Скотину берегут, о ней заботятся, но ... не привязываются. Она - будущая еда. Таков неписанный закон деревенской жизни.
0
Поросенок был хиленьким, слабеньким и Мишка выращивал его едва ли не из пипетки.
Нянькался, как с дитем малым. Только б оклемался. Он и оклемался, получив гордое имя - Борька... Срок жизни свиньи и борова в селе максимум год.
Если это свиноматка или хряк -производитель - три.
Дальше у свинов путь один - под нож и на котлеты. Потому и милые розовые поросята приступов восторга не вызывают.
За ними ухаживаешь, потому что это будущее мясо. потому что от качества ухода зависит качество твоего рациона.
Это вечная круговерть деревенской жизни, потому как та же участь ждет бычков, да и телочек - за редким исключением.
У них срок жизни - 3 года. Впрочем, иных сдают и забивают в возрасте двух лет. Из парнокопытных по-настоящему привязываешься только к корове. Кормилица, умница, буренушка...её срок жизни - 9 отелов, то есть 14 лет.
Если хозяин рачительный, дело в том, что после седьмого отела корова молоко сбавляет.
Разумно её заменить на более удойную... Таков неписанный закон деревенской жизни. Скотину берегут, о ней заботятся, но ... не привязываются. Она - будущая еда.
А вот Мишаня этот закон нарушил. И Борька рос ручным. Он обожал хозяина и едва тот перешагивал ворота стайки, падал на бок.
Мишаня чесал чумазый бок и ворчал: -Ну развалился кабан, развалился...Ишь, хорошо тебе, а вот как я тебя колоть-то буду, Борис?
0
Это и в самом деле вопрос. Впрочем, когда жена, наблюдавшая эту картину спрашивала мужа о том же, он бодро отвечал:
-А что его такого не заколоть-то? Почесал бок и втыкай нож.
Даже заваливать не надо, сам упадет. Даже показывал, куда и как воткнет. Борька довольно хрюкал...дурачок.
Никто и не сомневался, что вот так и будет, почешет и воткнет.
Мишка-то, охотник бывалый, да мало того, его полсела звало скотину забить. Это ведь своего рода искусство - забить животину так, чтоб не мучилась особо. С одного удара. Мишка это умел.
Он в общем-то, типичный брутал, этот Мишка без лишних сантиментов - мужик, хозяин, добытчик и кормилец.
Свинский день в деревне - с давних времен 7 ноября. И вовсе не в честь Великой Октябрьской.
Просто раньше на этот день полагался долгий выходной, морозы уже ударили - и самое время свежины.
Свежина - это так называют своеобразный праздник свежего мяса. Потому как даже порося забить - это целый процесс, весьма долгий.
С утра греется баня, потому что воды на обработку свиньи потребуется масса. Вкратце, после забоя шерсть свиньи опаливают газовой горелкой или паяльной лампой, поливают кипятком, оскабливают ножами, опять поливают и скоблят - уже до белой кожи.
Ну шкурку на сале видели? Согласитесь было бы не совсем аппетитно, если б эта шкурка была слегка лохматой...
Процесс это занимает минимум часа три-четыре. А если враз забивают двух свиней?
0
Едва свиную тушу разделывают, хозяйке тут же поступает на стол кусок мяса. И далее уже её фантазии.
Обычно готовят весьма простое и сытное - мясо с картошкой - тушеное, жареное. Но, мясо в день свежины в сковородке больше, чем картошки. Свежина - это все-таки праздник и ждут его с радостью.
Я понимаю, сейчас вопль всех эстетов и любителей природы.
Как можно праздновать забой живого существа???
Но вы попробуйте взглянуть на это со стороны деревенского жителя. Он за этой скотинкой год ходил. Год в навозе и трудах.
И вот результат - добрая сотня вкуснейшего, без каких либо химдобавок мяса. И как тут не радоваться.
