Благодаря этим 8 малоизвестным людям мы до сих пор ходим, дышим и разговариваем (9 фото)

26 сентября 1983-го года советский подполковник Станислав Петров находился на дежурстве на командном пункте Серпухов-15, в 100 км от Москвы. Холодная война была в самом разгаре. Задачей Петрова было наблюдать за датчиками космической системы раннего предупреждения о запуске ядерных ракет. Если бы датчики оповестили о ядерной атаке, обязанностью Петрова было бы немедленно оповестить об этом руководство страны, которое принимало решение, наносить ли ответный удар.
Итак, 26-го сентября компьютер оповестил Петрова о запуске ракет с американской базы. Несмотря на ужасную угрозу, подполковник сохранил полное самообладание. Он проанализировал показания датчиков и его смутил тот факт, что запуск ракет был произведён всего из одной точки, да и самих ракет было всего несколько. Петров пришёл к выводу, что имеет случай сбой системы и не стал оповещать высшее командование. Как впоследствии выяснилось, датчики засветил отражённый от облаков солнечный свет. Эта проблема была исправлена.

Железное самообладание Петрова, возможно, спасло жизнь нам всем, ведь, начнись из-за этой ошибки ядерная война, последствия были бы разрушительными.

19 января 2006 в Нью-Йорке в штаб-квартире ООН Станиславу Петрову была вручена специальная награда международной общественной организации «Ассоциация граждан мира». Она представляет собой хрустальную статуэтку «Рука, держащая земной шар» с выгравированной на ней надписью «Человеку, который предотвратил ядерную войну».

Впервые хлор применили для очистки системы водоснабжения английского городка Мейдстон, после того, как там произошла вспышка тифа. Также хлор использовался врачом-бактериологом Джоном Леалем для дезинфекции домов от обнаруженных водных инфекций. Несмотря на эти первые попытки прикоснуться к санитарии, весь мир все ещё играл с водопроводом в игру «кому сегодня суждено умереть от диареи»?

Идея постоянного хлорирования водопроводной воды была озвучена Леалем в 1908 году. Прежде она была описана им в невероятно скучной книге о водопроводе.

Было подсчитано, что загрязнённая вода унесла больше человеческих жизней, нежели все мировые войны вместе взятые. Поэтому чистая водопроводная вода в миллионах кранов во всём мире — не что иное, как чудо. Не исключено, конечно, что правительство добавляет химикаты в водопровод, чтобы контролировать наши мысли, но все мы здравствуем сегодня благодаря вкладу Джона Леаля.

До 1959 года ремни безопасности, если они вообще присутствовали в автомобилях, представляли собой простые поясные ремни, которые в случае аварии позволяли немногим больше, чем наслаждаться собственным внутренним кровотечением. Пассажиры редко пристёгивались, только для автогонщиков это было обычным делом. Они использовали четырёхточечный ремень, чтобы сохранить части тела и органы на своих местах. Но несмотря на то, что эти ремни были признаны намного безопаснее поясных, водители наотрез отказывались их использовать.

Тогда Болин понял, что перед ним стоит трудная задача — сделать процесс самосохранения настолько простым и удобным, насколько это возможно. Ему предстояло побороть человеческую лень, изобретя удобный ремень, который можно будет застёгивать одной рукой. Чего он и добился в 1959 году после долгих испытаний.

Благодаря идеальной пропорции комфорта и безопасности, автоконцерн Volvo (на который работал Болин) сделал изобретение доступным для других производителей. Это должно было освежить взгляд потребителей на самосохранение и предотвратить превращение детей в «снаряды» при резком торможении.

В первой половине XX века перспектива быть женщиной и учёным одновременно была не особенно радужной, но, слава богу, Гертруда Элайон стойко вынесла этот период. Несмотря на окончание колледжа с отличием, её лишили стипендии, так как это было доступно лишь парням. Когда Гертруда всё-таки получила степень магистра химии, она оказалась на подхвате в лаборатории (в том числе из-за её «слишком привлекательной внешности»), пока, наконец, не осела в должности проверяющего замороженные фрукты на наличие плесени.
Но после начала Второй мировой войны мужской научный мир внезапно ощутил нехватку кадров, и молодой фармаколог в конечном счёте совершила прорыв. Она подала заявку на работу в качестве биохимика под руководством доктора Джорджа Хитчингса и вскоре стала ассистентом в его научных исследованиях.

В перерывах между опытами эта парочка опубликовала более 200 работ (с именем Гертруды Элайон в начале, что было крайне необычным для того времени). Также они стали пионерами нового способа производства препаратов, названного «рациональная разработка лекарственных средств». Вместо того, чтобы использовать ранее применяемый метод проб и ошибок («выстрел в темноте с надеждой на выживание»), они изучали биохимические механизмы вирусов и бактерий, с целью адаптировать препараты для их лечения. Применяя эту технику, Гертруда Элайон нашла огромное количество новых лекарств, включая первый антилейкемический и антималярийный препарат, первые иммуноподавляющие антитела, используемые при трансплантации органов, антибиотики для лечения менингита, сепсиса и бактериальных инфекций мочевых и дыхательных путей, и многие другие. Она даже открыла Зовиракс от герпеса, которым вы наверняка время от времени лечите простуду на губах.

