Благословенные сердца, ч.2

В день зарплаты собрала в сумку вещи, документы, положила пару варёных яиц, хлеб, зелень с огорода, взяла сына за руку и направилась в школу. События последних месяцев оставили след в душе маленького мальчика. Родик, любящий безостановочно говорить, стал молчаливым и грустным. Так и добрались до школы молча. Зашла к директору, написала заявление об увольнении по собственному желанию. Пока получала расчёт, была готова трудовая книжка.


Если пройти мимо пшеничного поля, до станции полтора километра. Чтобы не показываться людям на глаза, Светлана взяла сына на руки и за оградой кладбища вышла к полю. Затем быстрыми и решительными шагами направилась в путь. Здесь её ничего не держит.

— Мама, я хочу пить!

— Сыночек, потерпи немного. Сейчас дойдём до родника — напьёмся вволю, отдохнём.

— Мама, а мы куда идём?

— Далеко, Родик. В гости к далёкой бабушке.

О том, что в это время ангелы сказали «аминь», никто не догадывался. Даже сама молодая мама.

Возле родника отдохнули, попили воды, поели. Набравшись сил, ускоренным шагом продолжили путь. Светлана купила билет на ближайший поезд.

Успокоилась она только тогда, когда поезд тронулся. Посадила Родиона на подушку возле окошка, чтобы ему было удобнее смотреть на проплывающий пейзаж, оглянулась вокруг. Плацкартный вагон был полупустой. Знакомых вроде нет. Это хорошо. Только напротив сидит бабушка и роется в сумке, шурша пакетами, бумагами. Наконец, она разобралась и стала выкладывать на стол всякую снедь.

— Я из Каменки, дочка. Поехала внуков проведать. Так соскучилась по ним! Давайте, дети, присоединяйтесь — люблю в пути вести разговоры за едой-питьём. Сейчас проводника попросим чаю принести. Двигайтесь поближе!

— А я сейчас сама принесу, — сказала Светлана, хотя желания разговаривать не было.

Но бабушка из Каменки, несмотря на протесты, стала угощать их своими продуктами. Со временем рядом с этой милой старушкой стало так хорошо, так спокойно, что молодая женщина забыла тревоги. Та источала такую несравненную материнскую нежность и теплоту, её тихий монотонный голос, словно голубиный говор, так притягивал, что душа отдыхала, успокаиваясь.

— А вы, дети, тоже в гости едете?

— К далёкой бабушке в гости, — сказал Родион, зевая. Оказывается, за разговорами, не заметили, что уже темно за окном.

Пожелав друг другу спокойной ночи, путники улеглись спать. Света поправила одеяло на уже уснувшем сыне, погладила по волосам, прижалась к ним губами, вдыхая родной аромат. «Ты — моя единственная радость, ты — мой ребёнок, ты — часть моей души, ты — моё счастье...»

Умение вовремя освобождаться от несчастья, наверное, тоже большое счастье...

Когда Светлана открыла глаза, бабушка-попутчица с Родионом уже успели позавтракать. Женщине стало так неудобно от того, что так долго спала.

— Спи, спи, доченька! — сказала бабушка, будто читая мысли женщины. — Когда есть возможность, надо спать! Сон — это отдых для сердца. У каждой вещи есть своё время. Вот я никак не могу спать вволю, к сожалению.

— Уже не хочу! Выспалась...

— Тогда иди, доченька, умывайся! А я чаю тебе приготовлю! Скоро, кажется, прибываем. И день сегодня такой хороший, похоже.

С прибытием поезда попутчики тепло попрощались и пошли каждый своей дорогой. То ли от того, что выспалась, то ли от того, что погода тёплая, солнечная, то ли от знакомства с такой приятной бабушкой Светлана почувствовала необыкновенную лёгкость в теле, приподнятое настроение и желание действовать. Она взяла сына за руку и твёрдыми шагами направилась к Волге.

— Мама, что это такое?

— Это большая река, сынок. Волга называется.

— А там что? — спросил мальчик, увидев детскую площадку.

Молодая мама повернула туда — пускай поиграет. Родион вырвал руку и понёсся по песку в сторону качелей. Светлана со смехом побежала догонять. Когда качались, сама почувствовала себя ребёнком.

Устав играть, спустились ниже — к реке. Пустили по волнам маленькие бумажные кораблики, которые мальчик сделал вместе с той бабушкой-попутчицей, пока Света спала. Для неё такое бесконтрольное, без надзора со стороны свекрови общение с сыном было счастьем. Она рассказала, что люди живут не только в той деревне, откуда они приехали. Есть много-много деревень, сёл и больших городов, есть реки такие, как Волга, есть моря и океаны, по которым ходят большие корабли.

— Мама, смотри, какая белая дорога! — сказал Родик, указывая пальчиком на небо.

— Это след от самолёта, сынок. Видишь, как высоко он летит?!

— Мамочка, я тоже хочу летать!

— Полетишь, сынок...

Довольно долго сидели на траве мать с сыном, наблюдая за размеренным течением Волги. Даже не обратили внимания, что в их сторону быстрым шагом шла сухощавая бабушка в белом платочке.

