Совсем озверели: Крокодилы, кабаны и обезьяны объявили нам войну. Никто не знает, как их остановить (4 фото)

Первое нападение случилось в середине 1990-х. Самец шимпанзе, которого окрестили Саддам, набросился на ребенка из деревни на краю национального парка Кибале в Уганде. Ходили слухи, что он мстит за убитого детеныша. В это было нетрудно поверить: на обезьян часто охотились, а их леса вырубали под посевы.
Шимпанзе действовал с поразительной сноровкой и наглостью. Он научился незаметно подкрадываться к детям, когда взрослые были совсем рядом. Одного ребенка украл прямо со спины матери, которая копала маниоку, другого — когда женщина отвернулась, чтобы набрать проса. За несколько лет обезьяна покалечила не меньше пяти младенцев. Еще два ребенка погибли. Когда нашли их тела, они оказались частично съедены.
Никто не знал точно, что именно толкнуло Саддама на тропу войны. В отличие от других шимпанзе, он был одиночкой. Биологи из национального парка подозревали, что вся его стая погибла. Скорее всего, часть сородичей Саддама перебили браконьеры, а уцелевшие умерли от голода, когда крестьяне уничтожили их лес. Выжил только он.
Летом 1998 года шимпанзе-убийцу отыскал опытный следопыт Катиба Део. "Через ружейный прицел я смотрел на приближающегося Саддама, — вспоминал американский студент-биолог Дэвид Голденберг, которого Део взял с собой в качестве стрелка. — Достаточно было нажать на спусковой крючок — и все. Но я оцепенел и смотрел, как он бежит прямо на меня. Когда до него оставались считанные метры, я приготовился к худшему, но Саддам внезапно свернул направо и с шумом скрылся в лесу. Больше я его не видел".
Через несколько месяцев шимпанзе растерзал полуторагодовалую девочку. На месте убийства собралась разъяренная толпа, кто-то привел собак, которые без труда взяли кровавый след. Егерь с ружьем и несколько местных охотников, вооруженных простыми копьями, всю ночь преследовали Саддама. К рассвету они вышли к болоту, где прятался шимпанзе, и окружили его со всех сторон.
Ученые узнали про облаву с опозданием и не застали расправы. К тому времени, когда они приехали, обезьяну успели ранить. Затем умирающее животное застрелили. Саддам погиб, но война с обезьянами только начиналась.

Вырубка лесов повлекла конфликт с шимпанзе не только в окрестностях Кибалы. Уцелевшие приматы ютятся в тесных зарослях, которые не способны их прокормить, и вынуждены воровать еду у людей — иначе просто не выжить. В ноябре журнал National Geographic рассказывал про деревню Куамаджака на западе Уганды, которую осаждают обезьяны из соседней эвкалиптовой рощи. Они объедают посевы, безмолвно ходят по улицам и заглядывают в окна. Местные жители обходят их стороной — им не понаслышке известно, насколько сильны и жестоки эти животные.
В 2014 году крупный шимпанзе утащил двухлетнего ребенка, который жил в деревне. Мать была рядом, но ненадолго отвлеклась. Примат воспользовался случаем, подхватил ее сына и бросился прочь. Когда шимпанзе догнали, он ударил мальчика головой о землю, оторвал ему руку и вырвал почку. Покалеченный ребенок умер по дороге в региональную больницу. В соседнем селе Мухороро похожий случай был в 2017 году. Там шимпанзе унесли маленькую девочку, вспороли ей живот и бросили умирать в луже крови.
В Индии похожая ситуация сложилась с макаками-резус. Они перестали бояться людей и атакуют не только детей, но и взрослых. Это рассказ о нескольких убийствах, которые совершили эти животные. В 2018 году макака-резус украла новорожденного из дома в штате Орисса и утопила его в колодце. Другой младенец погиб в Уттар-Прадеше: примат вырвал его из рук у матери, а когда люди погнались за ним с палками, укусил за голову и бросил. В том же штате макаки забросали кирпичами 72-летнего старика, который пришел в лес за валежником. А в мае сообщалось о массовых протестах в штате Мадхья-Прадеш, которые начались после того, как макака убила одного человека и ранила еще нескольких.
Местные жители утверждают, что обезьяны стали нападать на людей лишь несколько лет назад, и связывают это с увеличением численности животных. Бороться с макаками своими силами они не могут, так как эти животные находятся под защитой властей. В Уганде убивать шимпанзе тоже запрещено.

