54k
6 лет назад · 10 фото · 6755 просмотров · 6 комментариев
Танки Александра Морозова Т-43 и Т-44 (10 фото)
Танк Т-44 не выпускался в таком количестве, как БТ, не прошел всю войну, подобно легендарной «тридцатьчетверке», не стал основой послевоенных бронетанковых войск, как Т-54/55, но, несомненно, сыграл значительную роль в развитии отечественного и мирового танкостроения.
К 1942 году огневое и броневое превосходство, которое имели новые советские танки над немецкими в начальный период войны сошло на нет. Немцы активно применяли новые боеприпасы, танковых и противотанковых орудий, появились модернизированые средние таки, и наконец тяжелые «Тигры». К тому же с фронта начали приходить и другие тревожные известия. Из частей доносили, что маневренность и подвижность советских танков заметно упала, а их максимальная скорость признавалась недостаточной.
Из частей поступали также и жалобы на низкое качество сборки, частые аварии и поломки танков. Надо признать, что основания для этого имелись.
Из частей поступали также и жалобы на низкое качество сборки, частые аварии и поломки танков. Надо признать, что основания для этого имелись.
Опытный танк Т-43/76 (справа) и Т-34/76 (слева) с литой шестигранной башней. Обращает на себя внимание общность форм корпуса, отсутствие курсового пулемета в шаровой установке и одинаковые люки механика-водителя (у Т-43/76, перенесенный на левую стор
Борьба за количество
Если до начала войны выпуск средних танков Т-34 велся на хорошо оснащенных заводах №183 в Харькове и СТЗ в Сталинграде, то эвакуация их на Урал, потеря многих заводов-поставщиков комплектующих узлов и материалов создавали огромные трудности для качественного производства танков. Тем не менее, руководство образованного 12 сентября 1941 года, в соответствии с решением Государственного Комитета Обороны (ГКО), Наркомата танковой промышленности (НКТП) настойчиво требовало наращивания количества выпускаемых танков.
Конструкторы харьковского танкового КБ-520 (его руководителем после смерти Кошкина в 1940 году стал А.Морозов), эвакуированного вместе с заводом №183, были брошены на борьбу совершенствование технологии производства Т-34, за экономию цветных металлов, резины, броневой стали, и даже электропроводов. Эта работа отнимала все силы небольшого коллектива, насчитывавшего в своем составе только 130 конструкторов.
Естественно, что в таких жестких условиях борьбы за количество, качество выпускаемых танков неизбежно снижалось, острее проявлялись и изначально присущие «тридцатьчетверке» недостатки – несовершенство коробки передач (скорости переключались очень тяжело – так например усилие, требовавшееся для переключения со второй на третью передачу, составляло более 30 кг), низкая надежность двигателя В-2 (ресурс дизелей выпуска военного времени поначалу составлял менее 100 моточасов).
К тому же, уже в декабре 1941 года военные потребовали существенно усилить броневую защиту Т-34 при минимальном увеличении его массы. Утолщение брони должно было повысить защищенность танка от поражения новых боеприпасов, появившихся на вооружении немецкой армии. Учитывая требования военных, А.Морозов поручил группе конструкторов провести проектную разработку улучшенной «тридцатьчетверки».
В основу проекта были заложены следующие положения: при сохранении основных механизмов и узлов танка Т-34 и ограничении веса машины 35 тоннами, резко увеличить толщину брони – с 45 мм до 75 мм (за счет более плотной компоновки и отказа от четвертого члена экипажа). Намечалось реализовать конструкторский задел, накопленный КБ еще в 1940 году при разработке танка Т-34М.
В довоенном проекте танка Т-34М предусматривалось существенно усилить броневую защиту корпуса и башни доведя ее до 75 мм и 90 мм соответственно. Чтобы компенсировать возросшую массу брони была кардинальным образом переработана ходовая часть — отказались от тяжелой и громоздкой свечной подвески (перешедшей к Т-34 по наследству еще от танка Кристи и БТ). Вместо нее была принята торсионная подвеска, с облегченными опорными катками небольшого диаметра с внутренней амортизацией.
Уменьшен на одного человека и экипаж (отказались от заряжающего). В конце 1940 года на Ждановском заводе были даже изготовлены броневые листы для пяти комплектов корпусов Т-34М. Однако большой объем работ по подготовке массового производства «тридцатьчетверки» привел к тому, что работы по танку Т-34М были приостановлены.
Проект улучшенного Т-34 был представлен в НКТП в феврале 1942 года, но утвержден не был. В тяжелой военной обстановке того периода руководство наркомата посчитало, что заниматься новой машиной пока не время, и КБ-520 поручили продолжить работы по улучшению конструкции и технологии производства серийного Т-34.
Новый танк Т-43
К проекту нового танка вернулись только во второй половине 1942 года. Легенда гласит, что в один из дней А.Морозову позвонил лично Верховный главнокомандующий – И.Сталин, и в свойственной ему манере сообщил: «есть мнение, что сейчас уже пора приступать к работам над новыми танками», и поторопил конструктора. К мнению вождя всех народов было принято относиться как к приказу, и соответственно работа закипела с удвоенной энергией.
Если до начала войны выпуск средних танков Т-34 велся на хорошо оснащенных заводах №183 в Харькове и СТЗ в Сталинграде, то эвакуация их на Урал, потеря многих заводов-поставщиков комплектующих узлов и материалов создавали огромные трудности для качественного производства танков. Тем не менее, руководство образованного 12 сентября 1941 года, в соответствии с решением Государственного Комитета Обороны (ГКО), Наркомата танковой промышленности (НКТП) настойчиво требовало наращивания количества выпускаемых танков.
Конструкторы харьковского танкового КБ-520 (его руководителем после смерти Кошкина в 1940 году стал А.Морозов), эвакуированного вместе с заводом №183, были брошены на борьбу совершенствование технологии производства Т-34, за экономию цветных металлов, резины, броневой стали, и даже электропроводов. Эта работа отнимала все силы небольшого коллектива, насчитывавшего в своем составе только 130 конструкторов.
Естественно, что в таких жестких условиях борьбы за количество, качество выпускаемых танков неизбежно снижалось, острее проявлялись и изначально присущие «тридцатьчетверке» недостатки – несовершенство коробки передач (скорости переключались очень тяжело – так например усилие, требовавшееся для переключения со второй на третью передачу, составляло более 30 кг), низкая надежность двигателя В-2 (ресурс дизелей выпуска военного времени поначалу составлял менее 100 моточасов).
К тому же, уже в декабре 1941 года военные потребовали существенно усилить броневую защиту Т-34 при минимальном увеличении его массы. Утолщение брони должно было повысить защищенность танка от поражения новых боеприпасов, появившихся на вооружении немецкой армии. Учитывая требования военных, А.Морозов поручил группе конструкторов провести проектную разработку улучшенной «тридцатьчетверки».
В основу проекта были заложены следующие положения: при сохранении основных механизмов и узлов танка Т-34 и ограничении веса машины 35 тоннами, резко увеличить толщину брони – с 45 мм до 75 мм (за счет более плотной компоновки и отказа от четвертого члена экипажа). Намечалось реализовать конструкторский задел, накопленный КБ еще в 1940 году при разработке танка Т-34М.
