27k
5 лет назад · 5 фото · 1436 просмотров · 1 комментарий
Как французская флотилия проиграла битву при Абукире (1798), несмотря на своё превосходство в мощи?
К 1798 году накал Революционных войн заметно ослаб: европейским монархам не удалось затушить пламя Французской революции, и многие страны уже вышли из состава антифранцузской коалиции.
Особых успехов французы добились под руководством генерала Бонапарта в Италии, где во время кампании 1796-1797 годов им удалось последовательно разгромить несколько австрийских армий. Однако в самой Франции ситуация была крайне неспокойная: коррумпированное правительство Директории полностью себя дискредитировало и отнюдь не пользовалось поддержкой населения. Более того, угрозу Директории представлял сам Наполеон или любой другой популярный генерал. Именно тогда, к большому облегчению правительства, и возник у Бонапарта план египетской экспедиции.
На тот момент Великобритания оставалась всё таким же непримиримым врагом Франции. Египетская экспедиция давала возможность французским властям услать подальше амбициозного командующего, а в случае успеха этого начинания сделать первый шаг к захвату британской Индии. Точно так же думал и Бонапарт: захват Египта должен был стать шпагой, приставленной к горлу британского колониального могущества. Молодой генерал действовал решительно: 19 мая 1798 года он отплыл из Тулона. Объединённая флотилия насчитывала почти 400 транспортных судов. Обеспечивать прикрытие транспортам должна была эскадра адмирала де Брюэ, включавшая тринадцать линейных кораблей и шесть фрегатов. Благодаря дезинформации, а зачастую и простому везению, Бонапарту и его войскам удалось беспрепятственно достичь Александрии.
На тот момент Великобритания оставалась всё таким же непримиримым врагом Франции. Египетская экспедиция давала возможность французским властям услать подальше амбициозного командующего, а в случае успеха этого начинания сделать первый шаг к захвату британской Индии. Точно так же думал и Бонапарт: захват Египта должен был стать шпагой, приставленной к горлу британского колониального могущества. Молодой генерал действовал решительно: 19 мая 1798 года он отплыл из Тулона. Объединённая флотилия насчитывала почти 400 транспортных судов. Обеспечивать прикрытие транспортам должна была эскадра адмирала де Брюэ, включавшая тринадцать линейных кораблей и шесть фрегатов. Благодаря дезинформации, а зачастую и простому везению, Бонапарту и его войскам удалось беспрепятственно достичь Александрии.
80-пушечный линкор типа Bucentaure — французский линейный корабль начала XIX века
В ночь на 2 июля французы начали высадку и вскоре захватили древний город практически без сопротивления. Бонапарт всегда чётко определял цели для своих войск. Однако для флота ситуация оказалась весьма неопределённой. Тот факт, что всего за сутки до их прибытия у Александрии появлялся флот адмирала Нельсона, чрезвычайно беспокоил французское командование. В любой момент англичане могли вернуться, и вопрос о дальнейших действиях становился всё более злободневным. В целом, стратегией де Брюэ и его подчинённых было уклонение от сражения с британским флотом. Даже при наличии мощных линейных кораблей риск был слишком велик: в случае поражения последствия стали бы катастрофическими для запертой в Египте армии.
Следует немного описать положение, в котором пребывал флот Франции в тот момент. Несмотря на усиленное развитие в предшествующий период, французский флот после Революции переживал далеко не лучшие времена. Судьба Республики решалась на сухопутных театрах военных действий, а военно-морской флот постоянно испытывал нехватку финансирования. Материальная база приходила в упадок, экипажи не имели достаточной практики и т. д. Ко всему прочему, особенно пострадал офицерский состав флота, состоявший почти целиком из дворян. Кто-то из них был подвергнут репрессиям, кто-то вынужденно эмигрировал. Но в лице этих людей Франция теряла, прежде всего, подготовленных специалистов. Что же до командующего де Брюэ и подчинённых ему адмиралов, то они считались неплохими моряками. Но, в отличие от британцев, им явно не хватало решительности.
Бонапарт настаивал на таком месте пребывания для флота, которое бы дало максимум безопасности кораблям: предлагалось либо встать в защищённую гавань Александрии, либо уйти на остров Корфу, принадлежавший тогда французам. Однако от обоих вариантов де Брюэ отказался. Вход в гавань Александрии был осложнён её малой глубиной и риском сесть на мель для линейных кораблей. Теоретически, корабли можно было разгрузить и пройти мели беспрепятственно. Но адмирал на это не решился. В конечном итоге он принял решение встать на рейде Абукира.