В этот год у Мишки свежины ждали долго. Миновал ноябрь.
Хозяину было некогда.
Миновал декабрь.
Мишаня находил то одно заделье, то другое...
Время стремительно катилось к Новому году.
А Борька все еще радостно хрюкал. И хозяин все так же чесал ему бок. И о чем-то болтал под вечер.
Праздник встретили с говядиной. В феврале жена уже устроила крайне редкий в Мишаниной семье скандал:
-Ты башкой думаешь? - наступала она,
- Ты где будешь мясо хранить? Сейчас вот оттеплит.
И что? Ты ж погляди хряк уже под двести килограммов.
Пропадет мясо!
Пока морозы - давай коли! Сколько можно одну говядину жрать?
Мишка всю прагматичность доводов жены понимал, но в его душе скребли не кошки, а как минимум парочка львов, раздирая вдруг обнежневшую душу в клочья.
0
Но в выходные Мишка все-таки решился. С утра приговорив бутылочку белой в одного, взялся за нож.
А надо сказать сроду Мишка скотину по пьяному делу не забивал... Вот после - да. Позволял себе "маненечко".
Он в общем-то и не пил почти. Но нож взял, жена баню натопила. Посуду под ливер, кишки - на кровяную колбасу, внутреннее сало, заготовила.
Клеенку на столе в сенках постелила под мясо...
Даже картошку достала. И все ждала последнего пронзительного Борькиного визга.
А визга не было...
В дела мужа она лезла крайне редко, сберегала сама того не зная, патриархальный уклад семьи.
Но через три часа не выдержала и отправилась в стайку. Муж спал в дрободан пьяный, рядом преданно сопел друга Борька.
И обоим было вполне хорошо. Кое-как растолкав мужа, она таки довела его до дома. Понимая, что завтра свежины тоже не будет.
Муж еле передвигал ногами, практически повиснув на хрупком плече жены и жаловался:
-Ты же ни фига не понимаешь, дур-р-р-ра, это же Борька, это же друг... Не могу...Не могу.
0
-Давай кольщиков наймем? - предложила жена
-Я те найму, - грозил Мишка кулаком - Это ж друг...
И друг Борька радостно хрюкал в стайке еще месяц.
Жена мрачнела, представляя, что дружок съедает по два ведра комбикорма в день.
И уже давным-давно стал золотым.
А весной Мишка отправился тайгу -проверить капканы на последнего в сезоне соболя. Проблудил дня три. А когда вернулся, первое что увидел в сенках - голову несчастного Борьки и куски мяса.
Жена таки наняла кольщиков.
Мишка посерел лицом, как-то странно застыл и закачался в дверях - с пятки-на носок, с пятки - на носок.
-Миш...- жалобно начал жена.
-Ты уйди пока, уйди...- рыкнул Мишаня.
А утром, наотрез отказался от борща с наваристой свининкой, и сказал:
-Найди скупщиков, хоть по пять копеек мясо сдай, чтоб он мне там глаза не мозолил.
Хотелось бы мне сделать у этой истории мармеладный финал...Но не могло его быть в условиях деревни.
Не могло. Мишка по-прежнему выращивает скотину, но среди хрюкастых и рогатых друзей более не заводит.
И осталось это все таким странным эпизодом жизни.
Эпизодом, когда душа деревенского мужика, потеряв обычную хозяйскую сметку - воспарила до жалости и дружбы к братьям нашим меньшим.
Можете сейчас осудить и меня, и Мишаню, и его жену...но как легко судить о деревенской жестокости тем, кто видит мясо только на прилавках.
И, жаря эскалопы, волен уважать себя за гуманизм к братьям нашим меньшим. Деревня этого права лишена.
Она эти эскалопы выращивает из розового забавного поросенка...