В довоенном проекте танка Т-34М предусматривалось существенно усилить броневую защиту корпуса и башни доведя ее до 75 мм и 90 мм соответственно. Чтобы компенсировать возросшую массу брони была кардинальным образом переработана ходовая часть — отказались от тяжелой и громоздкой свечной подвески (перешедшей к Т-34 по наследству еще от танка Кристи и БТ). Вместо нее была принята торсионная подвеска, с облегченными опорными катками небольшого диаметра с внутренней амортизацией.
Уменьшен на одного человека и экипаж (отказались от заряжающего). В конце 1940 года на Ждановском заводе были даже изготовлены броневые листы для пяти комплектов корпусов Т-34М. Однако большой объем работ по подготовке массового производства «тридцатьчетверки» привел к тому, что работы по танку Т-34М были приостановлены.
Проект улучшенного Т-34 был представлен в НКТП в феврале 1942 года, но утвержден не был. В тяжелой военной обстановке того периода руководство наркомата посчитало, что заниматься новой машиной пока не время, и КБ-520 поручили продолжить работы по улучшению конструкции и технологии производства серийного Т-34.
Новый танк Т-43
К проекту нового танка вернулись только во второй половине 1942 года. Легенда гласит, что в один из дней А.Морозову позвонил лично Верховный главнокомандующий – И.Сталин, и в свойственной ему манере сообщил: «есть мнение, что сейчас уже пора приступать к работам над новыми танками», и поторопил конструктора. К мнению вождя всех народов было принято относиться как к приказу, и соответственно работа закипела с удвоенной энергией.
Опытный танк Т-43 с 75-мм пушкой. Видна ходовая часть, заимствованная у Т-34, трехместная литая башня с расширенным погоном и низкопрофильной командирской башенкой
Новый танк, получивший индекс Т-43, в основном сохранил форму корпуса, двигатель, трансмиссию и пушку своего предшественника. С «тридцатьчетверкой» было унифицировано до 80% деталей. Основное отличие заключалось в усиленном бронировании. Толщина броневых деталей корпуса составила 75 мм, а башни – до 90 мм.
Конструкция корпуса была упрощена для улучшения условий автоматической сварки. С лобового листа убрали курсовой пулемет в шаровой установке, а люк механика-водителя переместили на правую сторону. Слева, в носовой части корпуса, в броневой выгородке, разместили топливный бак (боковые баки из надгусеничных полок убрали).
Чтобы обеспечить экипажу необходимое внутреннее пространство и сэкономить вес, конструкторы, впервые на среднем танке, применили торсионную подвеску опорных катков. Она была гораздо более компактной и легкой чем, свечная с вертикальными пружинами. Танк получил новую увеличенную трехместную литую башню с командирской башенкой и диаметром погона 1600 мм.
Моторно-трансмиссионное отделение (МТО) осталось практически без изменений — двигатель и трансмиссия устанавливалась такая же, как и на Т-34, за исключением новой 5-ти скоростной коробки перемены передач (КПП). Однако из-за возросшей массы, максимальная скорость и проходимость снизились.
В результате Т-43 имел боевой вес 34,1 т, пушку Ф-34 калибра 76 мм, два пулемета ДТ, двигатель типа В-2 мощностью 500 л.с., удельную мощность 14,65 л.с./т, броню – 75 мм (расположенную под углами 54 градуса и 52 градуса), экипаж четыре человека, максимальную скорость — 48,3 км/час.
С марта 1943 года опытные образцы Т-43 проходили различные испытания, в том числе фронтовые (в составе «Особой танковой роты 100») и пробеговые (на 3000 км). Башня, как наиболее сложный узел нового танка испытывалась, также с использованием двух «ездящих лабораторий» — доработанных для установки башни Т-43 корпусов «тридцатьчетверок».
Конструкция корпуса была упрощена для улучшения условий автоматической сварки. С лобового листа убрали курсовой пулемет в шаровой установке, а люк механика-водителя переместили на правую сторону. Слева, в носовой части корпуса, в броневой выгородке, разместили топливный бак (боковые баки из надгусеничных полок убрали).
Чтобы обеспечить экипажу необходимое внутреннее пространство и сэкономить вес, конструкторы, впервые на среднем танке, применили торсионную подвеску опорных катков. Она была гораздо более компактной и легкой чем, свечная с вертикальными пружинами. Танк получил новую увеличенную трехместную литую башню с командирской башенкой и диаметром погона 1600 мм.
Моторно-трансмиссионное отделение (МТО) осталось практически без изменений — двигатель и трансмиссия устанавливалась такая же, как и на Т-34, за исключением новой 5-ти скоростной коробки перемены передач (КПП). Однако из-за возросшей массы, максимальная скорость и проходимость снизились.
В результате Т-43 имел боевой вес 34,1 т, пушку Ф-34 калибра 76 мм, два пулемета ДТ, двигатель типа В-2 мощностью 500 л.с., удельную мощность 14,65 л.с./т, броню – 75 мм (расположенную под углами 54 градуса и 52 градуса), экипаж четыре человека, максимальную скорость — 48,3 км/час.
С марта 1943 года опытные образцы Т-43 проходили различные испытания, в том числе фронтовые (в составе «Особой танковой роты 100») и пробеговые (на 3000 км). Башня, как наиболее сложный узел нового танка испытывалась, также с использованием двух «ездящих лабораторий» — доработанных для установки башни Т-43 корпусов «тридцатьчетверок».
Средний танк Т-34 с орудием 85 мм — Т-34/85
Примерно в это же время (февраль-март 1943 года) развернулась лихорадочная деятельность по перевооружению советских танков более мощными артсистемами, инициированная неутешительными результатами испытательных обстрелов, захваченного на Тихвинском фронте нового немецкого тяжелого танка PzKpfw VI «Тигр». Его броня (толщиной 100 мм) не пробивалась имеющимися на вооружении Красной Армии танковыми и противотанковыми орудиями. Для исправления создавшегося положения была предпринята попытка установки в башню Т-43 пушки Д-5Т калибра 85 мм, при условии размещения в ней не трех, а двух членов экипажа. Однако сделать это в жестко отведенные сроки – до 5 июля 1943 года так и не удалось (из-за неготовности 85 мм орудия).
Тем не менее, 15 июля, в самый разгар боев на Курской дуге, распоряжением ГКО танк Т-43 (эталонный) был рекомендован для принятия на вооружение советской армии, причем до освоения 85-мм танкового орудия с вооружением из 76-мм пушки Ф-34М!. И на заводе №183 началась подготовка к его серийному производству. Первый десяток Т-43 должен был быть выпущен к концу августа 1943 года, но изготовление этой серии и вообще подготовка серийного производства Т-43 вскоре были остановлены распоряжением И.Сталина. Что же произошло?
Дело в том, что переход заводов на выпуск нового танка, хоть и имевшего много общего с Т-34, неизбежно вызвал бы снижение объемов производства, а это сочли недопустимым в канун планировавшихся обширных наступательных операций. В своих воспоминаниях А.Морозов приводит такое замечание Сталина по поводу Т-43: «Товарищ Морозов, Вы сделали очень неплохую машину. Но сегодня у нас уже есть неплохая машина — Т-34. Наша задача состоит сейчас не в том, чтобы делать новые танки, а в том, чтобы повысить боевые качества Т-34, увеличивать их выпуск…».
