Танки Т-34 против Японских Камикадзе | Как Советские танкисты воевали в Маньчжурии

Истребители и смертники
Разгромив в мае 1945 года Германию, СССР начал готовится к войне с Японией. Теперь перед советскими войсками стояла задача разбить Квантунскую армию — мощную группировку японских войск в Маньчжурии. Чтобы облегчить действия советской стороне, англо-американские союзники щедро делились с ней своим опытом войны с самураями.

Например, они сообщили, что противотанковая артиллерия у японцев не в почёте, а самым эффективным способом борьбы с бронетехникой самураи считают группы «истребителей танков» и смертников. Каждой японской стрелковой роте полагалось 13-16 человек, вооружённых гранатами, минами, бутылками с зажигательной смесью и прочими опасными для гусеничных машин «сюрпризами».

Они поджидали, когда бронированное чудище подъедет поближе, а затем хладнокровно подтягивали ему под гусеницу мину на верёвке. Бывало, что японцы прыгали на танк, забрасывая его смотровые щели грязью или накрывая их брезентом. Затем к бронемашине лепили магнитную мину или связку гранат, выводя из строя взрывом.

Но куда опаснее были смертники.

Обвязанные гранатами или взрывчаткой, они бросались прямо под танки — или могли во славу микадо шарахнуть по броне противотанковой миной ударного действия. Против смертников танкисты были бессильны, поэтому бороться с ними предстояло пехоте.

Охраняя танк от такой напасти, стрелкам надо было успеть уложить камикадзе раньше, чем он добежит до танка.

Казалось бы — всё ясно. В действиях против японцев несколько автоматчиков на танке обязательны, иначе жди беды. Советское командование информировало своих командиров об этом. Но не все усвоили уроки союзников, предпочитая учиться на собственных ошибках. Именно это и произошло с 257-й танковой бригадой.

Приказ перейти границу

Маньчжурская операция началась девятого августа 1945 года. В число её участников вошёл 26-й стрелковый корпус, части которого наступали от Спасска на Харбин. Они пересекли границу и двинулись сквозь тайгу к городу Мулин. Преодолевая буреломы и болота, красноармейцы вышли к шоссе, ведущему прямо к городу.

Измотанной пехоте требовался отдых, но прерывать наступление было нельзя. Тогда комкор генерал Скворцов принял соломоново решение, приказав 257-й танковой бригаде двигаться к Мулину, взять его и удержать до подхода основных сил. Посадив на броню взвод автоматчиков и сапёров, три десятка Т-34 и пяток Т-26 рванули прямо к городу.

Сбивая на пути японские арьергарды и потеряв несколько танков на минах, бригада ворвалась в Мулин и уничтожила вражеский гарнизон. Передохнув, 12 августа танкисты двинулись дальше. Теперь их путь лежал к крупному узлу японской обороны — городу Муданьцзян. Да, именно его прославил впоследствии герой Леонида Броневого из «Небес обетованных».

Сначала бригаде сопутствовал успех. Танки вышли к разъезду Сядунь, разгромив там японский воинский эшелон. Но дальше дела пошли хуже. Отступавшие японцы минировали дорогу, устраивая на ней завалы, а танки подрывались или вязли в болотах, ища обходные пути. Вскоре у командира бригады подполковника Анищика под рукой осталось всего 13 машин.

Увы, это число оказалось несчастливым.

«Чёртова дюжина» против смертников
Преодолев бездорожье, тринадцать «тридцатьчетвёрок» вышли прямо к станции Хуалинь, раздавив по дороге японский обоз с боеприпасами. Казалось бы, ещё рывок — и танки ворвутся на станцию, но не тут то было. На подходе к ней бригаду ожидали артиллерия и отряд смертников.

Когда бригаду атаковали, её машины шли колонной. Смертники ждали их в специально вырытых гнёздах на обочинах дороги. Они бросались под проходящий мимо танк, «имея в руках связку гранат и до 30 кило взрывчатого вещества». Кроме того, японцы подтягивали под гусеницы «тридцатьчетвёрок» мины на веревках. Начался бой, который советские танкисты проиграли.

В течение часа 257-я бригада сражалась с врагом. За это время самураи смогли подорвать шесть танков, а оставшимся семи Т-34 пришлось отступить.

Причины поражения оказались просты: на узкой дороге машины не могли развернуться в боевой порядок и на них совершенно не было пехоты. Танковый десант частично остался в Мулине, а частично был выбит в предыдущих столкновениях с японцами.

Месть танкистов
Хотя в бригаде осталось мало танков, комбриг решил не отводить их от станции, а занять оборону на её окраине. Решение оказалось верным, поскольку вскоре к Хуалинь подошёл японский воинский эшелон. Т-34 рванули к нему, ведя огонь из пушек и пулемётов, и эшелон был разгромлен. Вскоре показался ещё один, который постигла та же участь. Разбив снарядами паровоз, танки расстреляли вагоны с вражеской пехотой.

Несмотря на творившийся хаос, японские солдаты всё-таки смогли атаковать «тридцатьчетвёрки», забрасывая их гранатами. Боевым машинам пришлось откатиться на прежнюю позицию. Но когда появился третий эшелон с войсками, они вновь встретили его огнём. К тому моменту танков было уже десять, поскольку к отряду комбрига подошли ранее отставшие Т-34 и два Т-26, сразу включившееся в бой.

Наступившая ночь чем-то напоминала сюжет из известного фильма «Ярость». До рассвета десяток советских танков вели бой с японской пехотой, старавшейся выбить их из Хуалинь.

Вражеские солдаты пытались окружить и сжечь боевые машины. Танкистам пришлось нелегко. Они вели бой с открытыми люками, чтобы вовремя заметить приближавшегося противника. К сожалению, самураям частично удалось задуманное — они сожгли два Т-26, причём один из них, танк лейтенанта Костицына, сгорел со всем экипажем.

И все же 257-й бригаде удалось продержаться до утра. Поэтому, когда на рассвете к станции подошёл третий японский эшелон, «тридцатьчетвёрки» вновь встретили его огнём. Бой за Хуалинь завершился с подходом на помощь танкистам советской пехоты. После этого станцию окончательно удалось взять.

Уроки и выводы
Дальнейшее наступление на Муданьцзян оказалось для бригады неудачным. Вновь столкнувшись со смертниками, она потеряла шесть Т-34 — подбитыми и сожжёнными. К концу боёв за город у неё осталось восемь танков, которые ранее отстали от головного отряда при выходе из Мулина. В результате после взятия Муданьцзяна советскими войсками 257-ю бригаду отвели на переформирование.

Да, действия бригады были успешными, но успех достался дорогой ценой.

За время Маньчжурской операции 257-я потеряла убитыми и ранеными почти 150 человек. Пять машин были сожжены и ещё 24 подбиты. Причём основной причиной их выхода из строя стали вовсе не японские пушки, а мины и смертники.

Увы, но случилось то, о чём предупреждали союзники. Броня советских танков оказалась не по зубам японским снарядам, но их гусеницы разрывали мины и обвешанные взрывчаткой камикадзе. Быстро двигаясь вперёд без защиты пехоты, боевые машины становились жертвой смертников. Впрочем, свою задачу они выполнили, — но цена могла быть ниже, если бы советские командиры вняли предупреждениям англичан и американцев.

Однако победителей не судят. Квантунская армия всё же была разгромлена в короткий срок — и советские танкисты внесли в это очень большой вклад.