Самый страшный маньяк Украины. Его не могли поймать тысячи милиционеров и армия (5 фото)

Сегодня наш рассказ — об Анатолии Оноприенко — пожалуй, самом страшном маньяке в истории Украины. С 1989 по 1996 год он совершил 52 убийства: Оноприенко расстреливал и вырезал целые семьи, не щадя ни женщин, ни детей. Чтобы защитить население от маньяка, властям приходилось привлекать для патрулирования армию. Убийца перемещался по всей республике, выбирая место очередного преступления, и следователи очень долго не могли понять его страшную логику.

ДЕТДОМОВЕЦ
Анатолий Оноприенко родился 25 июля 1959 года в селе Ласки Житомирской области Украины в семье фронтовика и колхозницы. Он был вторым ребенком: его брат на 14 лет старше Анатолия. Глава семьи отличался скверным характером, бил домочадцев и злоупотреблял алкоголем. Самого Анатолия, по рассказам родственников, отец в приступе гнева даже пытался утопить в бочке с водой. А как только Анатолию исполнился год, его отец ушел из семьи.
Вскоре после этого мать Анатолия скончалась от сердечного приступа, и в три года мальчик стал сиротой. Сначала его вместе с братом забрали к себе дед и бабушка, но вскоре пожилые люди поняли, что с Анатолием справиться не могут: тот рос отпетым хулиганом и к семи годам совершенно отбился от рук. Тогда на семейном совете было решено отдать мальчика в детдом города Малин. Там Анатолию пришлось несладко: старшие воспитанники постоянно издевались над ним и били.
Оноприенко несколько раз пытался сбежать к родственникам, но бабушка, несмотря на жалость, всякий раз возвращала его в детдом. Анатолию не оставалось ничего, как научиться давать сдачи обидчикам — и вскоре они сами начали страдать от нападок подростка, который бросался на них с отверткой. Годы спустя Оноприенко будет называть детдом «своей первой армией». В 17 лет его решил забрать к себе отец, но вскоре заподозрил Анатолия в воровстве и выгнал из дома.

МОРЯК И ОХОТНИК
Оказавшись без поддержки, Оноприенко решил поступить в Малинский лесной техникум и стать лесником, но учеба не заладилась: уже на третьем курсе его отчислили за плохую успеваемость. Тогда Анатолий пошел в армию и попал в артиллерийские войска. После дембеля Оноприенко окончил мореходное училище в Одессе, и судьба преподнесла ему настоящий подарок — он попал на океанский лайнер и вскоре отправился в кругосветное плавание. Помимо высоких зарплат такая работа давала возможность получать дополнительный доход от контрабанды. Там он познакомился с девушкой, которая работала на корабле — и у них завязался роман. Они поселились в селе Маяки, где Оноприенко вскоре купил дом, и обзавелись собственным автомобилем — видимо, дела у молодого моряка действительно шли неплохо. Вскоре Анатолий стал отцом.
Но семейная жизнь продлилась недолго: узнав об изменах Оноприенко, гражданская жена ушла от него и забрала ребенка. Не сложилась у Анатолия и моряцкая карьера: в 1986 году он все-таки попался на контрабанде, после чего с работой пришлось попрощаться. Тогда Оноприенко обосновался в украинском городе Днепропрудный, устроился начальником пожарной охраны и вскоре стал парторгом. А еще его увлекла охота: он вступил в местное общество охотников и рыболовов и приобрел ружье Winchester.
Примерно в это же время Оноприенко познакомился с Сергеем Рогозиным — бывшим бойцом спецназа, который воевал в Афганистане, а вернувшись в мирную жизнь, устроился в колхоз. Они подружились и вскладчину купили автомобиль, на котором часто выезжали на рынки и торговали фруктами и овощами. Вскоре Оноприенко предложил Рогозину промышлять грабежами: вероятно, в нем взыграли родительские гены — отец Анатолия несколько раз был судим. Рогозина не остановила ни крепкая семья, ни большой авторитет в обществе — купившись на обещание легких денег, афганец согласился на авантюру.
