24 января 1848 года... Началась Калифорнийская "золотая лихорадка" (6 фото)

Все началось неподалёку от лесопилки Саттера близ городка Колома. 24 января 1848 года Джеймс В. Маршалл, работавший на Джона Саттера, обнаружил кусочки золота в водяном колесе на реке Американ-Ривер. Он отнёс находку Саттеру, и вдвоём они тщательно проверили металл, подтвердив догадку о том, что это было золото. Саттер был весьма обеспокоен и хотел, чтобы эта информация оставалась в тайне, поскольку боялся, что его сельскохозяйственный бизнес пострадает в случае начала массовых поисков золота. Однако вскоре поползли слухи, которые подтвердились в марте 1848 года издателем газеты и торговцем Сэмюэлем Бреннаном из Сан-Франциско. После того, как он открыл свой бизнес по торговле золотом, он прошёлся по улицам Сан-Франциско, держа над головой фиал с драгоценным металлом, восклицая «Золото! Золото! Золото из реки Американ-Ривер». После этого множество калифорнийских семей, занимавшихся ранее фермерством, решили отправиться на поиски золота, став первыми старателями.

19 августа 1848 года наиболее тиражируемая на тот момент газета восточного побережья New York Herald сообщила о начале золотой лихорадки в Калифорнии, а 5 декабря президент Джеймс Полк подтвердил это в своем обращении к конгрессу. Вскоре огромное число иммигрантов со всего мира, позже названных «людьми 49-го», приехали в Калифорнию. Худшие опасения Саттера подтвердились, его бизнес был разрушен; рабочие уехали на поиски золота, а поселенцы селились на его земле, воровали зерно и скот.

До начала лихорадки Сан-Франциско был крошечным поселением. Когда его жители узнали об открытии золота, городок опустел, а люди побросали свои дела, присоединившись к поискам золота. Однако впоследствии в город прибыло множество иммигрантов и торговцев, что привело к его резкому росту. Численность населения выросла с примерно 1 тыс. человек в 1848 до 25 000 постоянных жителей в 1850 году. Как и в случае со многими городами, выросшими в результате лихорадки, внезапный приток людей подрывал инфраструктуру Сан-Франциско и других городов около золотых приисков. Люди жили в палатках, деревянных лачугах или каютах, выломанных из заброшенных кораблей. В каждом лагере из подобных построек находились салун и казино.

Приехать в Калифорнию в те времена было очень трудно. «Аргонавты» (так по-другому называли людей 49-го года) поначалу прибывали большей частью на водном транспорте. С восточного берега такое путешествие через Южную Америку занимало от 5 до 8 месяцев. Другие водные пути лежали через Панаму и Никарагуа. Также многие золотоискатели приходили с восточного берега по сухопутной дороге, так называемому Калифорнийскому пути. На каждом из этих путей «аргонавтов» ждали различные опасности: от кораблекрушений до эпидемий тифа и холеры.
В порту Сан-Франциско из-за лихорадки оказалось целое скопление брошенных кораблей. Горожане превращали эти корабли в склады, магазины, таверны, гостиницы, а одно судно даже стало тюрьмой.

Как и предполагал Джон Саттер, золото не принесло ему ничего хорошего. Его владения были захвачены пришлыми авантюристами, а фермы разграблены. Предприниматель вёл долгие тяжбы в Вашингтоне, но получил от правительства только пенсию. Власти намеревались на определённом этапе выплатить ему компенсацию в размере $50 тыс., но так и не сделали этого. Сын Саттера Джон Август основал город Сакраменто, но затем быстро продал землю и уехал в Мексику, где стал бизнесменом и американским консулом. Однако под конец жизни дела у него пошли неважно, а после его смерти остатки мексиканского имущества Саттеров были конфискованы в ходе очередных революционных событий. Жена и дети Джона Августа в конце XIX века вернулись в Калифорнию без денег.
Тем не менее имя Саттеров живёт в памяти американцев. В честь них названы улицы, школы, больницы, а также город Саттер-Крик, округ Саттер и горный хребет, находящийся неподалёку от побережья Тихого океана.

Сэмюэль Бреннан узнал о находке драгметалла, когда один из работников Саттера заплатил золотым песком за бутылку бренди в его магазине. И чтобы доказать, что золото настоящее, признался, где его нашёл. Используя попавший ему в руки инфоповод, ловкий Бреннан начал публиковать в собственной газете заметки, что в тех или иных местах Калифорнии найдено золото в «значительных количествах», рассказывал истории успеха неких старателей, заработавших тысячи долларов на золотодобыче. Параллельно он следил за поисками месторождений золота и когда его коллеги-мормоны поделились координатами действительно богатого прииска, он решил построить рядом ещё один магазин и склад.

«Чтобы начать настоящую манию, потребовалось немало времени», – писал Бреннан в своих воспоминаниях.