Имя английского математика и криптографа Алана Тьюринга долгое время было предано забвению. Во-первых, потому, что большая часть его работ подпадала под действие закона о государственной тайне, а во-вторых, в 1950-е годы его принудительно лечили от гомосексуализма.
Известно, что во время Второй мировой войны в работе Тьюринга был четырёхлетний перерыв. Принимая во внимание то, что за каждый год войны Европа видела около семи миллионов смертей, наработки Тьюринга могли спасти 21 миллион человеческих жизней. Алан Тьюринг работал в знаменитом Блетчли-парке, где располагалось главное шифровальное подразделение Великобритании. Удивительный математик и логик занимался всеми видами проектов, но больше всего корпел над созданием Bombe — электронно-механической машины, способной расшифровать сообщения нацистской Энигмы. К 1942 году команда, которая ежедневно взламывала до 1 тыс. кодировок, сократила продолжительность вооружённого конфликта на годы.

Представляете, сколько жизней, как военных, так и гражданских, удалось спасти благодаря этой работе, сколько людей получили возможность иметь семьи, которых могло и не быть. Вполне возможно, что и ваших предков спасло детище Тьюринга.

Согласно подсчётам, своими разработками по вакцинации Дженнер сохранил жизни 530 миллионам людей. Методы, которые были впервые разработаны именно им, оказали наибольшее в истории человечества влияние на борьбу с болезнями.
История открытий Дженнера передавалась из уст в уста десятками поколений, поэтому кое-что может быть и недостоверным, но принципы, так или иначе, неизменны. Дженнер, работая бок о бок с молочными фермерами Глостершира, заметил, что во время эпидемии оспы они не заболевали. Тогда врач предположил, что фермеры уже переболели более мягкой коровьей формой оспы, заразившись от крупного рогатого скота и тем самым получив иммунитет от человеческой болезни.

Дженнер решился на эксперимент, привив восьмилетнему здоровому мальчику лимфу из пустулы доярки, страдающей коровьей оспой. Конечно же, парнишка слёг с болезнью. Через полтора месяца Дженнер продолжил эксперимент ещё более безрассудно и повторил процедуру — на этот раз он ввёл ребёнку лимфу больного натуральной оспой. К счастью, мальчик остался жив, врач на свободе, а мир получил первую вакцину.

Если вам когда-нибудь делали прививки, глубоко вдохните и поблагодарите Эдварда Дженнера. А если не делали в силу медицинских противопоказаний или по причине «я прочёл такую страшную статью в интернете», то вам здорово повезло избежать некоторых смертельных заболеваний благодаря такой вещи, как коллективный иммунитет.

Продолжая тему микробов и прочих гадостей, давайте обратимся к Луи Пастёру. На его веку преобладающей была теория «самозарождения», и учёные в основном верили, что бактерии якобы появляются из воздуха, чтобы подпортить ваше молоко и ваш день. Однако Пастёр не был в этом уверен и начал экспериментировать. Он взял колбы со стерилизованной питательной средой, некоторые откупорил на оживлённых и грязных парижских улицах, другие на свежем альпийском воздухе. Во всех этих колбах питательная среда активно развивалась, а в стерильных, не откупоренных пробирках — оставалась нетронутой. Своими опытами Пастёр совершил революцию в представлении о микробной теории, доказав, что болезни можно предотвращать и уничтожать в зародыше.
Хотя наибольшую известность учёному принесло изобретение процесса пастеризации, названного в его честь, исследования Луи Пастёра были куда обширнее. Микробная теория — это фундамент, на котором мы в значительной мере выстроили идеи о гигиене и безопасности повсюду — от ресторанов до больниц. Пастёр также продолжил работу Дженнера относительно вакцинации, открывая двери к созданию множества новых спасительных прививок.

Пока мы не имели ни малейшего представления о группах крови, люди регулярно умирали от кровопотери вследствие несчастных случаев, родов, язв. В общем-то, плохой приметой и дурной новостью было любое событие, от которого человек терял крови больше, чем его организм был в состоянии восполнить самостоятельно. А последствиями переливания неверной группы крови было не только «надвигающееся чувство обречённости», но и повреждение почек, тромбы и смерть. Врачи пытались переливать кровь и до открытия групп, но положительные результаты были большой удачей.
В 1901 году Ландштейнер обнаружил, что кровь не вся одинаковая, и у разных людей она обладает своими характеристиками, которые делают типы несовместимыми между собой, а смешивание приводит к летальному исходу. Это развеяло все прошлые опасения касательно переливания крови и превратило ранее рискованную процедуру в обыденную и рутинную, которая спасает жизни ежедневно.