Смерть на обочине
Первыми жертвами сообщников стали супруги, которые в июне 1989 года остановили свои «Жигули» на обочине трассы Москва — Симферополь в Синельниковском районе и решили вздремнуть. По этой же дороге с рынка возвращались Оноприенко с Рогозиным. Приметив автомобиль, Анатолий остановил машину, вышел и, скомандовав подельнику проехать немного вперед, подошел к «Жигулям». Внутри он заметил спящую семейную пару и застрелил водителя через лобовое стекло.
Проснувшаяся женщина, которую Оноприенко выволок из машины, начала звать на помощь — и тот убил ее выстрелом в грудь. После этого налетчик засыпал тела землей, забрал из «Жигулей» все ценное, а саму машину отогнал на несколько километров и при помощи Рогозина сжег. Подельник попытался было упрекнуть Оноприенко в неоправданной жестокости, но тот предупредил афганца: если Сергей обратится в милицию, погибнут его жена и дочь. После этого Рогозин решил молчать.

Месяц спустя, в августе 1989 года, Оноприенко расправился с еще одной парой, уснувшей в автомобиле на обочине, — туристами из Польши. В том же месяце убийца отправился в Одессу, где захотел сбыть добычу от первых преступлений, и по пути расправился с семьей из пяти человек. Жертвы Оноприенко, среди которых был 11-летний подросток, в роковой день возвращались домой по трассе Каменск — Бердянск с отдыха в Крыму. Маньяк не пощадил никого и хладнокровно добил ножом тех, кто выжил после выстрелов.
Оноприенко сжег тела и решил отогнать машину погибших подальше от места преступления, но тут его заметили сотрудники ГАИ. За маньяком началась погоня, но он сумел скрыться. Некоторое время спустя стражи порядка нашли сожженный автомобиль убитой семьи на кукурузном поле.
Заграница не помогла
После массового убийства Оноприенко решил затаиться: его стали посещать параноидальные мысли и страх оказаться на месте своих жертв. Кроме того, он очень боялся уголовного преследования, постоянно ждал ареста и порой думал о самоубийстве. Но оперативники на него так и не вышли, хотя на местах преступлений маньяка остались гильзы, по которым можно было бы определить оружие и найти его владельца (Оноприенко убивал из своего винчестера).
Чтобы окончательно не сойти с ума, Анатолий отправился за границу. Поколесив по Европе, он недолго пожил в Греции, а затем переехал в Германию и обосновался в Мюнхене. Там Оноприенко не гнушался никакой работы: он трудился мясником, садовником, посудомойщиком и кухонным работником. Но осесть в Германии ему не удалось: Анатолия депортировали в связи с нарушением местного законодательства. Но он не сдался и вернулся в Европу, правда, уже по поддельным документам.
В этот раз Оноприенко пытался получить политическое убежище в Греции, Испании и ряде других стран — но безуспешно. Тогда он подался в мормоны, которые даже крестили его по своему обряду, но с переездом за рубеж помочь так и не смогли. Тогда Анатолий придумал план: воровать, чтобы попасть в какую-нибудь европейскую тюрьму. Оноприенко почему-то решил, что после отсидки ему обязательно дадут гражданство. В итоге он провел несколько месяцев в австрийской тюрьме за погром магазина, после чего был депортирован на родину.
«Я не хотел, чтобы он рос сиротой»
Оказавшись на Украине, Оноприенко несколько часов простоял в аэропорту Борисполя на одной ноге и попал в психбольницу, где ему поставили диагноз «шизофрения». Это, впрочем, не помешало маньяку после выхода из больницы снова отправиться в Германию, откуда его опять депортировали из-за нарушений — это произошло в 1995 году. После этого Оноприенко оставил свои мечты о Европе. Вначале он отправился жить к старшему брату в Житомирскую область, а потом переехал к кузену в военный городок Яров.
Через некоторое время Оноприенко сошелся с парикмахершей из Ярова, которая была в разводе и воспитывала двоих детей. Дочь и сын избранницы Анатолия хорошо приняли его и даже называли отцом, а он в ответ баловал их подарками, сладостями и фруктами. Но семейная жизнь не прельщала Оноприенко, и он решил вернуться к своему главному хобби — охоте. Правда, необычной. «Это была самая обычная охота, охота на людей всего лишь. Только на людей», — говорил маньяк после задержания.

