Душители Ленинграда (5 фото)

Большинство историков и авторов, пишущих на исторические темы, рассказывая о блокаде Ленинграда, обвиняют в гибели сотен тысяч защитников города и его мирных жителей исключительно германскую сторону. Они почему-то не берут во внимание, что немцы окружали Ленинград только с юга, а с севера позиции занимали финские войска. Не умаляя преступлений Германии, не стоит забывать, что кроме граждан Третьего Рейха, в удержании города в удушающем железном кольце блокады принимали участие и многочисленные добровольцы из стран Европы, направившиеся на Восток в качестве «новых крестоносцев».
Голубые.
После завершения 1 апреля 1939 года кровопролитной Гражданской войны победой генерала Франко на территории Испании установилась полуфашистская диктатура. Испанские националисты считали всех местных левых агентами СССР, а военная помощь, оказанная Советским Союзом республиканскому правительству, вызывала в их сердцах жгучую ненависть.

Весть о том, что Германия начала войну против Советской России, вызвала в Испании небывалый ажиотаж среди местных националистов. Выступить непосредственно на стороне стран Оси осторожный каудильо опасался. Внутреннее положение Испании в начале 40-х годов было неустойчивым. Как минимум половина населения страны недолюбливала диктатора, на июнь 1941 года в тюрьмах находилось до 2-х миллионов политических заключённых – идейных врагов режима. Вдобавок могли начаться проблемы с западными союзниками, особенно с Англией и странами Латинской Америки. Наконец, правительство Третьего Рейха, взвесив все за и против, также предпочло видеть Испанию официально нейтральной страной.

22 июня 1941 г. испанский министр иностранных дел Серрано Суньер сообщил послу Германии в Мадриде Эбегарду фон Штореру, что Испания приветствует нападение на СССР и готова оказать помощь добровольцами. 24 июня 1941 года Адольф Гитлер принял это предложение. По всей Испании были открыты десятки вербовочных пунктов, на которые устремились тысячи волонтёров. Количество желающих бороться с ненавистными большевиками превысило ожидаемое в 40 раз, из-за чего 2 июля 1941 года вербовочные пункты были вынуждены свернуть свою деятельность. Большую часть добровольцев составляли ветераны Гражданской войны, члены движения ХОНС (Falange Espanola de las Juntas de Ofensiva National Sindicalista), которые прибывали на призывные пункты в своей традиционной униформе – синих рубашках и красных беретах. От цвета их рубашек и произошло неофициальное название Испанской добровольческой дивизии – «Голубая дивизия» (немецкое название «Blau», испанское – «Azul»).
Фото: Проводы испанских добровольцев на войну с Россией

Общая численность дивизии составляла 18 693 человека – 641 офицер, 2272 унтер-офицера и 15 780 нижних чинов. 31 июля 1941 года испанские добровольцы присягнули на верность Гитлеру.
4 октября 1941 года «Голубая дивизия» прибыла на фронт на участке Новгород - Теремец, где сразу же подверглась первому испытанию – атаке русской пехоты. Тогда же впервые в боевых донесениях советских войск проскользнуло сообщение о появлении на фронте испанцев под командованием генерала Муньос Грандеса. Оно также гласило, что дивизия укомплектована молодёжью 20-25 лет, большинство идейные фалангисты, которые сражаются очень храбро. 16 октября германские войска перешли в наступление на Волховско-Тихвинском направлении. Немецким частям удалось прорвать оборону на стыке 4-й и 52-й армий. В советской фронтовой сводке от 25 октября сообщалось, что «испанская дивизия, овладев деревнями Шевелёво, Ситно, Дубровка, Никитино, Отенский посад, пока их удерживает».