День завершал свой цикл, готовясь передать бразды вечеру. Лёгкий ветерок стал нагонять в сторону Волги тёмные облака. Где-то вдалеке мелькнула молния, послышался гром. И молодая мама очнулась от созерцания воды. Скоро начнёт темнеть — надо подумать о ночлеге, найти квартиру. Она встала, отряхнула юбку и только теперь заметила пожилую женщину, пристально смотрящую в их сторону. Светлана подошла поближе, держа в одной руке дорожную сумку, а в другой — маленькую ладошку Родика.

— Здравствуйте! — поздоровалась Света, встретившись с ней взглядом. — Куда путь держите, бабушка? Может, вам нужна помощь?

— Здравствуй, дочка! Да хожу пока... Привыкла уже по этой тропинке ходить сюда. Некому ко мне приезжать, но есть кого ждать...

В синих глазах бабушки появилась предательская влага, голос дрогнул, но она быстро взяла себя в руки и спросила:

— А вы куда путь держите? Вижу, что не местные...

До сих пор молчаливо наблюдавший за беседой взрослых Родик важно вступил в разговор:

— А мы приехали в гости к далёкой бабушке!

Света, усмехнувшись, добавила, что приехали издалека. Да вот засиделись возле большой реки. А теперь надо срочно искать квартиру, где можно переночевать.

— Может, бабушка, вы подскажете, где можно дом или квартиру снять?

Пожилая женщина тут же взяла за руку Родиона и сказала:

— Пойдёмте со мной, дети! Скоро стемнеет. И вот эти тучи мне не нравятся. Вдруг дождь пойдёт. У меня и баня готова...

И быстрыми шагами пошла в сторону слободы. Свете ничего не оставалось, как топать за ними. «Господи, если есть на свете ангелы, то один из них, наверное, эта бабушка».

После бани их ждали блины — с пылу, с жару. Когда расселись за столом, баба Тоня (так она себя представила), не скрывая удовольствия, сказала:

— Еда только тогда вкусна, когда есть с кем её разделить за столом. Кушайте, угощайтесь, дети мои... Для меня большая радость, что вы появились. Уже много лет одна... Нет ничего тяжелее одиночества.

Баба Тоня вытерла выступившие слёзы краешком платочка и продолжила:

— Мужа похоронила семь лет назад. А сын пропал без вести в Чечне восемь лет назад. Не выдержало сердце деда такого известия. А я вот жду до сих пор. Не верю, что мой сынок погиб...

Светлана молча допила чай и пошла укладывать Родика спать. «Надо же, у каждого своё горе, своё счастье. Не знаешь, когда найдёшь, а когда потеряешь», — подумала она, помогая бабе Тоне убирать со стола.

— Давеча, когда вас увидела возле Волги, думала, что с ума схожу. Было такое ощущение, что смотрю со стороны на свою молодость. Мы тоже, с сыном Мишей, любили сидеть на том месте и смотреть на реку.

Бабу Тоню остановила удушливая слеза. Она опять стала вытирать платком покрасневшие глаза. Светлана потихоньку придвинулась к ней и обняла за плечи. Две женщины, как мать и дочь, проговорили до самого утра, то и дело прерываясь на слёзы. И ночной дождь солидарно с ними плакал до утра...

На следующий день Светлана почувствовала какую-то лёгкость в душе. Во сне ей приснились белые облака на фоне синего неба. Душа до сих трепещет, словно бабочка, будто освобождённая от пережитого. Какое счастье, когда есть человек, которому можно доверить сокровенное, поделиться всем, и есть место, где не надо притворяться, где тебя не обманут, не обидят, где тебе спокойно и хорошо, где можно отдохнуть душой.

В доме тишина. Светлана, потянувшись, выглянула в окно. Дождь давно прекратился. Солнце одним глазком следит за Землёй из-за облаков. На яркой траве две курочки рассказывают друг другу новости. За ними наблюдает мохнатый кот, растянувшись во весь рост на отмостке дома. В воротах показалась баба Тоня за ручку с Родионом. Вот мальчик протянул кусочек хлеба коту. Тот только понюхал и отвернулся. А курочки, будто только этого ждали, подбежали, вытягивая шеи. Тут же появился, гордо вышагивая, петух. Для каждого из них этот маленький мальчик был неожиданным гостем. Деревенская идиллия.

Когда молодая мама вышла на крыльцо, её встретили радостные возгласы:

— Мамочка! Смотри!

— Ах, дочка, проснулась?! Вот и хорошо!

— Доброе утро, баба Тоня! Доброе утро, сыночек!

— Мамочка, а мы ходили в магазин! Ещё я познакомился с мальчишками...

— Да, дочка, пока ты отдыхала, мы решили сделать круг до магазина. Кстати, по пути встретила Зину. Она в детском саду работает заведующей. Про тебя речь завела. Сказала, что ты моя дальняя родня. Если согласна, там есть вакансия на воспитателя. Со временем и Родику найдётся место. Будете жить у меня. А я за ним присмотрю...

От переполняющей душу радости Света только и смогла выговорить:

— Спасибо, баб Тоня!

— Вот и договорились. Сейчас чаю попьём и прогуляемся до рынка. Надо прикупить кое-чего. И вы заодно с нашей слободой познакомитесь.

Повидавшая жизнь бабушка ещё вчера поняла, что кроме тощей сумки и шуршащего пакета у неожиданных гостей ничего с собой не было. На рынке, накупив одежды для Родиона и Светланы, всяких других вещей и предметов, нужных в хозяйстве, нагулялись до устатка и вернулись только после обеда — в приподнятом настроении.

Продолжение следует

Рамзан Саматов