В детстве был случай. Сам не помню - родители рассказывали. Взяли кур на дачу. Все цыплята сдохли, остался один петушок. Ходил за нами с братом как собачонка и в лес и на речку. В огород никого не пускал чужих. Осенью сказали, что Петька потерялся. Бабушка наварила домашней лапши, а мы есть не стали - как почувствовали.
"- Вот я тебе и говорю женись. Нюрка - баба очень хорошая, да, тебе
про нее никто плохого не скажет. Она вон сколь ни жила одна, никогда ни с кем не путалась, и мужика у нее отродясь не было. Только с Борькой одним и жила, да.
- С каким Борькой? - насторожился Иван.
- С каким Борькой? А с кабаном ейным, охотно объяснил Плечевой.
Чонкин от неожиданности подавился дымом, закашлялся, бросил цигарку на землю и раздавил ее каблуком.
- Брось чудить, сказал он сердито. - Какого еще такого кабана выдумал?
Плечевой посмотрел на него голубыми глазами.
- А чего я тебе сказал? Тут ничего такого и нет. Известно, женщина
одинокая, а ей тоже требуется, да. И сам посуди ему уж в обед сто лет, а она его резать не хочет, а почему? Да как же его зарежешь, если, бывало, она в постелю, а он до нее. Накроются одеялом и лежат, как муж жена. А так кого хошь на деревне спроси, и тебе каждый скажет: лучше Нюрки никого не найти.
Довольный произведенным впечатлением, Плечевой взял удочку и не спеша пошел дальше, попыхивая цигаркой, а Чонкин долго еще стоял с отвалившейся нижней челюстью, провожая Плечевого растерянным взглядом и не зная, как относиться к только что услышанной новости."
"Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина". В. Войнович.
Был у меня период в жизни - фермерствовал. Сделал такую глупость. О всех тягостях, выпавших на меня с напарником, рассказывать не буду, это очень длинный был бы рассказ. У напарника от всего пережитого даже крыша маленько протекла. По этой причине, хотя и не только, решил я с этим неблагодарным делом завязать.
А занимались мы разведением кроликов, потом планировали и другим звероводством заняться - нутрии там, норки и прочее. В общем, поделили, так сказать, бизнес при расстовании. Поздняя осень, я этих дурошлепов из свой доли каждого за задние лапы и колотушкой - бац за ушами. И обдирать-потрошить. А на глазах слезы, практически каждого на руках, считай, понянчил. Несколько дней этим занимался. Мясом и родных снабдил и полный морозильник, плюс тушенка.
Так вот, я из тех кролей ни одного так и не попробовал, не смог. Все родные съели. И даже покупных с тех пор есть не могу, хотя четверть века прошло.
Сентиментальным, вроде, не был, охотиться начал молодым, мясом - оленями да гусями в арктических экспедициях всех обеспечивал. А с кролями вот так вышло. Х.з., почему.
Так что, верю...
Жила одно лето в деревне. Порося там была. Так эта скотина имела только три состояния: жрет, спит и ОРЁТ. Жалела я только о том, что мне её не разрешили своими руками зарезать. А звали тоже Борька. С Ельциным - одно лицо (морда?).
У меня отец валил свиней в моем детстве. Ездил с горелкой, а приезжал с четвертью туши. Видел, не бил, просто видел один раз как он козла по горлу ножом... Куски мяса и живое животное - разное. А если вырастил с рождения - слишком я видимо мягкий для этого, или мы все изнеженные просто...
как это свина с одного удара? расскажите пожалуйста.. сколько я по молодости в помощниках был, всегда били в сердце и длилась агония около пяти минут. Единственный раз забивали хряка какой то породы размером с небольшого динозавра, так там охотника позвали и застрелили, все боялись его колоть.
Рука у дяди Фили лёгкая была, подойдёт, за ушком почешет, тык подмышку, свин редко какой пищал. Просто в сердце хорошо попадал. А дёргаться - конечно же дёргались, и вообще могли копытцем здорово зарядить в конвульсиях. Я с дубинкой обычно забивал.