В ноябре 1941 ударили сильные морозы, до -30. Теплолюбивым жителям Пиренейского полуострова пришлось несладко – довольно много солдат получили обморожения. 4 декабря 1941 года советские войска нанесли контрудар по позициям 250-ой пехотной дивизии. Засевшие в промёрзших окопах испанцы упорно обороняли свои рубежи. Красноармейцам удалось окружить часть 269-го полка, дело доходило до рукопашных схваток. Причём, как указывали в оперативных сводках советские командиры, испанцы, в отличие от немцев, не боялись штыковых атак, и сами охотно навязывали противнику ближний бой. К 7 декабря бои в районе Отенского посада утихли, прорвавшиеся части советских войск были отброшены назад. Эта победа дорого обошлась испанцам, например, только 2-й батальон 269-го полка потерял 580 человек: 120 убитыми, 440 ранеными и обмороженными, 20 пропало без вести.
В конце декабря Красная Армия начала ещё одно наступление, массированному удару снова подверглась «Голубая дивизия». «В сводках 52-й армии от 24, 25 и 27 декабря сообщалось, что части 250-й испанской пехотной дивизии, оставив Шевелёво, в прежней группировке обороняются на западном берегу реки Волхов на участке Ямно-Еруново-Старая Быстрица и оказывают упорное сопротивление продвижению наших частей, неоднократно переходя в контратаки» - так вспоминал об этих событиях генерал И.И. Федюнинский в своей книге «Поднятые по тревоге». Несмотря на стойкое сопротивление противника, войска 52-й армии прорвали оборону и отбросили испанцев на несколько десятков километров. Об ожесточённости боёв говорит такой факт: из сформированной командованием «Голубой дивизии» в первые дни января 1942 года сводной лыжной роты численностью 206 человек к середине месяца в строю осталось всего 12 бойцов. Бесстрастные страницы архива МО СССР, посвящённые допросам пленных 250-й дивизии, также подтверждают высокие потери среди испанцев. Например, они гласят, что «на начало 1942 года в ротах 269-го пехотного полка оставалось по 30-50 человек, вместо положенных 150. В 3-м батальоне 263-го полка в ротах осталось 60-80 человек, во всём 2-м батальоне 262-го полка – до 80 человек. Всегда в показаниях пленных речь идёт об обмороженных». На войну испанцы шли добровольно, как указывает С.П. Пожарская в своей статье «Испанская «Голубая дивизия» на советско-германском фронте»: «каждый солдат «Голубой дивизии» получал в месяц 60 рейхсмарок, им единовременно выплачивались подъёмные в размере 100 песет, семьи военнослужащих в Испании получали по 8 песет в день». Нужно заметить, что это были очень неплохие деньги для того времени, учитывая что в Мадриде суточный заработок квалифицированного строительного рабочего составлял 9 песет, пекаря – 10 песет, владельца небольшого магазинчика – 10-20 песет в день.

