«Идет дождь из бомб». 52 года назад началось самое долгое сражение с участием войск США (10 фото)

Казалось бы, раз за базу развернулись столь долгие бои, она должна быть важнейшим стратегическим пунктом — как Верден в Первую мировую или Сталинград в Великую Отечественную. На самом деле значение Кхешани граничило с нулевым: база не защищала никаких ключевых пунктов. Еще в 1962 году здесь был построен пост связи, затем взлетная полоса, а сама база стала частью «Линии Макнамары». С помощью этой цепи укреплений американские военные пытались прекратить снабжение с Севера действующих на Юге партизан (знаменитого Вьетконга).

Проект изначально был сомнительным, перекрыть абсолютно все лазейки (с учетом того, что поставки шли и через соседний Лаос) было практически невозможно, и затея в итоге провалилась. Но тогда, в шестидесятых, американцы решили попробовать. Базу укрепили, ее занял батальон, а затем полк Корпуса морской пехоты. По периметру натянули колючую проволоку, установили пулеметы и минометы, опасные направления прикрыли минными полями.

Поддержку в бою морпехам могла оказать расположившаяся неподалеку «Группа изучения и наблюдения» — так назывался действовавший во Вьетнаме американский спецназ. Вернее, не только американский: в составе контингента были сотни южновьетнамских солдат и проводников. Насколько морпехи доверяли спецназовцам, красноречиво свидетельствует факт, что морская пехота сразу же после размещения рядом «Группы изучения и наблюдения» натянула на этом направлении проволоку и поставила мины.

Захватив Кхешань, армия Северного Вьетнама не получила бы никаких заметных стратегических преимуществ. Однако разведчики северовьетнамцев установили, что базу сравнительно просто обойти со всех сторон и окружить. А это могло обеспечить разгром сравнительно крупной группировки развитой западной страны — именно по такому сценарию вьетнамцы разгромили в 1954 году французские войска при Дьенбьенфу.

Тогда пропагандистский эффект поражения был столь велик, что Франция вынуждена была просто покинуть Вьетнам. Видимо, и сейчас северное командование считало, что шок от поражения морпехов будет таким, что базу имеет смысл штурмовать, даже несмотря на ее малое стратегическое значение.

Поэтому на силах не экономили: к 1967 году Вьетнамская народная армия (ВНА — так официально назывались войска Северного Вьетнама) сосредоточила в районе Кхешани пять дивизий, почти 50 тысяч человек. Для взятия базы был создан даже отдельный фронт. Правда, вооружение вьетнамской пехоты было сравнительно легким: автоматы, пулеметы, гранатометы. Артиллерии у северовьетнамцев было не слишком много.

Попытки взять Кхешань начались еще в 1967 году, но тогда до штурма базы дело не дошло: начались так называемые битвы за высоты. Задачей вьетнамцев было взять господствующие над местностью холмы. Тогда ничего не вышло, американцы потеряли около 150 человек только убитыми, но сохранили высоты за собой. Однако Северный Вьетнам не смирился и готовил новые атаки. Военные и политики США понимали это неплохо и заранее готовились ответить.

Главным козырем американской армии было полное превосходство в воздухе. ВВС США были мощнейшими в мире, и для защиты Кхешани были выделены огромные силы — вплоть до стратегических бомбардировщиков B-52. Самолеты, предназначенные, чтобы ронять атомные бомбы на вражеские столицы, были перенаправлены на выполнение чисто тактических задач — бомбить вьетнамские войска на подступах к базе.

С одной стороны, это была вообще не их работа, с другой — каждый B-52 мог за раз вывалить на противника 27 тонн бомб. Операцию взял на контроль лично президент США Линдон Джонсон, который прямо заявил: «Я не хочу повторить Дьенбьенфу».

В январе в плен к американцам сдался офицер северовьетнамской армии, который сообщил: через несколько дней за Кхешань возьмутся серьезно. Так и вышло.

Первая атака вьетнамцев на базу произошла 21 января 1968 года и оказалась скорее «пробой сил»: всего несколько сотен солдат атаковали укрепления на одной из высот. Правда, удалось добиться внезапности, так что вьетнамцев не расстреляли на дальних подступах — дошло едва ли не до рукопашной. Американцы сумели отбиться, потеряв всего четырех убитыми против почти 50 солдат противника.

