Любимое кино. Пятый элемент (8 фото)

Начав свою экранную карьеру как комик, Брюс Уиллис в конце 1980-х стал героем боевиков. Его персонажи истребляли террористов, выявляли коррупционеров, побеждали мафию… Пока, наконец, в 1997 году актер не перешел на новый уровень героизма – уровень спасителя человечества. Как ни странно, впервые Уиллис спас Землю не в голливудском, а во французском блокбастере – в эпической фантастической ленте Люка Бессона «Пятый элемент».

Вдохновение часто приходит от скуки, а в 1976 году Люку Бессону было очень скучно. И очень грустно. 17-летний юноша с детства мечтал пойти по стопам родителей и стать морским биологом, но в тот момент, когда ему оставалось всего ничего до поступления в университет, несчастный случай во время погружения с аквалангом приговорил Люка к жизни на поверхности. Он мог изучать подводных жителей, но лишь в кабинете или у аквариума, и Люк полагал, что этого недостаточно. Так что его карьера закончилась, не начавшись, и он не знал, куда себя приложить.

В то время парень жил с семьей в 60 километрах от Парижа, что ему казалось «глухой деревней». Впрочем, отчасти так оно и было. В доме не было телевизора, видеомагнитофоны тогда только появились и еще не распространились, а в округе почти не было ребят, с которыми Люк дружил или мог подружиться. Он чувствовал себя Робинзоном на необитаемом острове. И Люк придумал для себя сольное хобби. Он начал сочинять фантастические истории, вдохновляясь своими любимыми французскими комиксами. В частности, Люк опирался на цикл Пьера Кристина и Жан-Клода Мезьера «Валериан и Лорелин», который уже взрослый Бессон перенес на экран в фильме 2017 года «Валериан и город тысячи планет». Среди персонажей этого цикла был шофер летающего такси в футуристическом городе, и Люк сделал такого водителя, «простого человека из будущего», главным героем одной из своих историй.



Сага о шофере по имени Залтман Блерос начиналась с того, что парень выигрывал путевку на роскошную планету-курорт и знакомился там с удивительной инопланетной женщиной по имени Лилу. Она выглядела как юная и прекрасная девушка, хотя ей было более 2000 лет. Дальнейшие приключения персонажей были еще более причудливыми.

Постепенно из этого и из других творческих экспериментов Бессона родилось желание стать кинематографистом и рассказывать удивительные истории с помощью актеров и визуальных эффектов. Но возможности снимать с тем размахом, которого требовали его подростковые фантазии, у Бессона в то время не было.

Даже для голлливудца Джорджа Лукаса, постановщика «Звездных войн», реализация ранних замыслов «Пятого элемента» была в начале 1980-х технически непосильной. А у начинающего французского творца ресурсы были куда скромнее. Так что Бессон начал карьеру режиссера полнометражных лент с постапокалиптической картины 1983 года «Последняя битва» и отложил более амбициозные наброски в стол, до лучших времен. Правда, он периодически к ним возвращался и что-то додумывал и дописывал, но это была работа для себя, а не для съемочной группы.

Впервые возможность поставить размашистую фантастическую ленту у Бессона появилась в 1991 году, после выхода годом ранее международного хита «Никита». К тому времени в сценарии «Пятого элемента» было 400 страниц, поскольку постановщик на досуге придумал и продумал свой мир будущего до мельчайших деталей. Позднее, уже во время съемок, о нем говорили, что он может часами рассуждать на любую тему, связанную с его футуристической реальностью. Несмотря на очевидную неподъемность, проект привлек внимание знаменитой студии Gaumont, и воодушевленный Бессон начал подбирать звездных актеров на ключевые роли.



Параллельно он собирал команду дизайнеров, которые бы нарисовали и воплотили его замыслы – конечно, с добавлением собственных идей. Бессону удалось договориться с уже упомянутым художником комиксов Жан-Клодом Мезьером и с Жаном Жиро (он же Moebius), еще одним выдающимся французским мастером фантастической графики. До сотрудничества с Бессоном Жиро приложил руку к сиквелам «Звездных войн» и к «Чужому». Его знали и уважали не только во Франции, но и во всем западном мире и даже в Японии. Экстравагантный дизайнер «от кутюр» Жан-Поль Готье согласился придумать необычную и невероятную одежду будущего.