В октябре 1943 года под давлением западных союзников генерал Франко официально отозвал Испанскую добровольческую дивизию с фронта. Вывод испанских войск начался 12 октября, по железной дороге солдаты были отправлены в Германию в г. Хофе, для последующего отбытия на родину. Однако, зная, что это осложнит испано-германские отношения, каудильо закрыл глаза на то, что почти половина личного состава не вернулась домой.
Всего за время участия испанских подразделений в боевых действиях на Восточном фронте, через их ряды прошло около 55 000 человек. Точное количество убитых, раненых, пропавших без вести и попавших в плен испанцев в 1941-43 годах неизвестно. По немецким данным потери 250-й пехотной дивизии составили 12 726 человек, из них убитыми 3 943 (в том числе 153 офицера), 8 446 ранеными, 326 пропавшими без вести. В личном архиве генерала Франко имеются данные об общих потерях в 12 737 человек из них 6 286 убитыми. Западные источники называют цифру потерь в 4 954 убитыми и 8 700 ранеными. По документам ГУВПИ (Главного управления по делам военнопленных и интернированных) СССР добровольно сдались и были взяты в плен в бою 452 испанца.
Усердно помогали Гитлеру и норвежцы. После нападения Германии на Советский Союз лидеры партии «Национальное единство», а также многие известные норвежцы, например лауреат Нобелевской премии писатель Кнут Гамсун, выступили с предложением организовать добровольческий отряд для борьбы против «большевистских орд» по примеру Норвежского легиона, входившего в состав финских вооружённых сил в период советско-финского конфликта.
В феврале 1942 года, Норвежский легион был направлен на относительно спокойный участок Ленинградского фронта, где вошёл в состав 22 моторизованной бригады СС под командованием генерал-лейтенанта полиции Фридриха Йеккельна, которая занимала оборону по соседству с 250-й испанской пехотной дивизией. В состав этой эсэсовской «интербригады» кроме норвежцев входили также латвийские, голландские и фламандские добровольцы. В середине марта легионеры сменили на позициях под Ленинградом своих коллег по СС из дивизии «Leibstandarte Adolf Hitler». В отличие от соседствующих с ними латышских эсэсовцев, испытывавших лютую ненависть к СССР и советским людям, норвежцы относились к пленным вполне лояльно.
13 августа 1942 года норвежцы вошли в состав 2-й пехотной бригады СС, укомплектованной преимущественно уроженцами Латвии. Численность Легиона к этому периоду достигла более 1000 человек. 3 сентября в качестве пополнения из Норвегии прибыла полицейская рота в составе 93 человек, сформированная из служащих норвежской полиции - ярых сторонников нацизма. Полицейскую роту неоднократно использовали на территории Ленинградской области в карательных экспедициях против советских партизан.
После начала Красной Армией операции по прорыву блокады норвежцы оказались в эпицентре боёв. Совместно с испанской «Голубой дивизией» в феврале 1943 года в районе Красного бора в тяжелейших сражениях принимал участие норвежский противотанковый дивизион, который был полностью разгромлен советскими войсками. За несколько дней боёв норвежцы потеряли только убитыми 43 человека. К середине февраля оставшиеся в строю легионеры в количестве менее 700 человек были отведены в тыл. 1 марта их вывезли в Норвегию, где они 6 апреля 1943 года парадным маршем прошли по центру Осло.

20 мая 1943 года на полигоне Графенвёр в Германии Норвежский легион был официально расформирован. Оставшиеся легионеры и пополнение, прибывшее из Норвегии, были направлены на формирование полка «Норвегия» 11-й танково-гренадёрской дивизии СС «Нордланд», но это уже совсем другая история.

За время пребывания норвежцев непосредственно под Ленинградом, потери легиона составили только убитыми 180 человек. Всего во время Второй Мировой войны в составе различных боевых подразделений вермахта и войск СС, а также полицейских спецчастях сражалось более 15000 норвежцев. На советско-германском фронте было задействовано 7000 военнослужащих, из которых в плен попало около 100 человек, 20 офицеров и 678 солдат были убиты.
Нидерланды ещё со времён кайзера Вильгельма традиционно тяготели к Германии.
Будучи германским народом, голландцы могли безо всяких ограничений служить в войсках СС. 25 мая 1940 года по личному распоряжению Адольфа Гитлера был сформирован штандарт СС «Вестланд», в который принимались голландские и фламандские добровольцы. Спустя 11 месяцев 3 апреля 1941 года было объявлено о формировании голландско-немецкого полка «Нордвест». Полк проходил обучение в предместье Гамбурга Лангехорне, командиром был назначен штандартенфюрер СС Отто Рейх.

