Молочные враки: коровы не живут на пальме! Сельский час #50 (Игорь Абакумов)

Сегодня в выпуске:
- Сколько молока импортирует Россия?
- Не обижай крестьянку. Не надо...
- Лес на полях - бред сивой кобылы в летнюю ночь

Вице-премьер Виктория Абрамченко заявила, что через пару лет Россия откажется от одноразовой посуды из пластика. Как красиво сказала! А что для этого нужно, совсем не сказала. А нужно за два года развить индустрию производства посуды из целлюлозы. А для целлюлозы нужно убедить фермеров выращивать мискантус - это такая трава, похожая на бамбук. А для уборки мискантуса нужен комбайн. А для всего этого нужно финансирование, поскольку это проект государственного значения. Если просто отказаться от пластика - через два года будем импортировать посуду. И так во всём.

К слову о государственном мышлении. Когда в конце ХIХ века строилась железная дорога от Санкт-Петербурга до Порт-Артура, её маршрут пролегал по местам расселения хуторян, отправленным туда задолго до строительства ещё по проекту Сергея Витте. То есть было кому кормить и строителей дороги, и паровозные бригады, и войска, которые ехали на войну с Японией.

Сейчас мы не можем разобраться - сколько же фальсификата на молочных прилавках. Одни говорят - полтора процента, другие - от 20 и выше. Кто распутает эти враки и кто, наконец, даст ответ на вопрос - если у нас мало фальсификата, то куда девается миллион тонн пальмового масла, который привозят к нам каждый год. Никто не ответит. И так во всём.

В 50-м выпуске блогеры Марина Петрова, Павел Березин, Нина Попова рвут на британский флаг заявления о том, что у нас всё классно и шоколадно.

Вот фермер Нина Петрова говорила об аграрном туризме. Наши чиновники почему-то считают его альтернативным делом на селе. Хотя во всём мире аграрный туризм есть всего лишь дополнительный бизнес к сельскохозяйственному. У нас разрешили пускать гостей и крутитесь, как хотите. На Западе любое переустройство начинается с визита архитектора, который профессионально сделает проект. Только после этого дадут грант или кредит лет на 20. Почему так? Чтобы не крыли крыши синим профнастилом и не строили скворечники из досок. Потому красота европейской деревни имеет экономическое значение - туда хочется возвращаться.

Нашу деревню никто не учит быть красивой, как в Европе. Но деревня не сдается. Без пастбищ, без выгонов, почти в подпольных условиях она держит коров и продает свежее молоко.

"Лена Малышева - моя соседка", - рассказывает ведущий Игорь Абакумов, - Из соседней деревни, в 15 километрах от Москвы. Была техником-осеменатором в совхозе «Ильинское-Усово». Совхоза нет давно. Земля распродана. И Лена с мужем держат коров рядом с домом, сено покупают в Смоленске. Молоко и творог развозят по заявкам. Здесь многие держали коров, остались четыре семьи. Пастбищ больше нет».

И в списках товаропроизводителей эти семьи не значатся. Хотя спрос - только дай. Потребители понимают, что количество рекламы от несварения желудка и миллион тонн пальмового масла - звенья одной цепи. Понимают и голосуют за Лену рублём.
В любую погоду.