«Вестник танковой промышленности». Танковые технологии под грифом «секретно» (11 фото)

Самый первый номер "Вестника танковой промышленности"

Так, первый номер «Вестника танковой промышленности» стал доступен широкому кругу читателей только 27 ноября 1987 года. А с экземпляров 80-х годов режим секретности сняли всего четыре года назад.

Жозеф Котин, первый редактор "Вестника".

Приказ об организации журнала был подписан наркомом Малышевым еще в сентябре 1943 года. В состав редакционной коллегии были включены крупнейшие ученые и конструкторы советской танковой промышленности. Ответственным редактором был назначен Жозеф Котин, конструктор тяжелых танков и генерал-лейтенант технических войск. Николай Синёв, заместитель главного конструктора кировского завода, работал в должности научно-технического редактора и заместителя Котина в редакции. В состав редколлегии, помимо прочих, входили ученый-металловед Андрей Завьялов, основатель и директор знаменитого «Броневого института»; генерал-майор инженерно-танковой службы, конструктор-двигателестроитель Юрий Степанов; заместитель начальника испытательного полигона в Кубинке по научно-испытательной деятельности инженер-подполковник Александр Сыч. Редакция располагалась в Москве на Садово-Сухаревской улице в доме №11; сейчас в этом здании располагается приемная Министерства внутренних дел. Девизом журнала стал лозунг «Смерть немецким оккупантам!»

Со временем издание эволюционировало в объемный журнал "Вестник бронетанковой техники"

Надо отметить, что «Вестник бронетанковой техники» не был единственным в стране профильным танковым изданием: с 1942 года в СССР выходил «Журнал автобронетанковых войск». Это был популярный журнал без грифа секретности, в котором публиковались материалы по боевому применению техники, опыту обслуживания и эксплуатации (или, как тогда принято было говорить, «эксплоатации»). Если «Вестник» выпускался Народным комиссариатом танковой промышленности, то «Журнал...» выходил под эгидой Военного совета бронетанковых и мотострелковых войск Красной Армии. Забегая немного вперед, упомянем, что в первом же номере секретного «Вестника» были краткие анонсы материалов, публикуемых в «Журнале автобронетанковых войск». В частности, читателей оповещали о статьях, посвященных «организации и боевом использовании самоходной артиллерии в германской армии», «эвакуации аварийных танков», «стрельбе из танка ночью» и даже «тактике при прорыве обороны противника в лесисто-болотной местности».

В первом январском номере «Вестника» (подписан в печать 21.01.1944 года, тираж 1000 экземпляров) публикуется обращение коллектива нижнетагильского завода №183 «ко всем рабочим, работницам, инженерам, техникам и служащим танковой промышленности». Из небольшого текста, пропитанного эмоциями, можно узнать о том, что завод отказался в 1943 года от 800 рабочих, которых выделили для выполнения плана, мобилизовался и к 25 декабря досрочно выполнил годовую норму выпуска танков. Поражают темпы роста производительности труда завода: в 1943 году по сравнению с 1942 годом рост составил 28%, а себестоимость продукции упала на одну пятую! При этом в Нижнем Тагиле успевали еще восстанавливать харьковский завод и отправили за год 304 металлорежущих станка, 4 агрегата литейного оборудования, 150-тонный пресс и более полутора тысяч единиц инструмента. Танкостроители торжественно обещают в новом 1944 году работать ещё упорнее и взять на себя массу новых обязательств. К 23 февраля заводчане готовы сверх плана дать Родине колонну танков, а к концу I квартала – еще одну. Также в течение первых трех месяцев нового года в Нижнем Тагиле обязывались дополнительно организовать не менее 10 поточных линий танкового производства и пустить в работу 25 новых станков. В обращении отдельным пунктом плана устанавливается правило 5% — на эту долю в первом квартале планируют увеличить производительность и снизить брак. В 1943-44 года Харьковский танковый завод был подшефным заводу №183 (г. Нижний Тагил). Было принято решение перекрыть план и в поставках оборудования на украинское предприятие. Дополнительно обязывались отгрузить 60 единиц литейного оборудования и станков, 260 электромоторов, одну кислородную установку, 120 единиц оборудования для «мерительной» (особенности русского языка той эпохи) и металлургической лабораторий. И в конце заводчане обязуются оказывать всестороннюю помощью в организации посевной кампании, а также материально-технически обеспечивать три подшефных МТС.

В первом номере «Вестника танковой промышленности» редакционная коллегия знакомит читателей с задачами, которые стоят перед изданием и приглашает всех заинтересованных лиц отправлять публикации. Несколько цитат:
«На страницах журнала найдут освещение вопросы конструкции танков, артсамоходок, танковых моторов и агрегатов танкового оборудования. Особое место будет отведено в журнале рассмотрению и анализу танковой и противотанковой техники нашего врага.
Журнал будет знакомить советских танкостроителей также с опытом и достижениями танкостроения наших союзников.
Основные вопросы организации и технологии крупносерийного и поточного производства танков, танковых агрегатов и моторов и опыт передовых заводов танковой промышленности займут определенное место на страницах нашего журнала.
В журнале будут освещаться вопросы бронекорпусного производства, выбора марок металлов, применяемых в танкостроении, а также технологии их обработки».
В качестве авторов «Вестник» видел «инженеров и техников, руководителей и командиров танковой промышленности». Статьи принимались только в напечатанном виде на листах с одной стороны через два интервала. С изображений, чертежей и графиков просили убирать всё лишнее, что может оказаться неясным.

