Как легенда появления “Серебряных стрел” оказалась фейком (20 фото)

Кто не слышал занимательный рассказ о том, что на эмблеме BMW изображён пропеллер? На самом деле, это не так. Или что в первые дни после вступления США во Вторую мировую войну президент Рузвельт пересел в бронированный Cadillac, конфискованный у самого Аль Капоне? Вранье. Или о замке зажигания Porsche, расположенный слева от руля для того, чтобы гонщикам проще было заводить мотор, на ходу заскакивая в кокпит, как это бывает на 24-часах Ле-Мана? Ну бред ведь…

Но случаются вещи и покруче. Например, то что всю жизнь представлялось абсолютной правдой (и ничем кроме правды), подтвержденной в сотнях источниках десятками уважаемых авторов, на самом деле, оказывается… Впрочем, сейчас все сами увидите.

Однажды на гонках…

Это история давно считается каноном. По меткому выражению одного коллеги ее знают не только все хоть немного интересующиеся автомобилями, но даже их ближайшие родственники и домашние животные. Она – история появления фирменного серебристого цвета гоночных автомобилей Mercedes-Benz.

Впрочем, для тех, кто не совсем по курсу дела, устроим небольшой образовательный экскурс. Еще в конце 19-го века на первых автомобильных гонках (речь конкретно о кубке, организованном американским миллионером Джеймсом Гордоном-Беннетом младшим) командам различных стран присвоили фирменные цвета. Французы предсказуемо забрали синий, американцы – красный, а бельгийцы – желтый. Немецкому коллективу достался белый.

Это кажется довольно странным теперь, но отнюдь не тогда. Ведь в эпоху кайзеровской Германии национальный триколор страны выглядел таким образом – бело-красно-черный. С тех самых пор и на многие годы белый оставался фирменным немецким цветом во всех автоспортивных состязаниях. До тех пор пока все не изменилось весной 1934 года. Ну так, по-крайней мере, утверждала легенда…

Легенда Silberpfeill

Сезон гонок Гран-при 1934 года обещал стать одним из самых интересных за долгое время. Еще в 1932-м чиновники Association Internationale des Automobile Clubs Reconnus (AIACR), а проще говоря организации предшествовавшей нынешней FIA, утвердили новый технический регламент. Его главная прелесть – почти тотальная либеральность. По сути единственным ограничением для конструкторов гоночных машин стала максимальная масса. Без топлива, технических жидкостей, шин и собственно самого пилота машина не должна весить больше 750 кг. В остальном твори что душе угодно: любые моторы, любая аэродинамика, любое все.

К сезону-1934 новые машины подготовили Bugatti, Alfa Romeo, Auto Union и Mercedes-Benz. Ну, вернее, как подготовили – старались подготовить к сроку… Получилось не у всех. Скажем, первый в сезоне немецкий этап – майский Гран-при на берлинской трассе АФУС гоночный коллектив Mercedes-Benz пропустил. Причем менеджер команды Альфред Нойбауэр принял волевое решение сняться с этапа, буквально накануне старта. На машинах капризничали топливные насосы и лучше было не рисковать. Так гоночный дебют нового восьмицилиндрового Mercedes-Benz W25 перенесли на следующую дату гоночного календаря.

На 3 июня был запланирован очередной немецкий этап – Eiffelrennen, дословно “гонка у нагорья Эйфель”. К слову, теперь на этом месте располагается знаменитый “Нюрбургринг”. Все в Mercedes-Benz понимали – после майского фальстарта облажаться никак нельзя. В конце-концов гоночный W25 строили по большей части на государственные деньги. Нужно ли напоминать, кто стоял у руля Германии в 1934-м? Вот-вот.

Но будто назло новая напасть. Вечером накануне гонки выясняется пренеприятное – гоночный Mercedes-Benz тяжелее разрешенного лимита на 1 кг. “Шорт побери!”. Значит к старту машину не допустят и менеджеру команды Альфреду Нойбауэру с изрядной долей вероятности придется иметь беседу с одним крайне словоохотливым австрийским художником. Не знаем как будет по-немецки “Эврика!”, но уже поздно вечером Нойбауэра осенило.

“Соскребайте с кузова всю краску!” – властно распорядился реннляйтер, лишив механиков заслуженного сна. Уже под утро белая эмаль вместе с грунтом обнажили серебристую, а вернее алюминиевую наготу кузова. Контрольное взвешивание подтвердило искомый результат – 750 кг.

Дальше – круче. В самой гонке Манфред фон Браухич первым пересек финишный створ и смекалка Нойбауэра мигом превратились в легенду. Mercedes-Benz W25, одержавший победу в первом же старте, с чьей-то легкой руки прозвали silberpfeil (дословно “Серебряная стрела”). Ну а оказавшийся таким счастливым серебристый колер логично и бесповоротно сменил белый в качестве фирменной гоночной ливреи Германии. Какая красивая, романтичная и просто крутая история, не так ли? Жаль только, что почти все в ней неправда.

Здесь что-то нечисто…

Нестыковки всплывают сразу же, стоит немного углубиться в историю. Ну вот хотя бы вот эта. На самом деле, не имевшая статус топовых этапов сезона, “Эйфельреннен” в июне 1934 года проводилась по регламенту так называемой “свободной формулы”. Другими словами, на старт допускали всех участников, а на “правило 750 килограмм” организаторы смотрели сквозь пальцы. Выходит – даже изначально не было необходимости соскребать с машины лишнее кило краски. До поры, однако, эта странность никого почему-то не интересовала.