не с удара а с укола, нужно попадать сразу точно в сердце, для этого нужны правильный инструмент и твердая, опытная рука. Если не попал, то все, капец, жди пока кровью не истечет, а это долго и негуманно. Порося жалко, но подходить еще опаснее к раненному зверю, если он еще и более 70 кг. Поэтому нужен опытный забойщик чтобы скотина не мучилась.
Когда-то в начале 80 позвал меня друг на помощь - жена его старшего брата купила живую курицу, чтобы сварить бульон для ребёнка, который только переболел сильной простудой и ничего не хотел есть, несмотря на то что сильно ослаб, а зарезать курицу из них никто не мог. Вышли на лоджию (там её кормили, поили и она успела немного нагадить там за три дня), поймали курицу и вы шли с нею за дом (панельная четырёхэтажка). выркопали ямку для перьев, крови. Я присел над прижатой ногой курицей, а друг задаёт из-за плеча вопрос: А молитву над ней читать будешь? Мне стало смешно, у него племянник от недоедания ослаб, а он о молитве на убийство курицы. Да, говорю, сейчас зарежу и еврейский "отченаш" прочитаю над ней, поворачиваюсь на друга, а он аж побледнел слегка. Прогнал я его к подъезду, зарезал курицу, подождал, пока сойдёт максимум крови, ощипал, как умел и понёс к подъезду. Друг и его брат сидят на скамейке и курят. Занесли, опалили, разделали её я и сноха друга. Короче говоря и друг, и его брат оказались очень впечатлительными - курицу не поели ни кусочка. А ведь, как и я, родом из посёлка городского типа и в детстве в деревню ездили.
Да, деревня в этом отношении сурова. Всё детство каждое лето проводил у деда в селе. К 16 годам уже почитай всю скотину забивать умел: бычка - кувалдой в лоб, свинью - швайкой в сердце, кролика - рукой по-за ушами, птицу - топориком по шее...
Я родом из города. У бабушки свой дом. Живность была. Как-то бабушка попыталась меня слишком уж старательно меня чем-то занять. Я сразу подвох почуяла. Выхожу во двор, а там бабушка курице голову отрубает, а курица падает со стола без головы и бежит. У бабушки сильный испуг, что ребенок в стрессе будет от такого зрелища. Но мне было просто очень интересно, никакого стресса. И супчик кушала с удовольствием
Не успел посмотреть. Указанные действия происходили в 1981 году, ещё до того, как я пошёл служить в СА. Ощипывалось спокойно. Я ещё восьмилетним оболтусом выдернул перо у живого гуся, за что получил звездюлей от тётки, которая всё видела, а во мне пылал огонь экспериментатора - попробовать писать настоящим пером, ни хрена не вышло у меня писать.
Я гусей настрелял за свою жизнь прилично. Если сразу щипать - никаких проблем, прекрасно щипется. Даже немного остывшего. Мы всегда дичь - уток, гусей - после охоты щипали, чтобы потом не мучиться. Сразу ты на это пять минут тратишь, вчерашнюю уже надо поупираться.
Это не говоря уже о всяких вальдшнепов, дупелей, коростелей, вяхирей и прочего, те вообще даже холодные нормально ощипываются.
Бабушка моя, кстати, тоже на Кубани, когда нас в гости встречала, забивала куру или утку и ощипывала ее безо всякой холодной воды пока та теплая.
Обычное дело - не зря хозяин, который растит скотину приглашает кольщика.
Зачем я это прочитал?
В детстве был случай. Сам не помню - родители рассказывали. Взяли кур на дачу. Все цыплята сдохли, остался один петушок. Ходил за нами с братом как собачонка и в лес и на речку. В огород никого не пускал чужих. Осенью сказали, что Петька потерялся. Бабушка наварила домашней лапши, а мы есть не стали - как почувствовали.