В то время многие занимались кинофантастикой, но видение Бессона отличалось от видения большинства его коллег. Он уже создал мрачный, депрессивный мир будущего в «Последней битве», и он хотел, чтобы его новая картина изобразила позитивное и красочное будущее. Которое, впрочем, было капиталистическим миром с контрастами и противоречиями, а не скучно-идеальной коммунистической утопией сиквелов сериала «Звездный путь». Короче говоря, Бессон намеревался снять живое, увлекательное и драматичное кино, и приглашенные им мастера изображения с удовольствием работали над реализацией проекта.

Хотя проект был официально французским, Бессон и его продюсеры понимали, что им понадобятся солидные зарубежные сборы, чтобы окупить ленту. Они видели, как много потеряла «Никита» из-за того, что во многих странах, включая США, картину рассматривали как европейский артхаус, а не как международный триллерный мейнстрим. Поэтому «Пятый элемент» с самого начала планировался как англоязычная лента с голливудскими звездами. Бессон надеялся, что шофера такси сыграет Мел Гибсон, загадочную инопланетянку изобразит Джулия Робертс, а причудливым распорядителем церемоний, который сопровождает героя с момента, когда тот попадает на межпланетный курорт, станет поп-кумир Принц.

К несчастью для Бессона, договориться со звездами тогда не удалось, а без знаменитостей в труппе нельзя было найти инвесторов, согласных вложить 140 миллионов долларов в кино, основанное на фантазиях подростка (пусть и доработанных повзрослевшим творцом). Так что в конце 1992 года проект был закрыт, а творческая группа распущена. К тому времени художники успели создать более 8 тысяч концепт-иллюстраций, многие из которых в дальнейшем пошли в дело.



Разочарованный, но не сдавшийся Бессон переключился на съемки куда более дешевого и камерного «Леона». После успешного проката в 1994 году этой очень удачной ленты голливудские студии Columbia Pictures и Buena Vista International согласились в партнерстве с Gaumont оплатить съемки «Пятого элемента». К тому времени Бессон сократил и упростил сценарий, что позволило довести бюджет до 90 миллионов долларов при сохранении футуристического и приключенческого духа фильма. Окончательную версию текста режиссер подготовил в соавторстве с американским автором Робертом Марком Кейменом («Парень-каратист»), который ранее помог Бессону в работе над англоязычным сценарием «Леона».

После всех переработок и переписываний «Пятый элемент» превратился в многоступенчатый «квест» по спасению Солнечной системы от грандиозного космического Зла. Земное оружие было бессильно против монстра невероятных размеров, но у более развитых инопланетян было подходящее средство, и они готовы были им поделиться, чтобы спасти человечество. Однако планы добродетельных инопланетян частично нарушались из-за приспешников Зла, и ситуация поворачивалась так, что спасать Землю приходилось нью-йоркскому таксисту Корбену Далласу, бывшему майору спецназа.

Ключевым элементом оружия против монстра оказывалось воссозданное по ДНК «идеальное существо» – гуманоидная женщина с суперспособностями, названная Лилу. Лилу была заглавным «пятым элементом», дополняющим в инопланетном оружии четыре классических элемента: огонь, воздух, воду и землю. По словам Бессона, женщина была воплощением любви и секса.

Режиссер прекрасно понимал, что сценарий – это набор динамичных сцен без глубокого смысла, и его это вполне устраивало. Но Бессон также надеялся, чтобы после просмотра вдумчивые зрители спросили себя, заслуживает ли спасения та Земля, которую мы знаем сейчас, и та, которая будет в будущем. Он полагал, что это хоть немного улучшит человечество. Впрочем, в основном он стремился развлечь публику и посостязаться с голливудцами в создании масштабной фантастики с налетом иронии. И, конечно, ему хотелось воплотить свои детские грезы.



