8 забавных историй происхождения имен наших любимых киногероев, которые вы могли не знать (9 фото)

Мы редко задумываемся об этом, но имена главных героев наших любимых фильмов порой значат для нас больше, чем названия картин: мы не говорим «Искатели потерянного ковчега» – мы называем ленту «Индиана Джонс», «Первая кровь» сама собой превратилась в «Рэмбо», да и сами создатели блокбастеров стали все чаще выносить имена героев в заголовок: «Джек Ричер», «Джон Картер», «Джек Райан», и только на первый взгляд такой ход выглядит незначительным. Именам придается огромное значение, в поиске цепляющих слух сочетаний звуков писатели и сценаристы перекапывают старинные летописи и собственные воспоминания, сочиняют сложносоставные конструкции и даже аббревиатуры.

Перед вами несколько наиболее интересных историй появления на свет имен киногероев, которые сегодня известны каждому, и каждое «жжж» в этих звуках неспроста.

До выхода в прокат картины Сэма Мэндеса «007: Спектр» большинство поклонников бондианы самым впечатляющим противником Агента 007 называли Эрнста Ставро Блофельда. Не станем сейчас обсуждать, насколько сильно опустил вниз планку Кристоф Вальц и была ли в этом его вина, а обратимся к истории происхождения этого звучного имени. Разгадку корней имени суперзлодея дал британский крикетный комментатор Генри Блофельд, рассказавший, что его отец учился вместе с Йеном Флемингом в Итоне, а германское звучание фамилии – лишь забавная ошибка, на самом деле корни этого имени идут из городка Блофельд в английском Норфолке. Впрочем, пусть эта прозаичность вас не расстраивает, ведь она расцветает пышным цветом на фоне происхождения имени самого Джеймса Бонда – Флеминг выбрал для своего героя самое скучное имя, которое мог придумать, полагая, что это придает супершпиону незаметности.

Как и положено персонажам одной из самых обширных и детализированных вымышленных вселенных, герои поттерианы «обсосаны» поклонниками со всех ракурсов. В том числе обсуждены и все возможные варианты происхождения имен ведущих персонажей. Наибольший интерес фанатов здесь вызывает имя злодея Волдеморта, ему приписывали и зашифрованное обращение к Богу, и анаграмму фамилии приятеля Джоан Роулинг. Однако автор книг после нескольких лет молчания открыла-таки секрет имени Того-кого-называть-нельзя. Оказывается, имя герою она подобрала из французского выражения vol de la mort, буквально «полет смерти», и это как нельзя подходит зловещему персонажу, он способен летать и всюду сеет смерть. В русском переводе это имя еще больше трансформировалось, превратившись в Волан-де-морт, корни которого, очевидно, идут от булгаковского Воланда.

По поводу происхождения имени главного злодея вселенной «Звездных войн» существует красивая легенда, гласящая, что «Дарт Вейдер» – это «темный отец» по-голландски. Разочаруем, это совсем не так, и разоблачается эта выдумка довольно просто, стоит лишь обратиться к черновикам Джорджа Лукаса. Его первоначальный замысел вообще не опирался на данного персонажа, в центре истории у Лукаса всегда стоял Анакин Скайуокер, но его трансформация в Вейдера была плодом переработки сценария уже на этапе работы над фильмами. Больше того, до финала «Империя наносит ответный удар» даже сам Лукас не особенно задумывался о повороте сюжета, высказанном фразой «Люк, я твой отец», так что все совпадения тут случайны. Появление же имени (и это зафиксировано в черновиках Лукаса, написанных задолго до съемок) – это манипуляция над транскрипцией происхождения героя. Darth – это DARk lord of the siTH, а Vader – сокращение от Invader, «захватчик», кем, по сути, и являлись солдаты Галактической империи.

Когда Стивен Спилберг и Джордж Лукас собрались, чтобы положить старт одной из лучших приключенческих франшиз в истории кино, основанной на ностальгии по 30-40-м годам прошлого века, авторам потребовалось яркое имя для главного героя: крепкое, запоминающееся, придающее уверенность. Первым вариантом стал Индиана Смит, но Спилбергу оно не понравилось, и спустя две минуты будущий персонаж Харрисона Форда получил «запись в паспорт» – Индиана Джонс. Однако откуда же взялось необычное имя Индиана? Вы будете смеяться, но рассказ отца доктора Джонса в «Последнем крестовом походе» правдив – героя действительно назвали в честь собаки Джорджа Лукаса. Дальше – больше, настоящий четырехлапый Индиана даже получил камео в том же «Походе». Суперпес просто какой-то!