В попытке поднять шум вокруг драгоценного металла, Бреннан набрал в стеклянную бутылочку золотой песок и поплыл по реке от приисков в сторону Йерба-Буэна. Выйдя на берег, он стал размахивать бутылочкой, крича: «Золото! Золото на Американ Ривер!». Эта презентация имела невероятный успех. В дополнение к ней Бреннан напечатал в своей газете очередную новость об открытии месторождения и призвал всех отправиться на прииски. Спустя пару недель почти ¾ мужского населения городка ушли искать золото.
Тогда он нанял курьеров, которым велел распространить 2000 экземпляров газеты на востоке США. Новость вызвала ажиотаж, её перепечатали в авторитетном издании New York Herald. Лихорадка началась. Многие американцы узнали, что в Калифорнии кто-то за день зарабатывает больше, чем они зарабатывают за несколько лет.

Бреннан не терял ни минуты. Он скупал в окрестностях все лопаты, промывные ковши, сковородки, кирки и другие хозяйственные товары, наполняя ими свои магазины. Его торговая сеть стала самой крупной в Калифорнии и располагала очень большим ассортиментом. Обороты магазинов Бреннана порою доходили до 4000 долларов в день. Новый дом в Нью-Йорке в 1850-х можно было купить за 2500 долларов. В пересчёте на современный курс, один доллар в то время равнялся 28 долларам сегодня.
Чистая прибыль магазинов Бреннана составляла от 50 до 75% от суммы выручки. За девять недель он заработал 36000 долларов. Товары возили по реке – сделать полный оборот от города до приисков судну удавалось за 7-8 дней. Расчёт Бреннана был прост: его торговые точки – единственные на пути к приискам. Старатели, жаждущие в одночасье разбогатеть, заплатят ровно столько, сколько он потребует. Ведь аналогичные товары нельзя приобрести на расстоянии почти 2000 миль в округе. Делец продавал лопаты, купленные им за 10 долларов уже по 500. За сито, которое ему обошлось в четыре доллара он просил 200. Приобретённые за 20 центов кастрюли уходили по 15 долларов за штуку.
Бреннан умудрялся ещё и регулярно повышать цены. Если на одной неделе две кирки он продавал за две унции золота, то на другой неделе он их продавал уже за четыре. Когда кто-то возмущался такой ценовой политикой, он отвечал, что «золото теперь повсюду и просто падает в цене», а не его кирки дорожают.

Одна из самых ловких махинаций Бреннана связана со сбором десятины со старателей-мормонов. В очередной раз используя своё «служебное положение» главы местной религиозной общины, он попросил отдавать ему 10% доходов. По правилам мормонов, он обязан был переправлять золото в Юту, в штаб-квартиру церкви. Но никаких посылок из Калифорнии там не получали. Вскоре о действительном положении дел узнали вышестоящие мормоны. Они отправили к Бреннану посланника с требованием отдать «деньги Господа». Тогда Бреннан ответил: «Я оставлю деньги Господа у себя до тех пор, пока не получу квитанцию, подписанную самим Господом Богом. И не раньше!».

Когда недовольные попробовали пожаловаться военному губернатору Ричарду Б. Мейсону, тот ответил не хуже самого проповедника: «Бреннан имеет полное право взымать налоги, если вы, мормоны, достаточно глупы, чтобы платить».

За два года на Клондайк приехали 125 тысяч человек. Чтобы заработать 22 миллионов долларов, старатели потратили 225 миллионов. Большая часть этих денег осела в карманах предприимчивых людей, которые знали и понимали, как зарабатывать на человеческих страстях. То же самое было и в Калифорнии.
В первый год Золотой лихорадки 95% приехавшего населения были мужчинами. Владельцы магазинов, борделей, баров и всей «сферы обслуживания» зарабатывали на золотодобыче намного больше самих старателей. Те же мормоны получали огромные деньги на приисках, но очень расточительно их тратили.

Сэм Бреннан стал первым миллионером Калифорнии, он покупал недвижимость, занимался виноделием, построил железную дорогу и даже в 1853 году был избран сенатором штата от города Сан-Франциско.
Но его не слишком дальновидная стратегия вложения денег погубила его состояние. В 1870 году жена Бреннана подала на развод – он жил в Калифорнии, а она – в Европе. Суд постановил, что супруга имеет право на половину всех владений миллионера, но отдать эту долю нужно было наличными.
Поскольку основные активы Бреннана составляла недвижимость, ему пришлось её спешно продавать за гораздо меньшие деньги, чем она стоила и могла принести в будущем.
Дорогостоящий развод привёл к катастрофическим бизнес-решениям. Бреннан обанкротился и умер в относительной бедности, повторив конец тех старателей, на которых зарабатывал миллионы сам.