Нападение Германии на СССР получило горячее одобрение среди пронацистских сил Нидерландов. В местной прессе стали усиленно пропагандироваться лозунги «Крестового похода против коммунизма» и «Совместной защиты Европы от большевизма». 10 июля 1941 г. рейхскомиссар Зейсс-Инкварт обратился к голландскому народу с призывом сформировать добровольческий легион.
К концу января голландцы прибыли на позиции в районе дороги Новгород-Тосно, где влились в состав 20-й пехотной дивизии. Первое боевое крещение легион принял 11 февраля 1942 года у Гусьей горы под Волховом, где второй батальон легиона взял штурмом небольшой укреплённый блокпост советских войск. В результате атаки шесть русских солдат были убиты, трое взяты в плен.
В феврале - марте 1942 года легион сражался с частями 2-й Ударной армии, оперируя в районе Мясного бора. В результате ожесточённых боёв голландцы потеряли убитыми, ранеными и обмороженными около четверти личного состава.
Возле населённых пунктов, где дислоцировались голландские эсэсовцы, стали появляться партизаны, поэтому легионерам пришлось принимать участие в патрулировании прифронтовой полосы, поиском и уничтожением партизанских баз. Голландцы проявляли неслыханную жестокость по отношению к мирному населению. По свидетельству очевидцев, любого, только заподозренного в связях с партизанами, легионеры беспощадно убивали на месте.

Моральный дух измотанных в постоянных стычках легионеров пошатнулся, лишь щедрое награждение солдат Железными крестами Первой и Второй степени, а также прибытие на фронт пополнений, включая усиленный полевой госпиталь, и приезд в начале марта из Голландии представительной делегации, возглавляемой Антоном Мюссертом, несколько выправили ситуацию. Тем не менее, полностью восстановить дисциплину в подразделении не удалось: грабежи, мародёрство и расправы над мирными жителями продолжались.

В августе легион, чья численность сократилась до 1197 человек, был переведен на ленинградское направление в район Красного села, где занял свой участок фронта в кольце блокады. Усталость и потери повлияли на падение боевого настроя подразделения, чему также «помогли» удачные действия советских войск: попавшая под Красным селом в «огневой мешок» рота голландцев была разбита наголову. Для того чтобы укрепить моральное состояние своих нидерландских соратников, германское командование пошло по знакомому пути: раздаче наград.
В сентябре 1942-го голландцы совместно с Норвежским легионом и двумя латышскими «шума» - батальонами из 2-й пехотной бригады СС образовали боевую группу «Фитцхум», которая принимала участие в позиционных боях на различных участках фронта в районе Шлиссельбурга.
27 апреля 1943 года остатки легиона были выведены с фронта и отправлены на полигон Графенвёр, где 22 мая 1943 года Добровольческий легион «Нидерланды» был официально расформирован.