К тому же после Курской битвы появилась настоятельная необходимость вооружить советские танки более мощным орудием, чем 76-мм пушка. Однако если ранее единственно возможным кандидатом на перевооружение среднего танка 85 мм пушкой был Т-43, то после испытаний «ездящий лаборатории» из корпуса Т-34 и башни Т-43 (с погоном 1600 мм) стало ясно, что у Т-43 появился серьезный конкурент. Действительно, ни у кого не может вызвать сомнений тот факт, что проще и быстрее освоить в серии только новую башню, а не целый танк.
В результате была разработана, и постановлением ГКО №5020 от 23 января 1944 года принята на вооружение модифицированная «тридцатьчетверка» — Т-34/85 с пушкой калибра 85-мм, а от производства Т-43, как уже упоминалось выше, отказались. Тем не менее, опытные работы над Т-43 продолжались еще некоторое время — так в 1944 году был все же построен еще один опытный Т-43 с усиленным вооружением – 85-мм пушкой Д-5 в новой башне.
Тем не менее, 15 июля, в самый разгар боев на Курской дуге, распоряжением ГКО танк Т-43 (эталонный) был рекомендован для принятия на вооружение советской армии, причем до освоения 85-мм танкового орудия с вооружением из 76-мм пушки Ф-34М!. И на заводе №183 началась подготовка к его серийному производству. Первый десяток Т-43 должен был быть выпущен к концу августа 1943 года, но изготовление этой серии и вообще подготовка серийного производства Т-43 вскоре были остановлены распоряжением И.Сталина. Что же произошло?
Дело в том, что переход заводов на выпуск нового танка, хоть и имевшего много общего с Т-34, неизбежно вызвал бы снижение объемов производства, а это сочли недопустимым в канун планировавшихся обширных наступательных операций. В своих воспоминаниях А.Морозов приводит такое замечание Сталина по поводу Т-43: «Товарищ Морозов, Вы сделали очень неплохую машину. Но сегодня у нас уже есть неплохая машина — Т-34. Наша задача состоит сейчас не в том, чтобы делать новые танки, а в том, чтобы повысить боевые качества Т-34, увеличивать их выпуск…».
К тому же после Курской битвы появилась настоятельная необходимость вооружить советские танки более мощным орудием, чем 76-мм пушка. Однако если ранее единственно возможным кандидатом на перевооружение среднего танка 85 мм пушкой был Т-43, то после испытаний «ездящий лаборатории» из корпуса Т-34 и башни Т-43 (с погоном 1600 мм) стало ясно, что у Т-43 появился серьезный конкурент. Действительно, ни у кого не может вызвать сомнений тот факт, что проще и быстрее освоить в серии только новую башню, а не целый танк.
В результате была разработана, и постановлением ГКО №5020 от 23 января 1944 года принята на вооружение модифицированная «тридцатьчетверка» — Т-34/85 с пушкой калибра 85-мм, а от производства Т-43, как уже упоминалось выше, отказались. Тем не менее, опытные работы над Т-43 продолжались еще некоторое время — так в 1944 году был все же построен еще один опытный Т-43 с усиленным вооружением – 85-мм пушкой Д-5 в новой башне.
Опытный танк Т-44 с 85-мм пушкой Д-5Т.
После неудачи проекта Т-43, представляющего собой по существу глубокую модернизацию Т-34, А.Морозову стало ясно, что конструкция новой машины должна обладать значительными резервами для своего дальнейшего развития, а основой для создания более совершенного танка может стать совершенствование его компоновки. А. Морозов считал, что значительно увеличить пространство боевого отделения можно за счет отказа от размещения двигателя и трансмиссии в корме нового танка или же более плотной компоновкой моторного агрегата и отделения в целом. Еще весной 1943 года группа МТО КБ-520 предложила схему уплотнения компоновки танка Т-34 путем размещения двигателя поперек силового отделения (справедливости ради, надо отметить, что такой вариант расположения двигателя был предложен еще Кошкиным в 1940 году для танка Т-34М).
Создание нового танка активно поддержал и нарком НКТП В. Малышев, благодаря которому был открыт заказ на его постройку, но также установлены и довольно жесткие сроки готовности к заводским полигонным испытаниям (их должны были провести не позднее 10 января 1944 года).
Проектированием нового танка занялись конструкторы В.Волков, М.Кизин, М.Набутовский, М.Таршинов, Н.Чистяков под непосредственным руководством А.Морозова. Танк получил индекс Т-44 и проектировался под установку пушек калибра от 85 до 122 мм. А.Морозов неоднократно подчеркивал, что Т-44 должен стать машиной абсолютно нового типа, так как по массе он должен был оставаться средним, а по вооружению и бронированию – соответствовать тяжелым танкам того времени.
На новой машине применили не только поперечное расположение двигателя, но и целый ряд других технических новинок, которые будучи внедренными по отдельности, на разных танках, не дали бы ощутимого эффекта, зато в совокупности сделали конструкцию Т-44 такой, которая на десятилетия определила развитие отечественной бронетанковой техники.
Первый прототип Т-44 был готов досрочно – к 1 января 1944 года. Его испытания прошли также в январе и в целом окончились успешно. За период испытаний танк прошел без серьезных поломок более 1100 км. Обстрел его броневого корпуса из трофейной немецкой противотанковой пушки РаК 40, калибра 75 мм, показал, что его передняя часть не пробивается с дистанций более 300 м, а с дистанций более 700 м и снарядами 88-мм орудия танка PzKpfw VI «Тигр». Тем не менее, было решено увеличить толщину брони бортов до 75 мм, а башни — до 90 мм.
Создание нового танка активно поддержал и нарком НКТП В. Малышев, благодаря которому был открыт заказ на его постройку, но также установлены и довольно жесткие сроки готовности к заводским полигонным испытаниям (их должны были провести не позднее 10 января 1944 года).
Проектированием нового танка занялись конструкторы В.Волков, М.Кизин, М.Набутовский, М.Таршинов, Н.Чистяков под непосредственным руководством А.Морозова. Танк получил индекс Т-44 и проектировался под установку пушек калибра от 85 до 122 мм. А.Морозов неоднократно подчеркивал, что Т-44 должен стать машиной абсолютно нового типа, так как по массе он должен был оставаться средним, а по вооружению и бронированию – соответствовать тяжелым танкам того времени.
На новой машине применили не только поперечное расположение двигателя, но и целый ряд других технических новинок, которые будучи внедренными по отдельности, на разных танках, не дали бы ощутимого эффекта, зато в совокупности сделали конструкцию Т-44 такой, которая на десятилетия определила развитие отечественной бронетанковой техники.
Первый прототип Т-44 был готов досрочно – к 1 января 1944 года. Его испытания прошли также в январе и в целом окончились успешно. За период испытаний танк прошел без серьезных поломок более 1100 км. Обстрел его броневого корпуса из трофейной немецкой противотанковой пушки РаК 40, калибра 75 мм, показал, что его передняя часть не пробивается с дистанций более 300 м, а с дистанций более 700 м и снарядами 88-мм орудия танка PzKpfw VI «Тигр». Тем не менее, было решено увеличить толщину брони бортов до 75 мм, а башни — до 90 мм.
Опытный танк Т-44 с 122-мм пушкой Д-25 с увеличенной башней. Видна башенка механика-водителя
Опытный танк Т-44 с 85-мм пушкой Д-5Т
В феврале 1944 года были изготовлены два опытных Т-44, вооруженных соответственно 85 мм пушкой Д-5Т и 122 мм пушкой Д-25Т-44 (танки с 85 мм пушкой должны были стать обычными – «линейными», а со 122 мм пушкой – танками артиллерийского усиления), которые отличались, размерами и конфигурацией башен. Они испытывались совместно с Т-34 и трофейным танком PzKpfw V «Пантера» в феврале-марте 1944 года и опять продемонстрировали надежность своих механизмов и узлов.
