33k
6 лет назад · 3 фото · 1518 просмотров · 7 комментариев
Жили-были (3 фото)
Просто о жизни...
Решил поделиться.
Жили–были, варили кашу, закрывали на зиму банки.
Как и все, становились старше.
На балконе хранили санки, под кроватью коробки с пылью и звездой с новогодней ёлки.
В общем, в принципе — не тужили.
С расстановочкой жили, с толком.
Берегли на особый случай платье бархатное с разрезом, два флакона духов от гуччи, фетра красного полотреза, шесть красивых хрустальных рюмок и бутылку китайской водки.
А в одной из спортивных сумок надувную хранили лодку.
Как и все, становились старше.
На балконе хранили санки, под кроватью коробки с пылью и звездой с новогодней ёлки.
В общем, в принципе — не тужили.
С расстановочкой жили, с толком.
Берегли на особый случай платье бархатное с разрезом, два флакона духов от гуччи, фетра красного полотреза, шесть красивых хрустальных рюмок и бутылку китайской водки.
А в одной из спортивных сумок надувную хранили лодку.
Время шло, выцветало платье, потихоньку желтели рюмки, и в коробочке под кроватью угасала звезда от скуки.
Фетр моль потихоньку ела, лодка сохла и рассыпалась.
И змея, заскучав без дела, в водке медленно растворялась.
Санки ржавились и рыжели.
Испарялся закрытый гуччи.
Жили, были, и постарели, и всё ждали особый случай.
Он пришёл, как всегда, внезапно.
Мыла окна, и поскользнулась.
В тот же день, он упал с инфарктом.
В этот дом они не вернулись
Фетр моль потихоньку ела, лодка сохла и рассыпалась.
И змея, заскучав без дела, в водке медленно растворялась.
Санки ржавились и рыжели.
Испарялся закрытый гуччи.
Жили, были, и постарели, и всё ждали особый случай.
Он пришёл, как всегда, внезапно.
Мыла окна, и поскользнулась.
В тот же день, он упал с инфарктом.
В этот дом они не вернулись
Две хрустальные рюмки с водкой, сверху хлеб, по квартире ветер.
Полным ходом идёт уборка, убираются в доме дети.
На помойку уходят санки, сумка с лодкой, дырявый фетр.
Платьем, вывернув наизнанку, протирают за метром метр подкроватные толщи пыли.
В куче с хламом — духи от гуччи.
Вот для этого жили–были.
Вот такой вот "особый случай".
Берегите себя и своих близких.
Полным ходом идёт уборка, убираются в доме дети.
На помойку уходят санки, сумка с лодкой, дырявый фетр.
Платьем, вывернув наизнанку, протирают за метром метр подкроватные толщи пыли.
В куче с хламом — духи от гуччи.
Вот для этого жили–были.
Вот такой вот "особый случай".
Берегите себя и своих близких.
У меня такие бабушка и тётя. Хорошие вещи не надевают, не используют. "Берегут". Вещи портятся со временем, приходят в негодность. Некоторые не портятся, например, белье советских времён, но это белье вряд ли кому-то понадобится.
Хорошо написано.
Наши любимые родители, любимые бабушки/дедушки, прабабушки/прадедушки всегда старались запасти и передать что-то красивое и дорогое своему следующему поколению. Многие же помнят про платье/костюм "на выход", чайный сервиз "на особый случай", постельноё бельё из какого-то марсианского ситца (доче в приданое)... Пахали как кони, искали где что хорошее когда "выкинут", договаривались, копили материальное благо, которое в итоге оказалось ненужным.
Мне кажется, что это было во многих семьях.
В некоторых местах это был режим "собаки на сене".
Мама на фотке. Ключи в замке. Восемь часов до лета.
Солнце на стенах, на рюкзаке, в стареньких сандалетах.
Сонными лапами через сквер, и никуда не деться.
Витька в Америке. Я в Москве. Речка в далеком детстве.
Яблоко съелось, ушел состав, где-нибудь едет в Ниццу,
Я начинаю считать со ста, жизнь моя - с единицы.
Боремся, плачем с ней в унисон, клоуны на арене.
"Двадцать один", - бормочу сквозь сон. "Сорок", - смеется время.
Сорок - и первая седина, сорок один - в больницу.
Двадцать один - я живу одна, двадцать: глаза-бойницы,
Ноги в царапинах, бес в ребре, мысли бегут вприсядку,
Кто-нибудь ждет меня во дворе, кто-нибудь - на десятом.
Десять - кончаю четвертый класс, завтрак можно не делать.
Надо спешить со всех ног и глаз. В августе будет девять.
Восемь - на шее ключи таскать, в солнечном таять гимне...
Три. Два. Один. Я иду искать. Господи, помоги мне
Мда уж... Я недавно совсем, делая в мастерской очередное приспособление для оснастки, вдруг отчетливо осознал, что не то что внуки, а даже дети, когда я уйду, понятия иметь не будут что это и для чего по отношению к двум третям моих сокровищ мастерового...
М-да! Се ля ви...
Однако..неожиданно несколько.