На этот раз Оноприенко решил не использовать свой винчестер. Он украл патроны и охотничье ружье ТОЗ-34Р у жителя села Народичи, который, как и Анатолий, состоял в обществе охотников и рыболовов. Похищенное ружье Оноприенко переделал в обрез и осенью 1995 года отправился на охоту: с октября по декабрь его жертвами стали три случайных человека.
А 24 декабря 1995 года маньяк поехал в Малин и проник в дом, где жила семья его бывшего одноклассника: Оноприенко воспользовался тем, что хозяева забыли закрыть дверь на щеколду. Он застрелил главу семьи, а потом расправился с его женой, которая молила о пощаде. Не выжили в кровавой бойне и дети семейной пары: шестилетнего мальчика Оноприенко зарезал ножом, а трехмесячного младенца задушил, после чего поджег дом и скрылся. «Застрелив мужчину и женщину, я накрыл спящего младенца подушкой и держал до тех пор, пока он не задохнулся. Я не хотел, чтобы он мучился сиротой по интернатам», — объяснял он на следствии свое преступление.
Кровавая жатва
Следующими жертвами маньяка стала молодая семья, которая в декабре 1995 года переехала в новый дом на краю деревни Братковичи. Помочь им с обустройством на новом месте решили 19-летние близнецы — сестры жены. Вечером 30 декабря Оноприенко вошел во двор к новоселам и сразу открыл огонь. Хозяин дома получил смертельные ранения в голову и грудь, следом погибли его жена и ее сестра. Вторая сестра успела забежать на кухню и спряталась под столом. Чтобы не закричать от страха, девушка буквально вгрызлась в свою руку, но маньяк нашел ее и застрелил.
После этого Оноприенко забрал из дома все ценное и вырвал из ушей убитых девушек сережки; некоторые он бросил на месте, увидев, что это — дешевая бижутерия. Хозяйке дома убийца отрубил палец с обручальным кольцом. А когда, услышав шум, во двор заглянули случайные знакомые, Оноприенко застрелил их, чтобы не было свидетелей. Вскоре после массового убийства в Братковичах туда прибыл целый полк из воинской части: солдатам приказали охранять местных жителей. Но Оноприенко и не собирался оставаться в деревне — он отправился в Запорожье и в январе 1996 года устроил там новую бойню.
Первыми погибли супруги, у которых 5 января на дороге сломалась машина. Расстреляв обоих, маньяк надругался над телом погибшей, а потом починил машину и на ней отправился дальше. Увидев двоих мужчин, идущих по обочине, он притормозил рядом и застрелил их, а потом снял с погибших ботинки и забрал с собой. Чуть позже Оноприенко расстрелял еще двух случайных прохожих: у одного из погибших маньяк отрубил палец ради обручального кольца, у другого забрал пальто. А в ночь на 6 января от пуль серийного убийцы погибла еще одна случайная прохожая: после этого преступления добычей Оноприенко стали ювелирные украшения, верхняя одежда и туфли погибшей, а также сумки с продуктами.
17 января 1996 года маньяк вернулся в Братковичи и снова расправился с семьей: убил супругов, их шестилетнего сына и пожилых родителей. Убегая с места преступления, Оноприенко вновь столкнулся с двумя случайными свидетелями — и хладнокровно застрелил их, а потом сел на электричку и уехал. После этого в деревне началась паника: некоторые из ее жителей стали класть у постелей топоры на случай появления Полесского упыря — так в народе прозвали Оноприенко.
По беспределу
Только после второй бойни в Братковичах украинские сыщики поняли, что столкнулись с серийным убийцей: на местах обоих преступлений совпали отпечатки обуви. Дело сразу же взяли на контроль в МВД Украины, где потребовали скорейшей поимки загадочного маньяка. Как всегда в подобных случаях, нашлись стражи порядка, которые ради результата стали подтасовывать факты и под пытками выбивать у невиновных признания в преступлениях. Одними из жертв охоты на Оноприенко стали два наркомана: один из них свел счеты с жизнью в камере, второй скончался в больнице после допросов.