Или вот еще. Почему-то долгое (очень долгое!) время об этом занимательном и где-то даже героическом эпизоде лета 1934 года, ни один из пилотов или менеджеров Mercedes-Benz вообще не вспоминал. Впервые историю с краской опубликовали лишь почти четверть века спустя! В 1958-м на страницах немецкого иллюстрированного еженедельника Quick, которое специализировалось на развлекательном контенте самого разного рода, появилась серия воспоминаний Альфреда Нойбауэра. Гоночный директор Mercedes-Benz рассказывал о славных довоенных годах. Записанные молодым журналистом Харви Роу, эти мемуары имели большой читательский успех.

Еще бы! Нужно хоть немного знать обаятельного, чудаковатого, а главное невероятно болтливого реннляйтера, чтобы понимать красноречие в его рассказах всегда лилось через край. Репортеры, бравшие интервью у Нойбауэра, с улыбкой вспоминали – достаточно было нажать кнопку диктофона и Альфред начинал выдавать гоночные истории и байки со скорострельностью авиационного пулемета.

Впрочем, мы отвлеклись. Серия рассказов из еженедельника Quick впоследствии стала основой для автобиографии Нойбауэра Speed was my life, а историю про ночное соскабливание белой краски начали пересказывать и переписывать в самых различных источниках. Глазом не успели моргнуть как из категории охотничьих рассказов “а вот еще был случай…” она превратилась в общепринятый и общепризнанный факт официальной летописи Mercedes-Benz.

Если все упростить, то получается, что эпизод рассказанный большим любителем травить байки молодому журналисту без лишних проволочек стал каноном! Никому и в голову не приходило интересоваться подробностями или задавать вопросы. Зачем? Как говорится факт – это нечто фактическое…
“Нет, ребята, все не так”
Конец идиллии положил немецкий журналист Эберхард Ройс, который в конце 90-х провел собственное расследование и выяснил – почти все рассказанное Нойбауэром неправда.
Благо на тот момент Ройс еще мог найти живых свидетелей событий июня 1934 года.
Так на свет и появилось наделавшее шуму заявление фирменного механика гоночной команды Mercedes-Benz Ойгена Райхле: “Гоночные W25 никогда и не были белыми, потому краску с них никто не обдирал!”

Опачки, крутой оборот… Но слово механика против слова менеджера? Нет, не только менеджера! Ведь историю рассказанную Нойбауэром в дальнейшем в том или ином виде подтверждали и Манфред фон Браухич, выигравший заезд “Эйфельреннен”, и еще один пилот Mercedes-Benz Германн Ланг, а также инженер-конструктор Рудольф Уленхаут.
Права – надо же, еще одна неувязочка! – “все подтверждающий” Уленхаут присоединился к команде только в 1936 году, поэтому о событиях июня 1934-го мог знать только понаслышке.

Заинтригованный информацией от механика на пенсии Эберхард Ройс с головой нырнул в архивы и вытащил на свет уйму интересных фактов. Например, на фото с тренировочных заездов на трассе АФУС в мае 1934-го гоночный Mercedes W25 изображен серебристым. В самой гонке, как мы уже сказали, Mercedes-Benz участия не принимал.Но это не отменяет вопроса – зачем, собственно, перекрашивать кузов к следующему этапу?

В первом пресс-релизе выпущенном накануне сезона-1934 и посвященном новому гоночному W25, сами “мерседесовцы” уже называли машину ein silberne Pfeil, то есть “Серебряная стрела”. И это еще зимой, а не летом! А вот героического отчета с упоминаниями событий 2 июня 1934-го, включая знаменитое соскабливание краски, в богатейших архивах Mercedes-Benz так и не нашлось. Зато удалось раскопать записанный на пленку радио эфир с гонки 1932 года, на которой комментатор сравнивал обтекаемый Mercedes-Benz SSKL (причем не кого-нибудь, а того самого фон Браухича) с “серебряной стрелой”. К бабке не ходи – на всех фотографиях кузов этой версии знаменитого SSKL серебристый. И точка.

Короче говоря, герр Ройс разрыл целый муравейник. Когда на собранном по случаю “обмана века” симпозиуме историков и официальных лиц Mercedes-Benz выяснилось, что некоторые фотографии долгое время использовавшиеся в качестве доказательства истории Нойбауэра сильно заретушированы все стало на свои места. На оригинальных негативах гоночные “мерседесы” 1934 года серебристые с самого начала!

Как же все было на самом деле?

Если вкратце, то история со стертой краской на “Эйфельреннен” 3 июня 1934 года – вымысел. Очевидно, ради красного слова Нойбауэр в своих колоритных воспоминаниях сболтнул лишнего. Конечно, фантазировал реннляйтер не на ходу. В истории автогонок можно найти упоминания о схожих эпизодах, когда в попытке сдать норматив по массе, участникам приходилось обдирать краску. Кстати, первое из них датируется аж 1904 годом!

Серебристый же цвет гоночных ”мерседесов”, обусловлен не легендарной историей, а прежде всего особенностями конструкции. В 30-х годах инженеры и конструкторы гоночных машин начали активно применять авиационные технологии, включая пространственные рамы и алюминиевые кузовные панели. Они и определяли характерный цвет машины. Специально перекрашивать серебристо-алюминиевые “мерседесы” в белый не имело смысла еще и потому, что согласно законам геральдики – науки изрядно почитавшейся в Европе даже в XX веке – “белый” и “серебристый” считаются одним и тем же цветом.

Другой вопрос зачем историки Mercedes-Benz превратили неосторожно брошенную громкую фразу бывшего гоночного босса в целый детектив с подменой информации и ретушью фотографий? Наверное, тоже хотели как лучше…