Обжегшись на голливудских звездах в начале 1990-х, Бессон не собирался снова с ними общаться, когда проект был перезапущен. Он и его продюсеры решили пойти по стопам Лукаса – нанять не состоявшихся, а потенциальных звезд и потратить сэкономленные средства на декорации и эффекты.

Когда Бессон искал в США подходящих артистов, он почти случайно разговорился по телефону с Брюсом Уиллисом. Они были знакомы, поскольку Уиллис был среди тех, кого могли взять на главную роль, когда проект был впервые запущен. Тогда актер был не слишком заинтересован в роли, поскольку лента считалась рискованной, а у Уиллиса была «черная» полоса в карьере, и он не мог позволить себе еще один провал. Во второй раз, однако, Уиллис был более склонен к риску. И так как сценарий Бессона ему нравился, то актер объявил, что готов сниматься за сниженный гонорар – в обмен на проценты от будущей прибыли. Для картины это был идеальный вариант, поскольку «Пятый элемент» получил большую звезду по «незвездной» таксе.

В отличие от исполнителя главной мужской роли, исполнительницу роли Лилу искали долго и мучительно, с помощью кастинга, в котором участвовало 8 тысяч девушек. Бессон лично встретился с тремя сотнями претенденток. Он искал красотку, которая будет правдоподобна в роли инопланетного существа, и которая не будет знать слов «Я не могу» и «Я к этому не готовилась». Роль Лилу была настолько своеобразной, что Бессону нужна была абсолютно послушная девушка, полностью доверяющая режиссеру и готовая с ходу и с энтузиазмом выполнить любое его артистическое поручение.

Имея это в виду, легко понять, почему получившая роль русско-сербская модель Мила Йовович, успевшая к тому времени сняться в биопике «Чаплин» и создать еще несколько второстепенных образов, по ходу съемок «Пятого элемента» стала любовницей режиссера, а позднее – его женой. В сущности, Бессон во время кастинга искал девушку своей мечты, и когда режиссер ей нашел, он не смог перед ней устоять.



После получения роли Лилу актриса вместе с постановщиком придумала инопланетный язык, на котором говорит героиня, пока не осваивает английский. Порой они разговаривали на этом наречии, которое больше никто в группе не понимал. На время работы над «Пятым элементам» Йовович отказалась от походов в клубы и курения «травки», что тогда для нее было существенной личной жертвой.

Формально главным злодеем ленты является вселенское Зло, но оно в кадре почти не появляется и влияет на ситуацию из-за кулис. Так что фактический злодей «Пятого элемента» – это крупный земной торговец оружием Зорг, выполняющий приказы Зла и отчасти действующий в собственных интересах. Эту роль получил британец Гэри Олдман, центральный злодей «Леона».

Участник съемок «Чужого» и будущий Бильбо из «Властелина Колец», англичанин Иэн Холм изобразил земного священника, который представляет интересы добродетельных инопланетян и пытается организовать спасение мира.

Американский темнокожий комик Крис Такер, будущий герой «Часа пик», удостоился роли гиперэнергичного ведущего Руби Рода, который оказывается замешан в «квест» Корбена и Лилу, когда герои отправляются на курортный космический лайнер, чтобы получить недостающие ингредиенты оружия против Зла. Одним из источников вдохновения для Такера был Принц, который, как уже говорилось, имел шанс сыграть Руби Рода, но не воспользовался возможностью.



Темнокожий здоровяк-рестлер Том Листер-младший и еще более крупный белокожий американский актер Брайон Джеймс сыграли, соответственно, президента и генерала, которые без особого успеха пытаются руководить спасением планеты. Это, кстати, было первое изображение чернокожего президента в мейнстримном англоязычном блокбастере. Британский пионер трип-хопа Трики сыграл главного прихвостня Зорга.

Наконец, тогдашняя гражданская жена режиссера Майвенн ле Беско (по ее словам, прототип главной героини «Леона») сыграла инопланетную певицу Диву Плавалагуну, на концерт которой попадают герои. Понятно, Майвенн лишь была в костюме Дивы – пела вместо нее албанская оперная певица Инва Мула.