Всего на советско-германском фронте погибло более 8 тысяч голландцев, 4 тысячи были взяты в плен.
Еще есть такая мирная страна Бельгия где проживают добряки фламандцы, так вот фламандцы считались германским народом, поэтому имели право служить в составе войск СС без ограничений. Летом фламандские добровольцы появились в рядах штандарта СС «Вестланд», годом позже – в штандарте СС «Нидерланды». С началом советско-германской войны было принято решение организовать добровольческое подразделение для отправки на восточный фронт. В апреле-мае фламандские волонтёры, зачисленные в SS-Standarte "Nordwest» дивизии СС «Викинг» отправились на восток.
С 16 ноября 1941 года легион был задействован в боях юго-восточнее Ленинграда. Затем его вывели в тыл и использовали в борьбе против советских партизан в районе железной дороги Мга - Кириши, а также в районе населённого пункта Погостье. В декабре ударили сильные морозы, доходившие до 30 градусов ниже нуля. У неприспособленных к таким холодам и не имеющих достаточного количества зимнего обмундирования фламандцев начались потери из-за сильных обморожений. Неоднократно обыгранный в отечественном кинематографе сюжет, когда плохо одетые вражеские солдаты, вынужденные залечь в снег под плотным огнём советских бойцов, медленно замерзают на открытой местности, впервые произошёл именно с фламандским подразделением в районе Погостья. К тому же, привыкшие к мягкому климату своей родины водители легиона периодически забывали сливать на ночь воду из радиаторов автомобилей. Донесение командира легиона от 18 декабря 1941 года сообщает, что по этой причине из строя выбыло 125 из 161 имеющихся в наличии автомашин. В результате боёв и сильных морозов численный состав легиона сократился до 654 человек, включая 23 офицеров, 72 унтер-офицеров и 559 рядовых.
В октябре 1942 года из Бельгии стало прибывать пополнение, и к началу 1943 года легион практически полностью восстановил свой численный состав. Фламандские добровольцы патрулировали прифронтовую полосу в районе Красного села, неоднократно отражая дерзкие вылазки небольших отрядов советской пехоты и разведчиков. Во время совместного наступления Ленинградского и Волховского фронтов 12 января 1943 года, легионеры «Фландрии» занимали позиции в районе Колпино. В результате ожесточённых сражений легион потерял половину состава, однако все попытки советских войск прорвать оборону на их участке окончились неудачей.
После месяца боёв, 12 февраля поредевший легион, насчитывавший в своём составе всего 450 человек, был отведён в район Красного села, где использовался в качестве корпусного подвижного резерва. В марте его придали дивизии СС «Polizei», которая увязла в ожесточённых боях под Красным бором и населённым пунктом Никольское. В этих боях легион перестал существовать как боевая единица, на 1 апреля 1943 гола в строю оставалось менее 50 человек. 14 апреля оставшихся в живых фламандцев вывели в резерв, а в середине мая 1943 года отправили на полигон Дебица, где формировалась штурмовая бригада СС «Лангемарк». Боевой путь Добровольческого легиона «Фландрия» был окончен.

Всего во время войны на советско-германском фронте погибло более 5000 граждан королевства Бельгия, 4729 валлонов и фламандцев было взято в плен.
А вот и «русский офицер» маршал Маннергейм ( ему даже доску памяти в Питере прикрутить попытались, видимо на стороне безопасной при обстреле)