"- Вот я тебе и говорю женись. Нюрка - баба очень хорошая, да, тебе
про нее никто плохого не скажет. Она вон сколь ни жила одна, никогда ни с кем не путалась, и мужика у нее отродясь не было. Только с Борькой одним и жила, да.
- С каким Борькой? - насторожился Иван.
- С каким Борькой? А с кабаном ейным, охотно объяснил Плечевой.
Чонкин от неожиданности подавился дымом, закашлялся, бросил цигарку на землю и раздавил ее каблуком.
- Брось чудить, сказал он сердито. - Какого еще такого кабана выдумал?
Плечевой посмотрел на него голубыми глазами.
- А чего я тебе сказал? Тут ничего такого и нет. Известно, женщина
одинокая, а ей тоже требуется, да. И сам посуди ему уж в обед сто лет, а она его резать не хочет, а почему? Да как же его зарежешь, если, бывало, она в постелю, а он до нее. Накроются одеялом и лежат, как муж жена. А так кого хошь на деревне спроси, и тебе каждый скажет: лучше Нюрки никого не найти.
Довольный произведенным впечатлением, Плечевой взял удочку и не спеша пошел дальше, попыхивая цигаркой, а Чонкин долго еще стоял с отвалившейся нижней челюстью, провожая Плечевого растерянным взглядом и не зная, как относиться к только что услышанной новости."
"Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина". В. Войнович.
Был у меня период в жизни - фермерствовал. Сделал такую глупость. О всех тягостях, выпавших на меня с напарником, рассказывать не буду, это очень длинный был бы рассказ. У напарника от всего пережитого даже крыша маленько протекла. По этой причине, хотя и не только, решил я с этим неблагодарным делом завязать.
А занимались мы разведением кроликов, потом планировали и другим звероводством заняться - нутрии там, норки и прочее. В общем, поделили, так сказать, бизнес при расстовании. Поздняя осень, я этих дурошлепов из свой доли каждого за задние лапы и колотушкой - бац за ушами. И обдирать-потрошить. А на глазах слезы, практически каждого на руках, считай, понянчил. Несколько дней этим занимался. Мясом и родных снабдил и полный морозильник, плюс тушенка.
Так вот, я из тех кролей ни одного так и не попробовал, не смог. Все родные съели. И даже покупных с тех пор есть не могу, хотя четверть века прошло.
Сентиментальным, вроде, не был, охотиться начал молодым, мясом - оленями да гусями в арктических экспедициях всех обеспечивал. А с кролями вот так вышло. Х.з., почему.
Так что, верю...
Жила одно лето в деревне. Порося там была. Так эта скотина имела только три состояния: жрет, спит и ОРЁТ. Жалела я только о том, что мне её не разрешили своими руками зарезать. А звали тоже Борька. С Ельциным - одно лицо (морда?).
У меня отец валил свиней в моем детстве. Ездил с горелкой, а приезжал с четвертью туши. Видел, не бил, просто видел один раз как он козла по горлу ножом... Куски мяса и живое животное - разное. А если вырастил с рождения - слишком я видимо мягкий для этого, или мы все изнеженные просто...
Всё правильно!
Жизненная история.
Хватит постить говно,хохол.
как это свина с одного удара? расскажите пожалуйста.. сколько я по молодости в помощниках был, всегда били в сердце и длилась агония около пяти минут. Единственный раз забивали хряка какой то породы размером с небольшого динозавра, так там охотника позвали и застрелили, все боялись его колоть.
Рука у дяди Фили лёгкая была, подойдёт, за ушком почешет, тык подмышку, свин редко какой пищал. Просто в сердце хорошо попадал. А дёргаться - конечно же дёргались, и вообще могли копытцем здорово зарядить в конвульсиях. Я с дубинкой обычно забивал.