Т-44 был легче обоих указанных образцов, а его броневая защита в лобовой части оказалась не хуже чем у «Пантеры», которая являлась скорее тяжелым танком, хотя в Германии и считалась средним. При этом вооружение Т-44 соответствовало уровню советского тяжелого танка ИС и немецкого «Тигра» и могло быть в будущем еще усилено за счет новой башни.
Т-44 был легче обоих указанных образцов, а его броневая защита в лобовой части оказалась не хуже чем у «Пантеры», которая являлась скорее тяжелым танком, хотя в Германии и считалась средним. При этом вооружение Т-44 соответствовало уровню советского тяжелого танка ИС и немецкого «Тигра» и могло быть в будущем еще усилено за счет новой башни.
Танки Т-44-122 и Т-V «Пантера» на сравнительных испытаниях
Ширина корпуса Т-44 была выбрана из расчета установки башни с кругом обслуживания 1800 мм, длина была почти аналогична длине корпуса Т-34, а высота была максимально сокращена и составляла всего 830 мм в передней части и 965 мм в кормовой. Верхний лобовой лист корпуса расположили под углом 60 градусов. Отказались от громоздких надгусеничных ниш — боковые стенки корпуса стали вертикальными.
В результате сдвига башни назад на подбашенном листе освободилось место для люка-лаза механика-водителя, где его и разместили. Таким образом, водителю обеспечили прекрасный обзор в положении «по-походному», соответственно улучшилась и управляемость. Попутно избавились и от захлестывания механика-водителя водой при движении по броду, как это было на Т-34 (для улучшения обзора механикам-водителям Т-34 приходилось обычно совершать марши с открытым люком).
На первых опытных машинах над местом механика-водителя была сделана прямоугольная башенка в передней части, которой имелся смотровой люк-пробка. Но позже, на серийных машинах, от нее отказались, и для механика оставили только небольшую смотровую щель в лобовом листе, закрытую триплексом, а на крыше корпуса – перископ.
Из экипажа исключили стрелка-радиста, так как из-за плохого обзора стрельба из курсового пулемета была малоэффективна, а передача радиосообщений через члена экипажа снижала оперативность связи. Функции радиста передали командиру, а на месте радиста поставили топливный бак и разместили боезапас для пушки. Соответственно исчез и курсовой пулемет в шаровой установке. Правда, на части танков Т-44 выпуска после 1945 года курсовой пулемет опять устанавливался, но жестко закрепленным в лобовом листе, справа от механика-водителя, который вел из него неприцельный огонь.
Как уже упоминалось выше, для увеличения объема боевого отделения и обеспечения возможности установки башни с диаметром погона до 1800 мм (против 1580 мм у Т-34/85), была существенно сокращена длина МТО (за счет установки двигателя поперек корпуса — параллельно КПП, а также более рационального и плотного размещения его агрегатов).
Это позволило получить размеры боевого отделения, допускающие возможность установки в нем вооружения калибром до 122 мм включительно, а также сместить башню назад, так что ось ее вращения почти совпадала с центром корпуса. Здесь угловые колебания машины были наименьшими. В результате повышалась точность стрельбы из танковой пушки и снижалась утомляемость экипажа. Меньше была и вероятность утыкания длинного ствола в грунт при движении по пересеченной местности (военные вообще периодически требовали от конструкторов, чтобы пушка не выходила за габариты корпуса).
Большая часть боеукладки – 44 выстрела, располагалась в специальном стеллаже, в правой передней части корпуса. Еще 16 выстрелов было размещено в башне (12 – в кормовой нише, 4 – на правом борту), а последние пять у левого борта корпуса. Пулеметные диски также находились в корпусе.
122 мм орудие Д-25Т-44, устанавливающееся на Т-44, существенно отличалось от обычного Д-25-Т, которое имело раздельное заряжание (снаряд и метательный заряд заряжались в него по отдельности). Во-первых, на Д-25Т-44 была несколько уменьшена длина ствола, во-вторых, для него был разработан специальный унитарный выстрел со сниженным примерно на 3% пороховым зарядом. Предполагалось, что это повысит скорострельность орудия в танке.
Первые испытания Т-44 со 122 мм орудием проходили в феврале-марте 1944 года, но окончились неудачно: орудие вышло из строя, и было возвращено на завод. В апреле испытания возобновились, однако выяснилось, что повышения скорострельности за счет унитарного заряжания добиться не удается. Наоборот, большая масса и размер унитарного выстрела сильно осложняли работу экипажа. Заряжать пушку, ввиду ее низкой посадки и недостаточного «заднего отрезка» даже в башне с погоном в 1800 мм, было очень сложно. В случае же раздельного заряжания скорострельность составляла всего 1 выстр./мин. К тому же, боекомплект из 24 единиц 122-мм выстрелов был совершенно недостаточным для среднего танка и тех задач, которые перед ним ставились.
Планировавшийся для установки на Т-44 двигатель В-2-44 мощностью 520 л.с. (доработанный дизель В-2ИС), оснастили улучшенной топливной аппаратурой. Водяной и масляный радиаторы поставили горизонтально, под крышей МТО, в однородном воздушном потоке. Крыша МТО поворачиваясь на петлях вместе с радиаторами, открывая хороший доступ как к двигателю и его оборудованию, так и ко всем элементам трансмиссии. Питание двигателя производилось от трех топливных баков общей емкостью 420 л, расположенных в специальных отсеках моторной перегородки.
Высоту МТО дополнительно уменьшили, перенеся воздухоочиститель (нового типа) из развала цилиндров двигателя к борту. На месте вентилятора, на Т-34 выступавшего за габариты картера, поставили компактный маховик. Это дало возможность смонтировать двигатель на низкой, жесткой, но легкой моторной раме. В итоге высота корпуса, по сравнению с Т-34/85, уменьшилась на 300 мм.
Механическая силовая передача, состояла из гитары, главного фрикциона, пятискоростной КПП, бортовых фрикционов с ленточными тормозами и бортовых редукторов. За исключением гитары и КПП все агрегаты были такие же, как на Т-34.
Ходовая часть имела торсионную подвеску уже опробованную на Т-43, но гусеницы новой машины остались такими же, как на Т-34, кстати «сорокчетверка» стала последним советским средним танком с гусеницами гребневого зацепления.
Как уже упоминалось, в результате проведенных испытаний выяснилось, что пушка 122 мм калибра для Т-44 по целому ряду причин не пригодна. Поэтому позже третий опытный образец Т-44 был перевооружен пушкой ЗИС-С-53 калибра 85-мм, принятой для Т-34/85 (вместо 122 мм пушки Д-25-44) и, получив улучшенную трансмиссию, успешно прошел испытания в марте 1944 года.
В июне 1944 года были изготовлены два следующих экземпляра Т-44 (эталонных) с двигателем В-2-34М и пушкой ЗИС-С-53, которые в основном повторяли конструкцию февральских машин, незначительно отличаясь от них в некоторых деталях. А к августу 1944 года был готов «улучшенный» Т-44А. Новый танк получил цельнолитую башню с «улучшенной» защитой (лоб толщиной 110 мм, борт – 80 мм), лобовую броню корпуса, доведенную до 90 мм и планетарную трансмиссию.
