Горбыль (8 фото)

Так, в состязаниях на Кубок страны под Новороссийском первый день не принес успеха никому из участников: рыбы не было. На второй день мастер спорта Владимир Дажаев сделал правильный вывод и ушел на предельные глубины, благодаря чему (и конечно же, своему мастерству) он сумел добыть горбылей, а вместе с ними и победу.

Темный горбыль - типичный представитель оседлых рыб. Дом свой он устраивает в камнях и расщелинах. Обычно здесь поселяется семья горбылей, состоящая из рыб всех возрастов. Такая разнокалиберная компания родственников зависает в воде вблизи своего жилья и представляет на фоне окружающего скального пейзажа в прозрачной, насыщенной солнцем воде очень красивое зрелище.

Горбыли не слишком боятся человека, находящегося высоко над ними. А от нырнувшего к ним подводника уходят без суеты и с достоинством. Только что их было много – и вот уже нет ни одного: все попрятались под камни. Охотник, не сумевший взять горбыля на открытой воде, теперь должен обследовать все щели под камнями и попробовать извлечь рыбу уже из ее жилища.

Мы подметили, что рано утром, на восходе солнца, вся рыба ведет себя более спокойно, и к горбылям это относится в первую очередь. В столь раннее время они отыскивают себе пищу, ловят любимых крабиков.

Однажды в трехбалльный шторм мне довелось увидеть огромное скопление темных горбылей, зависших над песком. Не менее полутора сотен рыб собрались вместе, вдали от своих «домов». Это редкое явление можно объяснить только тем, что рыбы не могут находиться вблизи камней при сильном волнений.

Светлый горбыль встречается намного реже. По форме тела он не сильно отличается от темного родственника, но достигает значительно больших размеров и веса. Вот что рассказывал о своей первой встрече со светлым горбылем чемпион Московской области, победитель первенства Северной зоны и серебряный призер чемпионата страны Юрий Бойцов: «Было это на соревнованиях в Новороссийске. На глубине примерно 12 метров ровное дно начинает резко идти вниз. Ранее мне уже доводилось в подобных местах подстерегать поднимающуюся с глубины рыбу. В тот раз я тоже лег на ровное плато с правой стороны от приличного камня, лицом к подводному склону. Когда я увидел огромную рыбину, поднявшуюся с глубины, то сразу понял, что передо мной светлый горбыль, хотя я и видел его впервые. Кроме понятного волнения охотника, перед которым вдруг появилась добыча, меня охватило чувство, что я вижу какую-то доисторическую рыбину: большую, широкую, очень красивую. В ее движениях не было ни суеты, ни робости – лишь сила и достоинство. Но шла она далеко, и стрелять было бесполезно.

Как только ее от меня заслонил камень, я переместился ближе. Горбыль появился там, где я и ждал его, но волнение мое было так велико, что выстрел получился неудачным: лишь один нижний зуб трезубца вошел рыбине в спину. Но и это бы ничего, будь у меня запас воздуха, а в тот раз пришлось сразу всплыть и тащить за собой плохо загарпуненную рыбу. Я не ошибся, угадав в рыбе недюжинную силу, теперь она ее наглядно демонстрировала, не пуская меня наверх. Фактически я сам выдернул трезубец из этой, без сомнения, рекордной и редкой рыбы...»