В тот роковой день Марио Да Крус шел по пляжу, на котором играли дети, и совершенно не ожидал того, что последует дальше. "Внезапно из воды вышли несколько крокодилов, — рассказывает Крус. — Я запаниковал и бросился бежать, но один из них схватил меня за ногу зубами. Другой напал на маленького ребенка". Мужчина сумел вырваться, но не успел помочь мальчику. Огромные рептилии убили его у него на глазах.
Раньше в Восточном Тиморе не случалось ничего подобного. Этот небольшой остров величиной с треть Московской области располагается в Индийском океане между Индонезией и Австралией. Крокодилы водились там всегда, но почти не нападали на людей. Все изменилось около 15 лет назад.
Биологи Себастьян Брекхейн и Грэм Уэбб подсчитали, что до 2007 года на острове фиксировали не больше одного нападения в год. С тех пор атаки участились в 24 раза, причем в половине случаев они заканчиваются гибелью человека. Местным жителям некуда деваться — избежать водоемов с рептилиями невозможно. К ним ходят за водой, там ловят рыбу и стирают белье, в них моются.
И это еще полбеды. Настоящая проблема заключается в том, что тиморцы любят и почитают крокодилов. Главная легенда острова повествует о древней рептилии, которая подружилась с человеком и пожертвовала ради него жизнью. Местные жители зовут крокодилов "дедушками", считают их своими предками и верят, что хорошим людям они не страшны. Из-за этого пострадавшие стыдятся рассказывать о нападениях, поскольку в глазах окружающих это равносильно признанию вины.
Согласно местным поверьям, крокодилы кусают только тех, кто заслуживает наказания. Министр рыбного хозяйства Восточного Тимора назвал их природными судьями. По его словам, они справедливы и, в отличие от людей, не ошибаются. А раз так — зачем же с ними бороться? "Народ считает этих крокодилов нашими предками, а предки просто так нападать не станут, — объясняет министр иностранных дел острова Деметрио Карвальо. — Наши дедушки нас не убьют".

Несмотря на опасность, тиморцы не могут, да и не хотят менять свои привычки. "Мы видели, как люди в деревне пользуются водой, прыгают в реку и совершенно не беспокоятся о крокодилах, — говорит австралийский биолог Юсукэ Фукуда. — А ведь они знают, что крокодилы там есть, но думают, что это хорошие местные крокодилы".
Фукуда и его коллега Сэм Бэнкс приехали на Восточный Тимор, чтобы проверить, нет ли в этом мнении доли правды. "Плохие" рептилии действительно могут оказаться чужаками. Специалисты полагают, что агрессивные крокодилы могли приплыть на остров из других мест — например, из соседней Австралии, Папуа — Новой Гвинеи или Индонезии.
Это вполне реально: гребнистый крокодил из австралийской Северной территории способен преодолеть 600 километров и добраться до острова всего за пару недель. Более того, крокодилов, плывущих в направлении Восточного Тимора, неоднократно видели с нефтяных платформ у северного побережья Австралии. "После многодневного заплыва они очень голодны и встречаться с ними опасно", — предполагает Фукуда.
Чтобы проверить эту гипотезу, Фукуда и Бэнкс обошли остров с четырехметровым шестом с иглой на конце. Странный инструмент предназначался для сбора проб ДНК. Биологи подкрадывались к крокодилам сзади и метили иглой в мясистую часть хвоста. "Это не такое безумное занятие, как может показаться, — уверяет Бэнкс. — Шест длинный, а они, когда их колют, обычно вздрагивают и бросаются наутек".
В 18 образцах, которые собрали биологи, не оказалось ДНК крокодилов, которые прибыли на остров из Австралии или других мест. Ученые полагают, что делать выводы рано, и намерены продолжить работу. Тем временем люди продолжают гибнуть. Одно из последних нападений произошло, когда Фукуда и Бэнкс ехали в столицу Восточного Тимора. По дороге они остановились возле собравшейся на берегу океана толпы. Полицейский подозвал ученых и показал им очки, подводное ружье и порванные плавки. Больше от 17-летнего юноши, которого только что убил крокодил, не осталось ничего.