Производство Т-44 планировалось наладить в освобожденном 23 августа 1943 года Харькове, на территории ХПЗ, имевшего относительно небольшие разрушения и который, по мнению НКТБ, возможно было восстановить в кратчайшие сроки. В соответствии с Постановлением ГКО, здесь организовывался танковый завод №75 с задачей выпуска до 300 танков Т-44 в месяц. Эвакуировавшийся из Харькова завод №183 в Нижнем Тагиле продолжал налаженное производство Т-34/85. Для этого на территорию ХПЗ реэвакуировался из Кирова завод № 38, с оборудованием и личным составом, в том числе и имевшимся там КБ, под руководством создателя самоходной пушки СУ-76 М.Щукина. В сентябре в Харькове начались работы по сборке первого серийного Т-44А. Производство узлов танка велось на месте, но корпуса и башни поступали с УВЗ, а дизели с ЧКЗ, что естественно вызывало постоянные задержки. В ноябре 1944 года из цехов харьковского завода, вышли первые пять танков Т-44А, а в декабре еще 20, которые были отправлены в танковые училища. С начала 1945 года производство танков Т-44А, ведущееся в Харькове под названием «Т-44 первой серии», удалось в основном отладить и оно пошло нарастающими темпами. Тем временем А.Морозов в Нижнем Тагиле продолжал совершенствовать Т-44. Для увеличения снарядостойкости лобового листа корпуса была вообще ликвидирована выступающая башенка водителя, одновременно были внесены изменения и в технологию его изготовления.
Опытный танк, получивший название Т-44Б, был окончен 20 ноября 1944 года. Кроме монолитного переднего листа, он получил упрочненное днище, новую двигательную установку В-2-44 с системой охлаждения и питания, а также орудие ЗИС-С-53 с увеличенным боекомплектом. Незадолго до нового 1945 года танк был отправлен в Кубинку (Научно-исследовательский испытательный бронетанковый полигон), где успешно прошел Государственные испытания.
В результате сдвига башни назад на подбашенном листе освободилось место для люка-лаза механика-водителя, где его и разместили. Таким образом, водителю обеспечили прекрасный обзор в положении «по-походному», соответственно улучшилась и управляемость. Попутно избавились и от захлестывания механика-водителя водой при движении по броду, как это было на Т-34 (для улучшения обзора механикам-водителям Т-34 приходилось обычно совершать марши с открытым люком).
На первых опытных машинах над местом механика-водителя была сделана прямоугольная башенка в передней части, которой имелся смотровой люк-пробка. Но позже, на серийных машинах, от нее отказались, и для механика оставили только небольшую смотровую щель в лобовом листе, закрытую триплексом, а на крыше корпуса – перископ.
Из экипажа исключили стрелка-радиста, так как из-за плохого обзора стрельба из курсового пулемета была малоэффективна, а передача радиосообщений через члена экипажа снижала оперативность связи. Функции радиста передали командиру, а на месте радиста поставили топливный бак и разместили боезапас для пушки. Соответственно исчез и курсовой пулемет в шаровой установке. Правда, на части танков Т-44 выпуска после 1945 года курсовой пулемет опять устанавливался, но жестко закрепленным в лобовом листе, справа от механика-водителя, который вел из него неприцельный огонь.
Как уже упоминалось выше, для увеличения объема боевого отделения и обеспечения возможности установки башни с диаметром погона до 1800 мм (против 1580 мм у Т-34/85), была существенно сокращена длина МТО (за счет установки двигателя поперек корпуса — параллельно КПП, а также более рационального и плотного размещения его агрегатов).
Это позволило получить размеры боевого отделения, допускающие возможность установки в нем вооружения калибром до 122 мм включительно, а также сместить башню назад, так что ось ее вращения почти совпадала с центром корпуса. Здесь угловые колебания машины были наименьшими. В результате повышалась точность стрельбы из танковой пушки и снижалась утомляемость экипажа. Меньше была и вероятность утыкания длинного ствола в грунт при движении по пересеченной местности (военные вообще периодически требовали от конструкторов, чтобы пушка не выходила за габариты корпуса).
Большая часть боеукладки – 44 выстрела, располагалась в специальном стеллаже, в правой передней части корпуса. Еще 16 выстрелов было размещено в башне (12 – в кормовой нише, 4 – на правом борту), а последние пять у левого борта корпуса. Пулеметные диски также находились в корпусе.
122 мм орудие Д-25Т-44, устанавливающееся на Т-44, существенно отличалось от обычного Д-25-Т, которое имело раздельное заряжание (снаряд и метательный заряд заряжались в него по отдельности). Во-первых, на Д-25Т-44 была несколько уменьшена длина ствола, во-вторых, для него был разработан специальный унитарный выстрел со сниженным примерно на 3% пороховым зарядом. Предполагалось, что это повысит скорострельность орудия в танке.
Первые испытания Т-44 со 122 мм орудием проходили в феврале-марте 1944 года, но окончились неудачно: орудие вышло из строя, и было возвращено на завод. В апреле испытания возобновились, однако выяснилось, что повышения скорострельности за счет унитарного заряжания добиться не удается. Наоборот, большая масса и размер унитарного выстрела сильно осложняли работу экипажа. Заряжать пушку, ввиду ее низкой посадки и недостаточного «заднего отрезка» даже в башне с погоном в 1800 мм, было очень сложно. В случае же раздельного заряжания скорострельность составляла всего 1 выстр./мин. К тому же, боекомплект из 24 единиц 122-мм выстрелов был совершенно недостаточным для среднего танка и тех задач, которые перед ним ставились.
Планировавшийся для установки на Т-44 двигатель В-2-44 мощностью 520 л.с. (доработанный дизель В-2ИС), оснастили улучшенной топливной аппаратурой. Водяной и масляный радиаторы поставили горизонтально, под крышей МТО, в однородном воздушном потоке. Крыша МТО поворачиваясь на петлях вместе с радиаторами, открывая хороший доступ как к двигателю и его оборудованию, так и ко всем элементам трансмиссии. Питание двигателя производилось от трех топливных баков общей емкостью 420 л, расположенных в специальных отсеках моторной перегородки.
Высоту МТО дополнительно уменьшили, перенеся воздухоочиститель (нового типа) из развала цилиндров двигателя к борту. На месте вентилятора, на Т-34 выступавшего за габариты картера, поставили компактный маховик. Это дало возможность смонтировать двигатель на низкой, жесткой, но легкой моторной раме. В итоге высота корпуса, по сравнению с Т-34/85, уменьшилась на 300 мм.
Механическая силовая передача, состояла из гитары, главного фрикциона, пятискоростной КПП, бортовых фрикционов с ленточными тормозами и бортовых редукторов. За исключением гитары и КПП все агрегаты были такие же, как на Т-34.
Ходовая часть имела торсионную подвеску уже опробованную на Т-43, но гусеницы новой машины остались такими же, как на Т-34, кстати «сорокчетверка» стала последним советским средним танком с гусеницами гребневого зацепления.