Буквально сразу же на Кхешани сосредоточила огонь северовьетнамская артиллерия. Несмотря на сравнительную малочисленность орудий, им удалось добиться многого: взорвать склад боеприпасов, сжечь запас горючего, повредить взлетно-посадочную полосу. Словом, сражение началось для американцев не особенно удачно.

Тем более что в ту же ночь части ВНА без особых проблем просочились сквозь американскую оборону и атаковали деревню к югу от базы (еще одно подтверждение, насколько плохо контролировали границу американцы). Деревню защищало 175 человек, в основном южновьетнамские солдаты (американцев было всего 25). Сдержать удалось только несколько первых атак, уже утром деревня была окружена, и на следующий день американцы вывезли вертолетами своих — южновьетнамцам пришлось прорываться самостоятельно.

Единственная дорога, ведущая с базы Кхешань на юг, теперь охранялась только частями союзных лаосских войск, но 23 января были разгромлены и они. Магистраль была перерезана, база оказалась в полном окружении.

Сдаваться морпехи, впрочем, не собирались. Срочно организовали круговую оборону и стали ждать. В изобилии разбросанные в окрестностях акустические сенсоры (позволявшие слышать, что происходит поблизости от них) показывали, что рядом сотни и тысячи вьетнамцев с бронетехникой. И они очень скоро пошли на штурм.

Вся следующая неделя прошла в ожесточенных боях. Вьетнамцы не стали делать перерыв даже на священный для себя праздник Тет (местный Новый год), выпадающий на 30−31 января. Это было довольно неслыханным нарушением традиций, но война есть война. Тем более что началась масштабная операция ВНА, которая так и называлась — «наступление Тет».

В конце января ВВС США выкинули свой главный козырь: в районе Кхешани начались массированные бомбардировки с самолетов B-52. Огневая мощь американцев была подавляющей: если вьетнамцы могли поражать базу только из минометов или не самых крупных орудий, то бомбардировщики выжигали ковровой бомбардировкой пространство на километры. «Наши легкие дрожали от взрывов», — вспоминал эти бомбардировки американский морпех.

Не сумев взять Кхешань за первые дни боев, вьетнамцы нашли для себя новое «слабое звено», по которому предпочли ударить. В километре от базы находились позиции базы спецназа Лангвей. Гарнизон ее составляло около 500 человек, но «настоящих» спецназовцев среди них было около сорока, остальные были бойцами отряда самообороны, проходившими курс обучения. Впрочем, в конце января отряд был несколько усилен остатками разгромленного лаосского батальона, с которым северовьетнамцы разделались днем ранее. Гарнизон был неплохо вооружен и мог надеяться отбиться от легковооруженных противников.

Вот только те оказались не столь легковооруженными. Части ВНА, атаковавшие Лангвей, успели притащить с собой пусть легкие, но вполне полноценные советские танки ПТ-76. Штурм начался 6 февраля. Наличие у северовьетнамцев танков стало полной неожиданностью — под прикрытием боевых машин оборона быстро была прорвана. А артиллерия основных сил ВНА у Кхешани накрыла эту базу огнем, так что ее артиллеристы не смогли оказать спецназу поддержку. С танками пришлось бороться обычными гранатометами. Семь машин удалось сжечь, но гарнизон был обречен.

Как и в случае с осажденной деревней, американцев вывезли по воздуху, а лаосцы и бойцы самообороны прорывались к своим пешком (в плен попало больше 250 человек, около 300 погибло). База Лангвей была взята. Теперь из опорных пунктов в этом районе оставалась одна только база Кхешань, противник подошел к ней почти вплотную. Выжившие бойцы Лаоса и сил самообороны вышли к морпехам — те тут же разоружили их и долго проверяли на предмет благонадежности.

В следующие дни вьетнамцы усердно искали слабое место в обороне, нанося удары с разных направлений. Однако морпехи держались крепко, и к 10 февраля вьетнамцы предпочли перейти от штурмов к осаде: они подводили свои траншеи все ближе к базе, а артиллерия в меру сил накрывала позиции американцев огнем. Правда, особого изобилия боеприпасов у ВНА не было, в день на нее падали считанные десятки снарядов и мин. Работали снайперы, морпехи почти нигде не могли считать себя в безопасности.