Немалый интерес представляет и краткий обзор новых книг по танкам, опубликованный в первом номере «Вестника танковой промышленности». В 1943 году и начале 1944 года в СССР выходили не только руководства по «эксплуатации» Т-34, КВ-1с, СУ-122, СУ-152 и СУ-76 (для служебного пользования), но и вполне фундаментальные труды. Так, в Ташкенте издали 786-страничную книгу «Танки. Конструкция и расчет». Это была работа коллектива эвакуированной в Узбекистан Военной академии им. И. В. Сталина. Профессор Н. А. Яковлев выпускал в феврале 1944 года учебное пособие «Конструкция и расчет танков» в московском издательстве «Машгиз». И это далеко не весь список теоретических трудов отечественных ученых по теме танкостроения, которые вышли в свет в ходе войны. Отечественная отрасль набирала обороты, а вместе с ней и накапливался огромный объем материалов, требующих осмысления.

С самого начала выпуска журнала и до конца 40-х годов ключевыми темами, касающимися обзоров иностранной техники, были немецкие бронемашины и техника союзников. Материалов для описания немецкой техники было с избытком – трофеи обеспечивали инженеров массой интересного. Так, до 1949 года разбирались с устройством немецких 600-мм мортиры и сверхтяжелого танка «Маус». Редакционная коллегия регулярно знакомилась с иностранными журналами, имеющими отношение к танкостроительной отрасли – самое важное выходило под заголовком «По страницам иностранных журналов». Это не были переводы, а лишь очень краткое описание темы статьи. Среди журналов, которые отслеживались издателям, были «Automative Industries», «SAE Journal», «Automobile Engineer» и «SAE Quarterly Transactions». По каждой интересной статье указывались выходные данные: название журнала, том, номер и страница. Что вызывало особое внимание отечественных танкостроителей? К примеру, «Пять трудностей с клапанами дизельмоторов», «Влияние высоты над уровнем моря на работу двухтактных дизельмоторов» и даже «Глушение шума авиационных двигателей».

В 1946 году журнал переводится под крыло Главного танкового управления Министерства транспортного машиностроения (Наркомат упразднили), а двумя годами позже он становится двухмесячным научно-техническим журналом.

Иностранная техника в Кубинке. Фото 80-х годов.

Впервые танки потенциального противника появились в «Вестнике танковой промышленности» в 1952 году, когда в Кубинке вдоль и поперек изучили захваченный в Корее американский М-46. Объемные статьи о машине публиковались в течение полутора лет; хорошего мнения о танке они не формировали. По поводу ходовой части в издании писали, что М-46 не содержит в себе ничего принципиально нового и по существу является повторением конструкции ходовой части ранее выпускавшихся американских танков. Компоновку танка, по мнению советских конструкторов, нельзя считать удачной. Среди минусов выделили также большие габариты, слабую броневую защиту, малый запас хода и, что поразительно, неудобство и тесноту в боевом отделении (особенно у заряжающего).

Авторы "Вестника" "препарируют" захваченный в Корее М-46.

Не осталась без внимания, естественно, и бронезащита танка, оцениваемая в сравнении с М-26 «Першинг». Оцените отчеты в одной из статей «Вестника»:
«Основными легирующими элементами брони американских танков М-26 и М-46 являются молибден и марганец. При снарядном обстреле американская броня показывает хорошую вязкость: трещин, расколов и отколов не было. Сварные соединения броневых деталей корпусов танков М-26 и М-46 характеризуются значительной прочностью при снарядном обстреле. Несмотря на большую снарядную нагрузку, образования трещин в сварных швах не наблюдалось. Сварные швы американских танков многоваликовые. Для сварки кромки стыкуемых деталей подвергались «К» и «Х»-образными разделками с углами разделки кромок, близким к 45 градусам. При этом зазоры между сопрягаемыми деталями изменяются в пределах от 7 мм до 22 мм в зависимости от толщины деталей. Сварка основных броневых деталей американских танков выполнялась аустенитной электродной проволокой со значительным количеством молибдена. Применяемые толщины брони, конфигурация литых деталей, в особенности башни, а также и конструктивное расположение деталей не являются оптимальными».

А вот эжекционное устройство М-46 заслужило у отечественных инженеров высокую оценку. По самым предварительным данным, подобная система после выстрела понижала загазованность боевого отделения в 2-3 раза. Исследователи из Кубинки недвусмысленно намекают отечественным конструкторам, что «указанный принцип в сочетании с системой вентиляции пороховых газов, безусловно, снизит процент концентрации пороховых газов в боевом отделении танка, уменьшив тем самым вредное воздействие их на состояние экипажа». Надо отдать конструкторам должное: они читали «Вестник» и намек поняли.

Продолжение следует…