Этот воспитанник Николаевского кавалерийского училища в 1941 г возглавлял Финские силы самообороны (так они назывались). В них входили: I корпус (2 пехотные дивизии), II корпус (2 пехотные дивизии), IV корпус (3 пехотные дивизии).
В августе 1941 года финны, верные союзники Гитлера, приблизились на 20 км к северным пригородам Ленинграда, достигнув финско-советской границы 1939. Угрожая городу с севера, они продвигались и по Карелии к востоку от Ладожского озера, создав опасность городу и с восточного направления. Финские войска перешли существовавшую до «Зимней войны» границу на Карельском перешейке, «срезав» советские выступы на Белоострове и Кирьясало и выпрямив этим линию фронта. Советская историография утверждала, что движение финнов остановилось в сентябре из-за сопротивления им Карельского укрепрайона. Однако финские войска уже в начале августа 1941 получили приказ прекратить наступление после достижения его целей, некоторые из которых лежали за довоенной границей 1939.
В течение следующих трех лет, финны вносили вклад в битву за Ленинград тем, что удерживали свои линии. Их командование отвергло немецкие уговоры начать воздушные нападения на Ленинград. Финны не пошли южнее реки Свирь в Восточной Карелии (160 км к северо-востоку от Ленинграда), к которой они вышли 7 сентября 1941. На юго-востоке немцы 8 ноября 1941 захватили Тихвин, но не смогли завершить окончательное окружение Ленинграда броском далее на север, на соединение с финнами на Свири. 9 декабря контратака Волховского фронта вынудила вермахт отступить от позиций у Тихвина к линии реки Волхов. Благодаря этому сохранилась линия сообщения с Ленинградом по Ладожскому озеру.
6 сентября 1941 начальник оперативного управления штаба вермахта Альфред Йодль посетил Хельсинки с целью убедить фельдмаршала Маннергейма продолжить наступление. Финский президент Рюти тем временем заявил своему парламенту, что целью войны был возврат областей, потерянных во время «Зимней войны» 1939-1940 и получение ещё больших территорий на востоке, которые позволят создать «Великую Финляндию». После войны Рюти утверждал: «24 августа 1941 я посетил штаб фельдмаршала Маннергейма. Немцы склоняли нас пересечь старую границу и продолжить наступление на Ленинград. Я сказал, что захват Ленинграда не входит в наши планы и что мы не станем принимать в нём участие. Маннергейм и военный министр Вальден согласились со мной и отклонили предложения немцев. В результате сложилась парадоксальная ситуация: немцы не могли подойти к Ленинграду с севера...».
Пытаясь обелить себя в глазах победителей, Рюти, таким образом, уверял, что финны чуть ли не воспрепятствовали полному окружению города немцами. На самом деле германские и финские войска держали осаду вместе до января 1944, но со стороны финнов было крайне мало систематических обстрелов и бомбардировок Ленинграда. Однако близость финских позиций – 33-35 км от центра Ленинграда – и угроза возможной атаки с их стороны осложняли оборону города. Пока Маннергейм не прекратил (31 августа 1941) своё наступление, командующий советского Северного фронта, Попов, не мог высвободить резервы, стоявшие против финских войск на Карельском перешейке, чтобы повернуть их на немцев. Попову удалось передислоцировать две дивизии в германский сектор лишь 5 сентября 194
Вскоре финские войска срезали выступы у Белоостров и Кирьясало, которые угрожали их позициям на берегу моря и к югу от реки Вуоксы. Генерал-лейтенант Пааво Талвела и полковник Ярвинен, командир финской прибрежной бригады, ответственные за участок у Ладоги, предложили германскому штабу блокировать советские конвои на Ладожском озере. Немецкое командование сформировало «международный» отряд моряков под финским командованием (сюда вошёл и итальянский XII Squadriglia MAS) и флотское соединение Einsatzstab Fähre Ost под немецким командованием. Эти водные силы летом и осенью 1942 мешали сообщениям с осаждёнными ленинградцами по Ладоге. Появление льда заставило убрать эти легковооружённые отряды. Позже они так и не были восстановлены из-за изменений в линии фронта.
Летом 1944 г. финские войска были оттеснены за Выборгский залив и реку Вуоксу.
В войне-продолжении в 1941 году безвозвратные потери финских войск составили 26 355 человек, в 1942 году – 7552 человека, в 1943 году – 3779, в 1944 году до 31 мая – 1297, а с 1 июня по 30 сентября – 19 732. Кроме того, потери ранеными составили около 158 тыс. человек.
И конечно обиженные соседи наши.
Фото не хочу публиковать.
Непосредственное участие в блокаде Ленинграда принимало значительное число сформированных нацистами добровольческих латышских формирований, в том числе:
16-й латышский шума-батальон «Земгале», сформированный в сентябре 1941 г. в Риге, уже в конце октября того же года был переброшен в Ленинградскую область. В феврале 1943 г. участвовал в боях на Пулковских высотах. В 1943 г. батальон был включен в состав 1-го латышского добровольческого полка СС.
19-й латышский шума-батальон, сформированный в декабре 1941 г. в Риге, в мае 1942 г. принимал участие в боевых действиях в районе Красного села, прикрывал Лиговский канал до г. Урицк. В 1943 г. батальон был включен в состав 1-го латышского добровольческого полка СС.
21-й латышский шума-батальон, сформированный в конце 1941 г. в Лиепае, в апреле – июне 1942 г. принимал участие в боевых действиях в районе Красного села, прикрывал Лиговский канал до г. Урицк. В 1943 г. батальон был включен в состав 1-го латышского добровольческого полка СС.
24-й латышский шума-батальон, сформированные в Лиепае, в мае - июне 1942 г. и ноябре 1942 – марте 1943 гг. действовал в районе Петергофа. В 1943 г. батальон был включен в состав 2-го латышского добровольческого полка СС.
Помимо этого, на территории оккупированной Ленинградской области с начала 1942 г. карательные функции осуществляли эстонские коллаборационистские подразделения (в одном из которых служил недавно скончавшийся Х. Нугисекс), а с лета 1942 г. – 282, 283, 283, 285-й латышские полицейские батальоны.
Эти каратели принимали участие в прямом уничтожении мирного населения (это вообще их национальная особенность). Значительный вклад в массовую гибель населения Ленинградской области внесли эстонские пограничные полки «Омакайтсе», блокировавшие границу Эстонии и Ленинградской области и, таким образом, препятствовавшие бегству мирных жителей из зоны голода. В сохранившихся в Государственном архиве Российской Федерации итоговых отчетах «Омакайтсе» эта борьба с голодающими отмечается как большое достижение эстонских нацистов.
Прибалтийские нацисты внесли , несомненно, существенный вклад в реализацию нацистской истребительной политики в отношении жителей Ленинграда и Ленинградской области. То есть – в геноцид. И пока за него никак не ответили.