Как уже упоминалось, в результате проведенных испытаний выяснилось, что пушка 122 мм калибра для Т-44 по целому ряду причин не пригодна. Поэтому позже третий опытный образец Т-44 был перевооружен пушкой ЗИС-С-53 калибра 85-мм, принятой для Т-34/85 (вместо 122 мм пушки Д-25-44) и, получив улучшенную трансмиссию, успешно прошел испытания в марте 1944 года.
В июне 1944 года были изготовлены два следующих экземпляра Т-44 (эталонных) с двигателем В-2-34М и пушкой ЗИС-С-53, которые в основном повторяли конструкцию февральских машин, незначительно отличаясь от них в некоторых деталях. А к августу 1944 года был готов «улучшенный» Т-44А. Новый танк получил цельнолитую башню с «улучшенной» защитой (лоб толщиной 110 мм, борт – 80 мм), лобовую броню корпуса, доведенную до 90 мм и планетарную трансмиссию.
Производство Т-44 планировалось наладить в освобожденном 23 августа 1943 года Харькове, на территории ХПЗ, имевшего относительно небольшие разрушения и который, по мнению НКТБ, возможно было восстановить в кратчайшие сроки. В соответствии с Постановлением ГКО, здесь организовывался танковый завод №75 с задачей выпуска до 300 танков Т-44 в месяц. Эвакуировавшийся из Харькова завод №183 в Нижнем Тагиле продолжал налаженное производство Т-34/85. Для этого на территорию ХПЗ реэвакуировался из Кирова завод № 38, с оборудованием и личным составом, в том числе и имевшимся там КБ, под руководством создателя самоходной пушки СУ-76 М.Щукина. В сентябре в Харькове начались работы по сборке первого серийного Т-44А. Производство узлов танка велось на месте, но корпуса и башни поступали с УВЗ, а дизели с ЧКЗ, что естественно вызывало постоянные задержки. В ноябре 1944 года из цехов харьковского завода, вышли первые пять танков Т-44А, а в декабре еще 20, которые были отправлены в танковые училища. С начала 1945 года производство танков Т-44А, ведущееся в Харькове под названием «Т-44 первой серии», удалось в основном отладить и оно пошло нарастающими темпами. Тем временем А.Морозов в Нижнем Тагиле продолжал совершенствовать Т-44. Для увеличения снарядостойкости лобового листа корпуса была вообще ликвидирована выступающая башенка водителя, одновременно были внесены изменения и в технологию его изготовления.
Опытный танк, получивший название Т-44Б, был окончен 20 ноября 1944 года. Кроме монолитного переднего листа, он получил упрочненное днище, новую двигательную установку В-2-44 с системой охлаждения и питания, а также орудие ЗИС-С-53 с увеличенным боекомплектом. Незадолго до нового 1945 года танк был отправлен в Кубинку (Научно-исследовательский испытательный бронетанковый полигон), где успешно прошел Государственные испытания.
Танк Т-44Б
С 1 марта в Харькове началось его серийное производство (Т-44 «валовой серии» или Т-44Б). Согласно плану НКТП до конца 1945 года должно было быть изготовлено 850 штук Т-44Б при общем заказе в 1200 шт. По некоторым данным до конца войны в Европе успели выпустить 190 машин, однако в боевых действиях они участия не принимали, так как еще считались «ограниченно годными» (МП, торсионные валы, бортовые передачи работали ненадежно). Вплоть до конца мая Т-44 сдавались лишь в учебные подразделения, и только в июне первая партия новых танков была отгружена в войска, а в августе танковая часть, оснащенная новыми машинами, отправилась на Дальний Восток в действующую армию. Однако в боях они участия не принимали.
Всего в 1945 году заводом № 75 было изготовлено 880 танков Т-44Б, но уже к концу 1945 года было принято решение о прекращении как работ по данному танку, так и его серийного производства. Тем не менее, ограниченное производство Т-44Б продолжалось еще весь 1946 год, в течение которого было собрано 718 танков. Таким образом, всего в 1944-1946 годах был выпущен 1631 танк (в том числе 8 опытных на заводе №183 в Нижнем Тагиле).
Так и не был запущен в серию и остался только в опытных образцах уже подготовленный к производству Т-44Б вооруженный 100 мм пушкой. Разработка этой машины была вызвана появлением в конце войны немецких танков и самоходок со значительно усиленной бронезащитой. Для уверенной борьбы с ними мощности 85 мм пушки, которой были вооружены советские средние танки, уже не доставало.
В 1945 году были построены два опытных танка Т-44-100 с пушкой ЛБ-1 (ЛБ расшифровывается как Лаврентий Берия, который в то время был заместителем председателя Государственного Комитета Обороны и ведал вопросами вооружения). Борта и ходовую часть танка прикрыли стальными противокумулятивными экранами толщиной 6 мм. Вес танка достиг 34 т, то есть возрос на 3 т по сравнению с серийным Т-44. Для борьбы с низколетящими самолетами установили зенитный пулемет – ДШК на турели над люком заряжающего. Боекомплект пушки составлял 36 выстрелов. Испытания танка закончились в целом успешно, хотя военных смущало наличие на стволе орудия дульного тормоза, а также снижение маневренности Т-44-100.
В результате Т-44-100 не был допущен до Государственных испытаний и работы над ним были прекращены. Связано это было не только с присущими им конструктивными недостатками и окончанием боевых действий. Основная причина состояла в том, что в 1945 году уже был готов проект нового среднего танка с таким же мощным вооружением, но превосходящий Т-44-100 по всем остальным параметрам. Этим танком был будущий Т-54.
Боевое крещение Т-44
Как уже упоминалось, в Европу, до окончания войны, Т-44 попасть не успели. Поэтому «боевым» крещением Т-44 можно считать 1956 год, когда советские части, оснащенные этими танками, были введены в Венгрию для «подавления антиправительственного мятежа». Кстати, в Венгрии «сорокчетверкам» пришлось повоевать со своим «прародителем» Т-34/85 – повстанцы в Будапеште захватили пять «тридцатьчетверок» Венгерской народной армии, которые затем принимали участие в боях с советскими частями, вошедшими в город.
Вооруженное восстание в Будапеште началось 23 октября 1956 года. Рассчитывать на помощь венгерской армии не приходилось, из 26 тыс. человек личного состава венгерской народной армии половина – 12 тыс. поддерживали повстанцев. Вечером того же дня командир Особого корпуса советских войск расквартированного на венгерской территории с 1955 года, получил приказ о выдвижении в Будапешт.
Всего в 1945 году заводом № 75 было изготовлено 880 танков Т-44Б, но уже к концу 1945 года было принято решение о прекращении как работ по данному танку, так и его серийного производства. Тем не менее, ограниченное производство Т-44Б продолжалось еще весь 1946 год, в течение которого было собрано 718 танков. Таким образом, всего в 1944-1946 годах был выпущен 1631 танк (в том числе 8 опытных на заводе №183 в Нижнем Тагиле).
Так и не был запущен в серию и остался только в опытных образцах уже подготовленный к производству Т-44Б вооруженный 100 мм пушкой. Разработка этой машины была вызвана появлением в конце войны немецких танков и самоходок со значительно усиленной бронезащитой. Для уверенной борьбы с ними мощности 85 мм пушки, которой были вооружены советские средние танки, уже не доставало.