Постоянный композитор Бессона Эрик Серра нарочно написал для Дивы музыкальный номер, который, по его мнению, был физически невозможен для человеческого исполнения. Серра хотел сконструировать финальное исполнение с помощью цифровой обработки звука и продемонстрировать нечеловеческий талант Дивы. Мула в самом деле не смогла записать партию без компьютерной «помощи», но она спела куда больше, чем рассчитывал композитор. Она почти справилась с номером! Первая, традиционно-оперная часть выступления Дивы, была арией из оперы XIX века «Лючия ди Ламмермур», написанной Гаэтано Доницетти.

Бессон работал над «Пятым элементом» со своей обычной, французской съемочной группой, и он очень хотел снять фильм в Париже. Но оказалось, что во Франции нет студии необходимого размера. Так что постановщик с тяжелым сердцем «предал родину» и арендовал семь павильонов знаменитой студии Pinewood в окрестностях Лондона. Там, в основном, съемки и проходили – за вычетом сцен в пустыне, которые были сняты в Мавритании, на северо-западе Африки, и сцен в опере, которые были сняты в Королевском оперном театре в Лондоне.



В то время уже были доступны компьютерные эффекты, и они активно использовались при создании ленты. Однако компьютерные трюки еще были недостаточно убедительны, чтобы группа могла ими ограничиться. Поэтому отвечавшая за визуальные эффекты студия Digital Domain много работала с традиционными моделями-миниатюрами, которые использовались еще для создания первых «Звездных войн». Именно так, в частности, были реализованы виды Нью-Йорка будущего с потоком летающих автомобилей. Машины, в основном, рисовали на компьютерах, а вот небоскребы были реально построенными в масштабе 1/24. Некоторые достигали в высоту 6 метров. За окнами квартир и офисов можно было разглядеть мебель и прочую утварь.

За грим инопланетян и кукольных монстров отвечал британский мастер Ник Дадмэн, который начинал как подмастерье во время создания сиквелов «Звездных войн». Среди прочих он работал над Йодой. Позднее он занимался «Легендой», «Лабиринтом», «Бэтменом» и другими известными фантастическими и фэнтези лентами. Под началом Дадмена трудилось полсотни человек, поскольку вымышленных существ в фильме было очень много. Каждый дизайн пришельца был основан на идеях Бессона и выбран режиссером из, порой, десятков вариантов, созданных концепт-дизайнерами во время предварительной работы над фильмом.

В свою очередь, Жан-Поль Готье лично придумал и проверил сотни костюмов – не только для ведущих персонажей, но и для участников массовки. Порой он часами бегал от статиста к статисту, что-то в последний момент добавляя, заменяя и подправляя. Конечно, Готье так «пахал» не ради денег. Он наслаждался возможностью создать облик будущего, не скованный ничем, кроме фантазии дизайнера и талантами швей.

Премьера «Пятого элемента» прошла 7 мая 1997 года на Каннском кинофестивале. Это было впечатляющее шоу, на которое было потрачено около 2 миллионов долларов. Фильм разделил аудиторию пополам. Одни восхищались видением и изобретательностью Бессона, а другие находили картину «трэшевой» и слишком дурацкой, чтобы входить в канон фантастических шедевров.



Прокат ленты был более успешным, чем ее премьера. Фильм с бюджетом в 90 миллионов долларов собрал 263 миллиона долларов и надолго стал самым успешным французским проектом в иностранном прокате. Рекорд «Пятого элемента» был побит лишь в 2011 году, когда в прокат вышла трагикомедия «1+1». Кроме того, фильм получил технический Гран-при в Каннах и три французских кинопремии «Сезар» (лучший режиссер, лучший оператор, лучший дизайн). Монтаж звука был номинирован на «Оскар».

Критики, впрочем, продолжили спорить о достоинствах и недостатках «Пятого элемента». В конечном итоге, спор свелся к вопросу вкуса. Кто-то предпочитает «сфокусированные» фантастические ленты, глубоко исследующие узкий спектр художественных идей, а кто-то любит расхристанные фильмы-фейерверки, где в каждом кадре что-то причудливое и занятное. «Пятый элемент» – картина из числа последних. И для своего стиля это великолепное кино, достойное места в жанровом пантеоне.