В ноябре в Риме прошла необычная демонстрация. Около тысячи фермеров выстроились перед итальянским парламентом с плакатами, на которых было написано "Нашу землю уничтожают кабаны", "Мы превращаемся в исчезающий вид" или "Кабаны хороши только в тарелке с кашей". Свои слова они подкрепляли делом, раздавая прохожим колбасу и кассероль из кабаньего мяса.
Протестующих возмущало нашествие кабанов, которое они считают катастрофой национального масштаба. Итальянские поля и виноградники разоряют два миллиона диких свиней, а на территории Евросоюза их не меньше десяти миллионов. Они совершенно перестали бояться людей и средь бела дня роются на помойках, нападают на собак и останавливают машины.
После рассказа про тиморских крокодилов эта проблема может показаться несерьезной — и напрасно. Кабаны действительно редко убивают людей, но даже случайных жертв при такой численности оказывается на удивление много. В январе из-за стаи кабанов, пересекавшей шоссе недалеко от Милана, столкнулись три машины. В результате один человек погиб, еще несколько получили травмы. И это не единичный случай. За год итальянские кабаны вызвали около 10 тысяч ДТП, в которых погибли 13 человек — немногим меньше, чем в Восточном Тиморе по вине крокодилов.
Нападения, впрочем, тоже становятся все более частыми. "На днях крупный кабан укусил за ногу фермера из Лацио, — рассказывал газете The Telegraph представитель национальной организации фермеров Италии. — Он пережил две операции и еще не выписался из больницы". Через несколько недель стая кабанов убила сиделку в США, где ситуация с этими животными ничуть не лучше, чем в Европе. Несколько диких свиней напали на женщину, когда та направлялась к своим подопечным. Она погибла от кровопотери, так и не дождавшись помощи.
Есть и другие причины беспокоиться о распространении кабанов. Они причиняют значительный экономический ущерб и, помимо африканской чумы свиней, могут быть переносчиками множества инфекционных болезней, представляющих опасность для людей. Испанский исследователь Хоакин Баньос не ждет от них ничего хорошего. "Конфликты между людьми и кабанами будут усиливаться", — полагает он.
Специалисты связывают нашествие кабанов с изменением климата и исчезновением естественных врагов. Зимы стали теплыми, корма вдоволь, волков почти не осталось, охота тоже вышла из моды. Кабаны начинают размножаться, когда отъедаются до 35 килограммов, а в городе это можно сделать за считанные месяцы. Самки приносят первый приплод, когда им нет и года, и продолжают пороситься каждые шесть месяцев, производя на свет до 14 детенышей. Остановить их очень непросто.
В Техасе кабанов пытались расстреливать с вертолетов. Берлинские власти финансируют команду штадтегерей — городских охотников, которые прибывают по вызовам и отстреливают обнаглевших свиней. Несколько тысяч уже перебили, но в парках скрываются еще три тысячи.
Другие предпочитают менее кровавые методы. В испанском городке Айгуафреда улицы поливали волчьей мочой — кабаны не любят ее запах. Кое-где строят заборы, хотя надежды на них мало. "Построить электроизгородь можно, но она очень дорого стоит, — говорит фермер из итальянской области Умбрия. — И стая 150-килограммовых кабанов в любом случае ее просто снесет".