Мастер визуальных и логических загадок Кристофер Нолан даже самому третьестепенному персонажу вряд ли даст случайное имя. Особенно четко это прослеживается в его «Интерстелларе», где Мерфи свое имя получила от автора знаменитых Законов, а доктор Манн является метафорическим обращением ко всему человечеству. Но мы обратимся к другому фильму – к «Началу» и его главному герою, сыгранному Леонардо Ди Каприо. Тем, кто с творчеством Нолана познакомился лишь с появлением триллера «Помни», полезно будет знать, что режиссер уже использовал фамилию Кобб в своем дебютном полнометражном фильме «Преследование». Как и герою Ди Каприо, тому, старому Коббу тоже не дает покоя его прошлое, и мы не склонны считать это случайным совпадением, скорее, как любой большой художник, Нолан плетет из своих картин огромное кружево, большинства связующих нитей которого мы пока не видим.

Питер Паркер, Стивен Стрэндж, Рид Ричардс, Брюс Бэннер, Мэтт Мердок, Пеппер Поттс – вы когда-нибудь обращали внимание на то, что у многих комикс-персонажей имена и фамилии начинаются с одной и той же буквы? Доходило до смешного – Супермена Кларка Кента в какой-то момент окружали одновременно Лоис Лейн, Лекс Лютор и Лана Лэнг – это похоже на заговор! Но кто же за всем этим стоит? Оказывается, причиной такого забавного сочетания имен и фамилий ведущих героев всеми любимых комиксов была забывчивость знаменитого автора бумажных историй о супергероях Стэна Ли – писателю так было проще запоминать, кто есть кто. И способ работал, хотя и не без огрехов – того же Бэннера в ранних комиксах порой называли Бобом. Интересно, что эту тенденцию подхватили и другие – вспомните Питера Петрелли из «Героев» или Мелинду Мэй из «Агентов Щ.И.Т.».

Насколько сильное впечатление на зрителей произвела «Матрица», столь же сильным оказалось и разочарование от ее сиквелов – невозможно не задаться вопросом, как из такой изящной идеи получилась тяжеловесная байда с кучей ненужных героев и шквалом скучных спецэффектов. А все потому, что Вачовски (тогда еще братья) не особенно запаривались при сочинении сюжета. Даже имена героев у них просты донельзя: Нео получился перестановкой букв в слове One, «избранный», Морфеус – буквально «повелитель снов», это даже не имя, а должность, ну а Тринити – столь же очевидно просто третий персонаж. Да и дальше дела идут не лучше: два киллера-альбиноса зовутся просто Близнецами, Архитектор, Ключник и Оракул вообще не имеют имен, а Мировингу досталось имя знатной французской династии – не особенно впечатляет. Можно было бы поаплодировать тонкому намеку, содержащемуся в настоящем имени Нео (Томас Андерсон – с латыни буквально «близнец сына человека»), но, глядя на вышеуказанную расхлябанность Вачовски, это скорее случайность, чем тонкий расчет.

Богатая литературная основа позволила Питеру Джексону превратить свою трилогию «Властелин Колец» в настоящую визуальную энциклопедию толкиниста. А вот в случае с «Хоббитом» помощи от Толкина было немного – книжка эта существенно короче своего продолжения. Отсюда и куда больший полет фантазии Джексона и Фрэн Уолш при написании скрипта ко второй трилогии – авторам фильма даже пришлось добавить новый персонаж, эльфийку Тауриэль. О том, для чего в мужской компании понадобилась женщина, влияние которой на развитие сюжета равно нулю, мы уже рассказывали, а вот откуда взялось ее имя – это вопрос хороший. И ответ на него очень красив – вместе со Средиземьем и его народами Толкин придумал и язык, на котором его «подопечные» говорят. И Тауриэль – это Дочь Леса в переводе с выдуманного эльфийского. В этом есть особенная красота: писатель придумывает новый язык для своей вымышленной вселенной, а последователи из этого языка выстраивают новые конструкции в мире грез. Сказка, да и только.