экипаж этого "Свордфиша" был спасён и захвачен в плен. А вот "Кавур" так больше и не вышел в море.

Хорошо видна пробоина в спонсоне по левому борту.

Вблизи конструкция этой машины кажется довольно несуразной, однако в целом для своего времени была очень смелой.

Через пару секунд залп "Москито" из 333-й эскадрильи RAF разнесёт его в щепки.

"К комиссару партизанского отряда имени 26 бакинских комиссаров вводят
невзрачного человека. На нем вылинявшая ситцевая рубаха в полоску,
пестрядинные порты и опорки. В руках он мнет изжеванную кепку.
- Как фамилия?
- Плискунов. Митрофан Плискунов.
- Полицейский?
- Чаво?
- Полицейский, спрашиваю?
- Я-то?.. Не-е... Я из охраны...
- Чего охраняешь?
- Чаво?..
- Ты что дураком прикидываешься? Отвечай толком на вопросы. Что, где
охранял? И от кого охранял?
- Дак мы здешние, хуторские. Оно известно, у кого хлеба хватат, тому и
нужды нет идти на службу. А как у нас не хватат, ну и мобилизовался, значит,
по охоте, из-за хлеба, значит, в охрану. Путейскую охрану. На железной
дороге.
- Винтовку дали?
- Чаво?.. Извиняйте... Известно, дали.
- Патроны?
- Десять штук.
- Полицейскую повязку тоже дали?..
- Полицейскую?.. Не... Вот эту дали.
Он вытаскивает из кармана замусоленный нарукавный знак. Эрзац-репс, на
котором сквозь грязь и пыль проглядывают такие же грязные слова:
"Шуцманншафт. Выгоничи".
- Что же ты очки тут втираешь? Значит, в полицию поступил, да еще и
добровольно.
"Шуцман" мнет в руках замусоленную тряпку и затем в недоумении
поднимает глаза, невинные глаза дурака.
- Поступил... Мобилизовался, значит, по собственной охоте, потому как
дома жена, деток трое, а хлеба нету... - и он разводит руками.
- Сколько же тебе хлеба обещали?..
- Говорили, после войны дадут по двадцать пять га.
- А сейчас?
- Обещали до тридцать кил на месяц.
- А давали?
- По шашнадцать, а с прошлой недели по двести грамм стали давать.
- Не жирно кормят.
- Куда там!.. Совсем омманул германец. Усю Расею омманул... И меня
тоже...
- Ты за Россию не распинайся. Вот что скажи: против кого ты шел?
- Я? Сроду я ни против кого не ходил. Я только за кусок хлеба дорогу
охранял.
- Дорогу. Ну а по дороге кто ездит? Немцы?
- Известно...
- Против Красной Армии танки везут, войска, снаряды?..
- А везут, известно...
- А ты дорогу эту охраняешь от кого? От нас... кто эти поезда под откос
пускает.
- Так за кусок же хлеба... Жена, деток трое...
- Ты мне Лазаря не пой. У всех жена и детки, а это не причина.
- Известно, не причина.
- Так почему ты против Советской власти пошел?
- Я-а? Против? Да ни в жизнь. Я от Советской власти окромя пользы
ничего не имел. И чтоб я против Советской власти!.. Да ни в жизнь.
- Как же нет... Ну вот меня если бы поймали на дороге, пристрелил бы
ведь...
- Нет, я в небо стрелял...
- Но стрелял же...
- Раз на службу поступил... мобилизовался, значит...
- Так и стрелять надо...
- Известно...
- А говоришь, не против Советской власти...
- А ни в жизнь! Вот убей меня бог на этом самом месте, если я хоть
думкой, или словом, или еще как...
Мы долго сидели молча, не зная, что же делать с этим "чеховским"
персонажем, возрожденным новейшей техникой, танками, "юнкерсами" и
жандармами в голубых шинелях.
Из затруднения нас вывели две бабы, вбежавшие в хату, несмотря на
протесты часового.
- Поймали ирода, душегубца проклятого! - кричала одна, краснощекая,
курносая орловка. - Ну чего хнычешь, чего стоишь, али руки у тебя отсохли? Я
бы на ее месте глаза ему из черепка ногтями выдрала... - сказала она,
обращаясь к нам.
Вторая, бледная, забитая, смотрела большими голубыми глазами, не
моргая. Из них беспрерывно текли слезы. Губы ее шептали одно и то же:
- Ванюшка, колосок мой... Ой, Ванюшка... Кровушка моя, - шептала она.
Затем медленно подошла к Митрофану, глядя ему в глаза. Он вдруг поднял руки,
как бы защищаясь.
Голубоглазая подошла еще ближе и, закричав истошным голосом: "Зверь,
волчина проклятый!" - рухнула на землю без чувств.
Краснощекая женщина рассказала нам, что с приходом немцев от Митрофана
Плискунова житья не стало в селе. Он собственноручно расстрелял более
тридцати бойцов и командиров Красной Армии, пробиравшихся к фронту.
А сыну голубоглазой - Ванятке, двухлетнему бутузу, взяв его за ножки,
размозжил голову об угол дома.
Приговор был ясен.
Пока курносая приводила в чувство свою подругу, комиссар вызвал караул,
и полицейского вывели.
Экземпляр этот человеческий был настолько необычен, что я, по зову
любопытства, пошел в лес, где его должны были расстрелять.
Митрофан шел, загребая опорками пыль, и оглядывал верхушки сосен
скучными глазами, словно надеясь улететь от нас. На опушке его поставили
возле ямы.
Он повернулся и жалобно взглянул на нас.
- Убивать будете? - неожиданно звонко спросил он.
- А что же, молиться на тебя? - ответил один из партизан, снимая с
плеча винтовку.
Митрофан скрипнул зубами и злобно посмотрел на меня. Он ожидал,
вероятно, встретить такую же звериную злобу и в наших глазах и, как мне
показалось, удивился, увидев только презрение. Я заметил, что под низким
черепом этой гориллы вдруг с лихорадочной быстротой заработали шкивы и
шестеренки человеческой мысли в поисках выхода.
Но было поздно. Бесстрастно поднялись дула винтовок. Я подумал, что
останавливать не всегда приятный, но необходимый процесс очищения земли не
стоило... Он видел это и торопился, гнал скудную мысль, как загнанную
лошадь... И вот она взяла барьер.
- Передайте хлопцам, что Митроха погиб собачьей смертью... - хрипло
сказал человек с черепом гориллы.
Грянули выстрелы. Он упал на полусгнившую хвою, подогнув ноги и спрятав
голову между колен.
Выполняя его предсмертную просьбу, я передаю людям его последние слова.
Митрофан погиб собачьей смертью".