В нынешнее время в определённых кругах российского общества стала модной тенденцией попытка уравнять тех, кто пришёл в чужую страну жечь, грабить и убивать с теми, кто защищал свой дом, свою семью, свой народ от уничтожения. Реабилитируя войну Германии (а если быть точным, то почти всей Европы) против СССР, такие русскоговорящие господа усиленно навязывают образ Советского Союза, как империи зла. Закрывая глаза на реальные преступления оккупантов всех мастей на нашей земле, они регулярно преподносят различные байки о «зверствах» советских солдат в Германии, тотальном «изнасиловании изуверскими большевистскими ордами» женского населения целых стран и прочую откровенную чепуху. Дело доходит до того, что некоторые наши сограждане, поверившие в россказни профессиональных плакальщиков по «жертвам советского тоталитаризма», воспитываемые потоками льющихся с телеэкранов бездарных тенденциозных фильмов о Великой Отечественной войне и прочей неприкрытой лжи, начинают считать Гитлера чуть ли не освободителем «угнетённого» русского народа. Иногда даже случается так, что всех воевавших на стороне Гитлера, начинают признавать «борцами против сталинской тирании», «освободителями России от коммунизма», «посланцами цивилизованной Европы». Какую свободу и цивилизацию эти «посланцы Европы» несли в Россию, раскрывает в своем приказе от 2 мая 1941 года командующий 4-й танковой группой Эрих Гёпнер в связи с предстоящими боевыми действиями на Востоке: «...Война против России является важнейшей частью борьбы за существование немецкого народа. Эта давняя борьба германцев против славян, защита европейской культуры от московско-азиатского нашествия, отпор большевизму. Эта борьба должна преследовать цель превратить в руины сегодняшнюю Россию, и поэтому она должна вестись с неслыханной жестокостью...».

И вот, когда узнаёшь, что на территории Ленинградской области отдельные представители властных структур разрешают ставить обелиски, кресты и памятные знаки погибшим солдатам из иностранных легионов СС, не устаёшь удивляться то ли короткой памяти, то ли откровенному цинизму этих людей. Существует спорный тезис, что «нельзя вечно ненавидеть мёртвых врагов». Вероятно, что он имеет право на существование в определённых ситуациях, но только не здесь. Можно понять и даже простить солдат тех стран, которые официально находились в состоянии войны с СССР. Нисколько не освобождая их от ответственности за преступные деяния на оккупированных советских территориях, всё же стоит признать, что основную долю вины за это несёт высшее руководство их стран, иногда просто не оставлявшее никакого выбора своим гражданам, одетым в военную форму. Тем же, кто добровольно взял в руки оружие, и пришёл в нашу страну, чтобы убивать советских людей, а также тем, кто сейчас их оправдывает, прощения быть не может никогда.

У меня всё...
Основной материал взят мной из статей Автора Поморянина в и из других открытых источников.