В 1945 году были построены два опытных танка Т-44-100 с пушкой ЛБ-1 (ЛБ расшифровывается как Лаврентий Берия, который в то время был заместителем председателя Государственного Комитета Обороны и ведал вопросами вооружения). Борта и ходовую часть танка прикрыли стальными противокумулятивными экранами толщиной 6 мм. Вес танка достиг 34 т, то есть возрос на 3 т по сравнению с серийным Т-44. Для борьбы с низколетящими самолетами установили зенитный пулемет – ДШК на турели над люком заряжающего. Боекомплект пушки составлял 36 выстрелов. Испытания танка закончились в целом успешно, хотя военных смущало наличие на стволе орудия дульного тормоза, а также снижение маневренности Т-44-100.
В результате Т-44-100 не был допущен до Государственных испытаний и работы над ним были прекращены. Связано это было не только с присущими им конструктивными недостатками и окончанием боевых действий. Основная причина состояла в том, что в 1945 году уже был готов проект нового среднего танка с таким же мощным вооружением, но превосходящий Т-44-100 по всем остальным параметрам. Этим танком был будущий Т-54.
Боевое крещение Т-44
Как уже упоминалось, в Европу, до окончания войны, Т-44 попасть не успели. Поэтому «боевым» крещением Т-44 можно считать 1956 год, когда советские части, оснащенные этими танками, были введены в Венгрию для «подавления антиправительственного мятежа». Кстати, в Венгрии «сорокчетверкам» пришлось повоевать со своим «прародителем» Т-34/85 – повстанцы в Будапеште захватили пять «тридцатьчетверок» Венгерской народной армии, которые затем принимали участие в боях с советскими частями, вошедшими в город.
Вооруженное восстание в Будапеште началось 23 октября 1956 года. Рассчитывать на помощь венгерской армии не приходилось, из 26 тыс. человек личного состава венгерской народной армии половина – 12 тыс. поддерживали повстанцев. Вечером того же дня командир Особого корпуса советских войск расквартированного на венгерской территории с 1955 года, получил приказ о выдвижении в Будапешт.
Танк Т-44Б в Будапеште, 1956 г.
Первой в бой на улицах Будапешта вступила 2-я гвардейская механизированная дивизия (командир генерал-майор С.Лебедев), потеряв за день 4 танка и 4 бронетранспортера. К исходу 24 октября численность советских частей, вошедших в Будапешт, не превышала одной дивизии (около 6 тыс. человек, 290 танков, 120 бронетранспортеров и 156 орудий).
Но утром 25 октября к Будапешту подошла 33-я гвардейская механизированная дивизия, переброшенная из Румынии, в ее состав входил 71-й гвардейский танковый полк, вооруженный танками Т-44. А к вечеру 128-я гвардейская стрелковая дивизия, которые сразу же были включены в состав Особого корпуса. К этому времени сопротивление повстанцев усилилось, что было связано с инцидентом, произошедшим у здания парламента. Здесь погиб советский офицер, сгорел танк.
На утро 28 октября был запланирован штурм центра столицы. Однако 29 октября советские войска получили приказ о прекращении огня. 31 октября правительство И. Надя потребовало немедленного вывода советского воинского контингента из Будапешта. Это требование было выполнено, и к 31 октября все советские соединения и части были сосредоточены в 15-20 км от столицы.
1 ноября венгерское правительство заявило о выходе из Варшавского Договора, а также о нейтралитете страны и необходимости вывода советских войск за пределы страны. Реакция последовала незамедлительно. Высшее политическое руководство стран Варшавского Договора приняло решение об оказании Венгрии «военной помощи».
4 ноября 1956 года начался штурм Будапешта – операция под кодовым наименованием «Вихрь». К этому времени вокруг столицы Венгрии повстанцы создали оборонительный пояс, усиленный сотнями зенитных орудий. В населенных пунктах, прилегающих к городу, появились заставы с танками и артиллерией. Важнейшие объекты города были заняты вооруженными отрядами, общая численность которых достигала 50 тыс. человек. В распоряжении повстанцев находилось около 100 танков.
Главную роль в уличных боях в Будапеште сыграла 33-я Херсонская Краснознаменная дважды ордена Суворова гвардейская механизированная дивизия (в ее состав входил 71-й гвардейский танковый полк, вооруженный танками Т-44), которой для усиления был придан 100-й танковый полк (вооруженный танками ИС-3). Ранним утром 4 ноября главные силы 33-й и 2-й гвардейских механизированных дивизий с ходу ворвались в Будапешт и за день овладели мостами через Дунай, аэродромом Будаеш, захватив при этом почти все танки мятежников, 15 орудий и 22 самолета.
Танки пушечным огнем и тараном проделывали проходы в баррикадах, построенных на улицах Будапешта, пробивая проходы пехоте и десантникам. О масштабе боев свидетельствует тот факт, что 5 ноября штурм узла сопротивления в кинотеатре «Корвин» в котором участвовали части 33-й гвардейской механизированной дивизии, начался после артиллерийского налета, в котором принимали участие 170 орудий и минометов. С трех сторон несколько десятков танков расстреливали уцелевшие огневые точки. Только к вечеру советские войска овладели этим кварталом. К 11 ноября разгромом вооруженных отрядов в Чепеле и Буде были завершены боевые действия в Будапеште.
О тяжести боев свидетельствует то, что только 33-я гвардейская механизированная дивизия потеряла 14 танков и САУ (возможно в их числе были и Т-44 из 71-го гвардейского танкового полка), 9 бронетранспортеров, 13 орудий, 4 установки БМ-13, 31 автомобиль и 5 мотоциклов.
После 1956 года Т-44 в боевых действиях участия не принимали (во всяком случае, автору об этом не известно). Позднее, во время обострения советско-китайских отношений, часть из них в числе других устаревших танков была переправлена к китайской границе в Забайкалье и Среднюю Азию, где их использовали для строительства ДОТов.
Вообще же прослужили «сорокчетверки» довольно долго, пережив за это время несколько модернизаций. С 1961 года танки Т-44 проходили модернизацию, которая заключалась в замене агрегатов трансмиссии и ходовой части на агрегаты танка Т-54. На них устанавливались дизель В-54 мощностью 520 л.с., гитара измененной конструкции, новый главный фрикцион, пятискоростная коробка передач с синхронизаторами, что позволяло увеличить скорость танка до 57 км/ч.
Так же как и на Т-54, монтировались двухступенчатые планетарные механизмы поворота (ПМП). Машина получала цевочное зацепление гусеницы, вследствие чего замялись траки и конструкция ведущего и направляющего колес. Корпус же, башня и вооружение изменению практически не подверглись, за исключением того, что боекомплект пушки был увеличен до 61 выстрела. Механик-водитель получил прибор ночного видения. Но зенитного пулемета танк не имел. Такая модернизированная машина получала обозначение Т-44М.
В 1963 году часть Т-44М была переделана в командирские танки. Они оснащались двумя радиостанциями, что привело к уменьшению боекомплекта до 46 выстрелов и демонтажу курсового пулемета. Эта машина получила обозначение Т-44МК.
При следующей модернизации, проведенной в 1966 году, на танк устанавливался двухплоскостной стабилизатор пушки, также был увеличен запас хода. Такой танк стал называться Т-44С.
Необходимо отметить, что, несмотря на принципиальную техническую новизну, по воспоминаниям танкистов в своем окончательном виде «сорокчетверка», по степени надежности, ремонтопригодности, объему технического обслуживания и ресурсу была аналогична своему предшественнику Т-34/85 – «рабочей лошадке» танковых войск, прошедшей всю Великую отечественную войну с начала до конца.