В то же время угроза снайперов и регулярные обстрелы стали самыми серьезными проблемами гарнизона Кхешани. Обычно окруженная крепость быстро начинает страдать от нехватки еды, воды и особенно боеприпасов. В данном случае ситуация была диаметрально противоположной: снабжение осажденных всем необходимым было в разы лучше, чем у осаждавших. А разгадка одна — господство в воздухе.

В сутки гарнизону в 7000 человек нужно было около 250 тонн снабжения — это очень много (в годы Великой Отечественной столько же требовалось почти стотысячной немецкой группировке под Демянском). И ВВС США это обеспечивали. Зачастую самолеты даже не садились на ВПП Кхешани (это было опасно из-за обстрелов), а просто сбрасывали грузы с парашютами с малой высоты. Там, где не хватало самолетов, работали вертолеты, они доставили на базу больше 3000 тонн грузов.

А тем временем осаждавшие базу вьетнамцы в буквальном смысле должны зарываться под землю и стараться не высовываться. За месяцы осады самолеты сбросили на головы бойцов ВНА больше бомб, чем в 1945 году на Японию. «Если бы кто-то оказался тогда на нашем месте, то он сказал бы, что здесь идет дождь из бомб», — вспоминал это время северовьетнамский солдат. Бомбардировки B-52 осуществляли операцию Arc Light — «световая арка» (после прохода самолета сброшенные бомбы оставляли ослепительно яркую полосу из разрывов). Помогали чем могли и более легкие бомбардировщики, и штурмовики.

Осада походила на противостояние человека и машины — подавляющее численное превосходство вьетнамцев и их умение воевать в джунглях против промышленной мощи США и их превосходстве во всех видах техники. Умение воевать в джунглях, кстати, вскоре было уже не столь важно — вокруг базы сгорело все, что могло гореть.

1 марта ВНА снова попробовала захватить Кхешань, но атака была отбита. В середине марта части Вьетнамской народной армии стали понемногу отходить от базы — командование поняло, что пробить оборону вряд ли выйдет. Несмотря на это, блокаду никто пока не снял.

К апрелю полностью выдохлось «наступление Тет», стало ясно, что в ближайшее время Северному Вьетнаму войну не выиграть. А американское командование решило попробовать наконец деблокировать Кхешань: сначала построили передовой аэродром в 18 километрах к югу от базы, потом части Корпуса морской пехоты начали наступать на север. Дойти до Кхешани получилось к 6 апреля. К этому времени гарнизон держался в осаде 77 дней.

Восстановив снабжение базы по земле, американское командование осознало, что этот опорный пункт имеет все такое же ничтожное значение, как имел его до осады. В самом деле: если в тыл базы спокойно проходят тысячи человек с танками, каков шанс, что удастся гарантировать перехват куда более скромных по масштабам караванов для Вьетконга? И военные чины приняли решение: базу оставить, сооружения сровнять с землей.

Можно себе представить реакцию защищавших Кхешань морпехов, которые выяснили, что потеряли сотни своих и сидели в полном окружении, чтобы защитить ненужный пункт. Но на этой войне все решали не рядовые морские пехотинцы, и приказ об оставлении базы был выполнен. 5 июля 1968 года Кхешань покинули последние американские военнослужащие, по остаткам базы «прошлись» бобмардировкой все те же B-52.

Самое долгое сражение американских войск закончилось. Чем — никто так и не понял. ВНА не получила свою «пропагандистскую победу» и потеряла тысячи людей (по разным подсчетам — от 1600 до 15000 только убитыми), американцы похоронили от 205 до 730 своих, не считая союзников, потратили колоссальные ресурсы и в итоге все же оставили базу (вьетнамцы появились на развалинах Кхешани буквально через несколько дней после ухода противников).

В конечном счете осада Кхешани стала символом скорее не несгибаемого упорства, а бессмысленной мясорубки: тысячи жизней были потеряны в боях за пункт, который не был нужен ни одной, ни другой стороне. Разумеется, обе стороны объявили о полной победе. А что им еще было делать?