Еще один подозреваемый не выдержал издевательств и умер прямо на допросе во Львовском СИЗО. По некоторым данным, за убийства, совершенные Оноприенко, за решетку отправились шестеро невиновных человек. Но была у силовиков и другая тактика: чтобы не портить статистику, некоторые из убийств Оноприенко они пытались задокументировать как несчастные случаи. А когда в отдел МВД пришел мужчина, который чудом уцелел после встречи с Полесским упырем и попытался дать показания, его заявление попросту не приняли.
Всего в поисках Оноприенко в разное время участвовали десятки тысяч милиционеров. При этом стражи порядка не раз останавливали маньяка для проверки документов и на улицах, и в электричках — и каждый раз при нем был черный пакет, в котором лежал обрез. Но Оноприенко отпускали — и он продолжал убивать.
Экономя патроны
30 января 1996 года на улице городка Фастов (Киевская область) маньяк заметил местного дальнобойщика и открыл по нему огонь. Раненый мужчина стал звать на помощь и побежал к своему дому, но Оноприенко добил его вторым выстрелом. На шум из соседнего дома выбежала женщина: маньяк хладнокровно застрелил и ее. А потом отправился в дом, где в страхе затаились двое сыновей убитой. Одного из них Оноприенко застрелил из обреза, а у второго, шестилетнего, потребовал показать место, где родители хранят деньги. Мальчик расплакался — и маньяк заколол его отверткой.
Три недели спустя в городе Олевск (Житомирская область) жертвами Оноприенко стала семейная пара и их ребенок, которого маньяк насмерть забил молотком. К слову, это было характерной чертой всех его преступлений: убийца стрелял лишь в тех, кто мог оказать ему сопротивление, а на слабых экономил патроны. Во время своего следующего преступления, 21 февраля 1996 года, в Малине Оноприенко застрелил из обреза хозяина дома и его жену, а детей зарезал.
Это стало последней расправой маньяка: 14 апреля 1996 года его задержали оперативники по наводке от анонимного информатора. В квартиру, где Оноприенко жил вместе с семьей, сразу же выдвинулась группа захвата. Но штурмовать жилище не пришлось: Анатолий ждал супругу, которая вместе с дочерью отправилась в церковь, поэтому, услышав стук, спокойно пошел открывать дверь. Увидев незваных гостей, Оноприенко бросился за обрезом, но был схвачен и закован в наручники.
«Я убивал невинных детей»
При обыске в квартире маньяка сыщики нашли 122 вещи убитых — от кассетного магнитофона и газового пистолета до курточки мальчика — последней жертвы Оноприенко: убийца вспорол ему живот. Некоторые из этих «сувениров» Анатолий дарил членам своей семьи под видом покупок с рынка. Другим родственникам Оноприенко преподносил «денежные» кактусы, на иголки которых были наколоты доллары. Эти деньги он получал от продажи вещей своих жертв.
Изначально маньяка обвинили в 40 убийствах, но вскоре он признался еще в 12 расправах. Оноприенко пытался свалить всю вину на некие инопланетные голоса в голове, которые приказывали ему убивать. При этом убийца признался, что голоса требовали расправиться с 350 жертвами, но он «успел» совершить только 52 преступления. «Когда умирает человек, панихиду справляют на 9-й день, 40-й и год. Я сначала убил 9 человек, потом 40 и "разменял" год, так что оставалось убить еще человек 300...» — рассказывал Оноприенко на следствии.
По его словам, все убийства были своеобразными жертвоприношениями: поначалу маньяк убивал ради борьбы с «умирающим коммунизмом», затем — с «неонационализмом». А еще 300 убийств Оноприенко хотел принести на некий «алтарь» для уничтожения «чумы 21 века». В воспаленном сознании маньяка смешалось все: даже места для убийств он выбирал продуманно — хотел, чтобы все они образовали на карте Украины крест.