Герой Советского Союза П.П. Вершигора, "Люди с чистой совестью"

"Что касается первого факта, то есть преступлений, совершенных целыми войсковыми соединениями, то я, чтобы не злоупотреблять вниманием Трибунала, приведу просто очень характерный пример. Это событие, происшедшее в Ставело, где приблизительно 140 человек, из которых было 36 женщин и 22 ребенка, старшему из которых 14 лет, а младшему 4 года, были зверским образом убиты германскими частями, принадлежащими к танковым дивизиям СС. Это были дивизия „Хоенштауфен“ и охранная дивизия СС „Адольф Гитлер“

Из показаний бельгийского преподавателя литературы Ван-дер-Эссена на Нюрнбергском процессе.

Капитан Джеймс Б. Ллойд (James B. Lloyd), офицер связи американской 370-й истребительной группы, осматривает немецкий танк Pz.Kpfw V «Пантера», который был уничтожен тяжелыми истребителями Р-38 «Лайтнинг» из состава той же группы в районе города Уффализ (Houffalize) в Бельгии во время битвы в Арденнах.

Обращает на себя внимание количество белых колец на орудийных стволах - отметках о подбитой технике.

Получил прозвище «Добрый человек из Освенцима» за отказ от содействия в массовых убийствах. Отказался "сортировать" заключенных в Освенциме. С помощью хитрых уловок и с риском для своей жизни он затягивал ход экспериментов над людьми. Людей, нужных для исследований, нельзя было убивать, так что многие выжили благодаря такой хитрости Мюнха. Был единственным человеком, оправданным на Первом освенцимском процессе в 1947 году, так как многие оставшиеся в живых заключённые дали показания в его пользу.