не с удара а с укола, нужно попадать сразу точно в сердце, для этого нужны правильный инструмент и твердая, опытная рука. Если не попал, то все, капец, жди пока кровью не истечет, а это долго и негуманно. Порося жалко, но подходить еще опаснее к раненному зверю, если он еще и более 70 кг. Поэтому нужен опытный забойщик чтобы скотина не мучилась.
справедливый забой
, слабейшие самоустраняютсяКогда-то в начале 80 позвал меня друг на помощь - жена его старшего брата купила живую курицу, чтобы сварить бульон для ребёнка, который только переболел сильной простудой и ничего не хотел есть, несмотря на то что сильно ослаб, а зарезать курицу из них никто не мог. Вышли на лоджию (там её кормили, поили и она успела немного нагадить там за три дня), поймали курицу и вы шли с нею за дом (панельная четырёхэтажка). выркопали ямку для перьев, крови. Я присел над прижатой ногой курицей, а друг задаёт из-за плеча вопрос: А молитву над ней читать будешь? Мне стало смешно, у него племянник от недоедания ослаб, а он о молитве на убийство курицы. Да, говорю, сейчас зарежу и еврейский "отченаш" прочитаю над ней, поворачиваюсь на друга, а он аж побледнел слегка. Прогнал я его к подъезду, зарезал курицу, подождал, пока сойдёт максимум крови, ощипал, как умел и понёс к подъезду. Друг и его брат сидят на скамейке и курят. Занесли, опалили, разделали её я и сноха друга. Короче говоря и друг, и его брат оказались очень впечатлительными - курицу не поели ни кусочка. А ведь, как и я, родом из посёлка городского типа и в детстве в деревню ездили.
Да, деревня в этом отношении сурова. Всё детство каждое лето проводил у деда в селе. К 16 годам уже почитай всю скотину забивать умел: бычка - кувалдой в лоб, свинью - швайкой в сердце, кролика - рукой по-за ушами, птицу - топориком по шее...
Я бы посмотрел как сырую курицу щипают.Пока в горячей воде не подержишь-перо не вытащится или только со шкурой отрывать.А потом опаливать.
Жеребёнка или молодого коня - магнето от пускача.
Я родом из города. У бабушки свой дом. Живность была. Как-то бабушка попыталась меня слишком уж старательно меня чем-то занять. Я сразу подвох почуяла. Выхожу во двор, а там бабушка курице голову отрубает, а курица падает со стола без головы и бежит. У бабушки сильный испуг, что ребенок в стрессе будет от такого зрелища. Но мне было просто очень интересно, никакого стресса. И супчик кушала с удовольствием
Не впечатлительная я ляля былаСвежебитая теплая птица прекрасно щипется. Даже дикий гусь, не говоря уже о курице. А как остынет - да, уже плохо.
Не успел посмотреть. Указанные действия происходили в 1981 году, ещё до того, как я пошёл служить в СА. Ощипывалось спокойно. Я ещё восьмилетним оболтусом выдернул перо у живого гуся, за что получил звездюлей от тётки, которая всё видела, а во мне пылал огонь экспериментатора - попробовать писать настоящим пером, ни хрена не вышло у меня писать.
За диких незнаю,но домашних гусей-курей бросали в ведро и заливали кипятком.Где как,но на Кубани так делали-сам видел.
Ни разу не Пушкин.Значит другие таланты есть.
Я гусей настрелял за свою жизнь прилично. Если сразу щипать - никаких проблем, прекрасно щипется. Даже немного остывшего. Мы всегда дичь - уток, гусей - после охоты щипали, чтобы потом не мучиться. Сразу ты на это пять минут тратишь, вчерашнюю уже надо поупираться.
Это не говоря уже о всяких вальдшнепов, дупелей, коростелей, вяхирей и прочего, те вообще даже холодные нормально ощипываются.
Бабушка моя, кстати, тоже на Кубани, когда нас в гости встречала, забивала куру или утку и ощипывала ее безо всякой холодной воды пока та теплая.
даааа, есть такое дело!!, иногда привязываешься к скотине