«Другие считают, что я убийца, маньяк. А на самом деле я самый большой потерпевший. Я все это делал, видел их. Я страдал больше всех. Ну что они видели? После этого пришли, там, поплакали и все. А я все это делал... Этих детей невинных, когда они вот смотрят на тебя, убивал их», — пытался разжалобить следствие серийный убийца.
К высшей мере
В бессвязных показаниях Оноприенко следствие разбиралось более двух лет, собирая улики и доказательства его преступлений и опрашивая более 400 свидетелей. Обвиняемого постоянно возили на следственные эксперименты. В ходе одного из них разъяренная толпа перевернула микроавтобус, в котором находился убийца, и лишь чудом не растерзала его. После этого правоохранительные органы стали засекречивать все следственные действия по делу Оноприенко: трассы, по которым его возили, перекрывались, а в ходе экспериментов жителям окрестных домов запрещали выходить на улицу. На самого маньяка сыщики обязательно надевали бронежилет, опасаясь выстрелов народных мстителей.
К суду, который в ноябре 1998 года начался в Житомирском дворце правосудия, уголовное дело Оноприенко разрослось до 99 томов. Рядом с ним на скамье подсудимых оказался и его бывший подельник, афганец Сергей Рогозин, которого приговорили к 12 годам лишения свободы. Рогозина сдал сам Оноприенко, но в ходе процесса всячески выгораживал его. Своей вины в 52 убийствах маньяк не отрицал, но и давать показания отказывался, стараясь выставить себя жертвой режима.
Оноприенко быстро понял, что адвокат ему не помощник. Защитник, которого подсудимому назначило государство, фактически не скрывал, что сопереживает потерпевшим. В какой-то момент маньяк попытался сменить адвоката, но денег на частного у него не нашлось, а в замене государственного Оноприенко отказали.
На суде маньяк сидел с равнодушным видом — и с ним же встретил смертный приговор: 1 апреля 1999 года его приговорили к высшей мере наказания с выплатой 200 тысяч рублей семьям погибших. Огласить приговор судья смог лишь с третьего раза: в зале стоял невероятный шум, который подняли близкие погибших — в адрес Оноприенко непрерывно летели проклятия и угрозы. Лишь после финальных слов судьи маньяк немного встрепенулся, показал неприличный жест и стал водить пальцем по лбу, чертя крест.
Письмо сатанистки
Исполнения своего приговора маньяк ждал два года и даже предлагал устроить из собственной казни публичное зрелище, но в 2000 году на Украине был введен мораторий на смертную казнь: это позволило стране вступить в Совет Европы. Это стало настоящим ударом для родственников жертв: они организовали сбор подписей и попытались убедить президента Леонида Кучму сделать исключение и расстрелять Оноприенко. Кучма был солидарен с украинцами и попытался договориться с Европой о расстреле осужденного, но ему отказали.
После приговора маньяк около 13 лет провел в Житомирской колонии №8, без единой передачи от родственников или свидания с ними — они отвернулись от Оноприенко. На зоне осужденный вел себя спокойно, не конфликтовал ни с надзирателями, ни с арестантами, почти все свободное время проводя за чтением. С ним пытались знакомиться женщины — одна из них прислала маньяку деньги и письмо с предложением дальнейшего общения. Но поклонница призналась, что она сатанистка, и общаться с ней Оноприенко не стал: гривны потратил, а письмо выбросил.
В какой-то момент осужденный попросил о камере-одиночке и, поскольку все зэки были против такого соседа, тюремщики просьбу Оноприенко выполнили. Единственным, с кем оживленно общался маньяк, находясь на зоне, был приходящий священник: у осужденного был свой взгляд на толкование Библии, который он отстаивал перед церковным служителем. При этом религиозный Оноприенко не скрывал, что в случае освобождения он намерен убить еще сотни человек.
На здоровье осужденный не жаловался — за все годы, проведенные за решеткой, он лишь однажды болел простудой. В своих последних интервью Оноприенко настаивал на изучении его «феномена», чтобы такие, как он, больше не навредили никому. В 2013 году в возрасте 54 лет Полесский упырь скончался от сердечного приступа. Незадолго до этого он позвал к себе священника, но на этот раз не для спора: предчувствуя скорую смерть, маньяк захотел исповедоваться.