После войны, по всей вероятности из соображений секретности, наличие у советской армии нового среднего танка не афишировалось. Т-44 не участвовал, в послевоенных парадах (на страх бывшим союзникам), как например тяжелый ИС-3, не часто он попадал и на страницы газет и журналов. Тем не менее, именно он, как в свое время и Т-34, стал заметной вехой в развитии мирового танкостроения и основой для разработки советских машин следующего послевоенного поколения – Т-54, Т-55 и Т-62.
/Сергей Шумилин, naukatehnika.com/
Но утром 25 октября к Будапешту подошла 33-я гвардейская механизированная дивизия, переброшенная из Румынии, в ее состав входил 71-й гвардейский танковый полк, вооруженный танками Т-44. А к вечеру 128-я гвардейская стрелковая дивизия, которые сразу же были включены в состав Особого корпуса. К этому времени сопротивление повстанцев усилилось, что было связано с инцидентом, произошедшим у здания парламента. Здесь погиб советский офицер, сгорел танк.
На утро 28 октября был запланирован штурм центра столицы. Однако 29 октября советские войска получили приказ о прекращении огня. 31 октября правительство И. Надя потребовало немедленного вывода советского воинского контингента из Будапешта. Это требование было выполнено, и к 31 октября все советские соединения и части были сосредоточены в 15-20 км от столицы.
1 ноября венгерское правительство заявило о выходе из Варшавского Договора, а также о нейтралитете страны и необходимости вывода советских войск за пределы страны. Реакция последовала незамедлительно. Высшее политическое руководство стран Варшавского Договора приняло решение об оказании Венгрии «военной помощи».
4 ноября 1956 года начался штурм Будапешта – операция под кодовым наименованием «Вихрь». К этому времени вокруг столицы Венгрии повстанцы создали оборонительный пояс, усиленный сотнями зенитных орудий. В населенных пунктах, прилегающих к городу, появились заставы с танками и артиллерией. Важнейшие объекты города были заняты вооруженными отрядами, общая численность которых достигала 50 тыс. человек. В распоряжении повстанцев находилось около 100 танков.
Главную роль в уличных боях в Будапеште сыграла 33-я Херсонская Краснознаменная дважды ордена Суворова гвардейская механизированная дивизия (в ее состав входил 71-й гвардейский танковый полк, вооруженный танками Т-44), которой для усиления был придан 100-й танковый полк (вооруженный танками ИС-3). Ранним утром 4 ноября главные силы 33-й и 2-й гвардейских механизированных дивизий с ходу ворвались в Будапешт и за день овладели мостами через Дунай, аэродромом Будаеш, захватив при этом почти все танки мятежников, 15 орудий и 22 самолета.
Танки пушечным огнем и тараном проделывали проходы в баррикадах, построенных на улицах Будапешта, пробивая проходы пехоте и десантникам. О масштабе боев свидетельствует тот факт, что 5 ноября штурм узла сопротивления в кинотеатре «Корвин» в котором участвовали части 33-й гвардейской механизированной дивизии, начался после артиллерийского налета, в котором принимали участие 170 орудий и минометов. С трех сторон несколько десятков танков расстреливали уцелевшие огневые точки. Только к вечеру советские войска овладели этим кварталом. К 11 ноября разгромом вооруженных отрядов в Чепеле и Буде были завершены боевые действия в Будапеште.
О тяжести боев свидетельствует то, что только 33-я гвардейская механизированная дивизия потеряла 14 танков и САУ (возможно в их числе были и Т-44 из 71-го гвардейского танкового полка), 9 бронетранспортеров, 13 орудий, 4 установки БМ-13, 31 автомобиль и 5 мотоциклов.
После 1956 года Т-44 в боевых действиях участия не принимали (во всяком случае, автору об этом не известно). Позднее, во время обострения советско-китайских отношений, часть из них в числе других устаревших танков была переправлена к китайской границе в Забайкалье и Среднюю Азию, где их использовали для строительства ДОТов.
Вообще же прослужили «сорокчетверки» довольно долго, пережив за это время несколько модернизаций. С 1961 года танки Т-44 проходили модернизацию, которая заключалась в замене агрегатов трансмиссии и ходовой части на агрегаты танка Т-54. На них устанавливались дизель В-54 мощностью 520 л.с., гитара измененной конструкции, новый главный фрикцион, пятискоростная коробка передач с синхронизаторами, что позволяло увеличить скорость танка до 57 км/ч.
Так же как и на Т-54, монтировались двухступенчатые планетарные механизмы поворота (ПМП). Машина получала цевочное зацепление гусеницы, вследствие чего замялись траки и конструкция ведущего и направляющего колес. Корпус же, башня и вооружение изменению практически не подверглись, за исключением того, что боекомплект пушки был увеличен до 61 выстрела. Механик-водитель получил прибор ночного видения. Но зенитного пулемета танк не имел. Такая модернизированная машина получала обозначение Т-44М.
В 1963 году часть Т-44М была переделана в командирские танки. Они оснащались двумя радиостанциями, что привело к уменьшению боекомплекта до 46 выстрелов и демонтажу курсового пулемета. Эта машина получила обозначение Т-44МК.
При следующей модернизации, проведенной в 1966 году, на танк устанавливался двухплоскостной стабилизатор пушки, также был увеличен запас хода. Такой танк стал называться Т-44С.
Необходимо отметить, что, несмотря на принципиальную техническую новизну, по воспоминаниям танкистов в своем окончательном виде «сорокчетверка», по степени надежности, ремонтопригодности, объему технического обслуживания и ресурсу была аналогична своему предшественнику Т-34/85 – «рабочей лошадке» танковых войск, прошедшей всю Великую отечественную войну с начала до конца.
После войны, по всей вероятности из соображений секретности, наличие у советской армии нового среднего танка не афишировалось. Т-44 не участвовал, в послевоенных парадах (на страх бывшим союзникам), как например тяжелый ИС-3, не часто он попадал и на страницы газет и журналов. Тем не менее, именно он, как в свое время и Т-34, стал заметной вехой в развитии мирового танкостроения и основой для разработки советских машин следующего послевоенного поколения – Т-54, Т-55 и Т-62.
/Сергей Шумилин, naukatehnika.com/
Метки: #Немного из истории #Т-43 и Т-44 #Танки Александра Морозова
Как же иногда криворуко авторы копипастят статьи! Неужели нет времени на проверку?
Данные как бы еще довоенные судя по датам, так что работа по танку велась в штатном режиме без авралов.
ну да,конечно. НИОКР велись практически непрерывно.
Что Т-34 осталась на конвейере до 1945 года виноваты обстоятельства(ВОВ)
А на вооружении братских стран аж до 10х годов нынешнего века.
Так, The Military Balance 2018 сообщает, что в армии Гвинейской Республики до сих пор эксплуатируется 30 подобных бронемашин. Они составляют основу бронетанковых войск: помимо трех десятков Т-34 у Гвинеи есть всего 15 плавающих танков ПТ-76 и 8 Т-54. Соседняя Республика Гвинея-Бисау имеет меньшую армию и немногочисленные танковые войска. Она продолжает эксплуатировать 10 танков Т-34-85. В отличие от соседней страны, эти машины уступают по численности более новым ПТ-76 – последних насчитывается 15 единиц.
Тпк что боевоть путь их далеко не окончен
т 34 оставалась в строю до 65 годов.