В ночь на 2 июля французы начали высадку и вскоре захватили древний город практически без сопротивления. Бонапарт всегда чётко определял цели для своих войск. Однако для флота ситуация оказалась весьма неопределённой. Тот факт, что всего за сутки до их прибытия у Александрии появлялся флот адмирала Нельсона, чрезвычайно беспокоил французское командование. В любой момент англичане могли вернуться, и вопрос о дальнейших действиях становился всё более злободневным. В целом, стратегией де Брюэ и его подчинённых было уклонение от сражения с британским флотом. Даже при наличии мощных линейных кораблей риск был слишком велик: в случае поражения последствия стали бы катастрофическими для запертой в Египте армии.
Следует немного описать положение, в котором пребывал флот Франции в тот момент. Несмотря на усиленное развитие в предшествующий период, французский флот после Революции переживал далеко не лучшие времена. Судьба Республики решалась на сухопутных театрах военных действий, а военно-морской флот постоянно испытывал нехватку финансирования. Материальная база приходила в упадок, экипажи не имели достаточной практики и т. д. Ко всему прочему, особенно пострадал офицерский состав флота, состоявший почти целиком из дворян. Кто-то из них был подвергнут репрессиям, кто-то вынужденно эмигрировал. Но в лице этих людей Франция теряла, прежде всего, подготовленных специалистов. Что же до командующего де Брюэ и подчинённых ему адмиралов, то они считались неплохими моряками. Но, в отличие от британцев, им явно не хватало решительности.
Бонапарт настаивал на таком месте пребывания для флота, которое бы дало максимум безопасности кораблям: предлагалось либо встать в защищённую гавань Александрии, либо уйти на остров Корфу, принадлежавший тогда французам. Однако от обоих вариантов де Брюэ отказался. Вход в гавань Александрии был осложнён её малой глубиной и риском сесть на мель для линейных кораблей. Теоретически, корабли можно было разгрузить и пройти мели беспрепятственно. Но адмирал на это не решился. В конечном итоге он принял решение встать на рейде Абукира.
Вице-адмирал Горацио Нельсон, автор легендарных побед при Абукире и Трафальгаре, на десятилетия ставший иконой британского военно-морского флота
Выбор данной позиции объяснялся прежде всего тем, что де Брюэ совсем не ожидал атаки англичан. Ему казалось, что Нельсон, побывав здесь ранее, уже не предполагал наличия французских сил в этом районе. Поэтому де Брюэ не предпринял практически никаких мер безопасности: дозорные суда высланы не были, линейные корабли стояли на довольно больших промежутках друг от друга, а к 1 августа значительная часть команд находилась на берегу для пополнения запасов пресной воды. Орудийные палубы же были частично заставлены бочками, которые и предполагалось наполнить водой.
Адмирал Нельсон появился перед Абукиром около 16 часов 1 августа с эскадрой из 14 линейных кораблей. Несмотря на почти равный состав сил (14 линейных кораблей у Нельсона против 13 у французов), преимущество в мощи было на стороне французского флота. Если у Нельсона 13 кораблей были 74-пушечными, а один и вовсе 50-пушечным, то у адмирала де Брюэ в его флотилии имелись три 80-пушечных. Кроме того, флагманом французского адмирала был 118-пушечный колосс — линейный корабль Orient, гордость флота. К тому же, наступал вечер. Однако Нельсон, даже не зная о сошедших на берег моряках и неготовности французского флота, всё равно решил атаковать — главным козырем в его руках был фактор полной внезапности.
Выбор данной позиции объяснялся прежде всего тем, что де Брюэ совсем не ожидал атаки англичан. Ему казалось, что Нельсон, побывав здесь ранее, уже не предполагал наличия французских сил в этом районе. Поэтому де Брюэ не предпринял практически никаких мер безопасности: дозорные суда высланы не были, линейные корабли стояли на довольно больших промежутках друг от друга, а к 1 августа значительная часть команд находилась на берегу для пополнения запасов пресной воды. Орудийные палубы же были частично заставлены бочками, которые и предполагалось наполнить водой.
Адмирал Нельсон появился перед Абукиром около 16 часов 1 августа с эскадрой из 14 линейных кораблей. Несмотря на почти равный состав сил (14 линейных кораблей у Нельсона против 13 у французов), преимущество в мощи было на стороне французского флота. Если у Нельсона 13 кораблей были 74-пушечными, а один и вовсе 50-пушечным, то у адмирала де Брюэ в его флотилии имелись три 80-пушечных. Кроме того, флагманом французского адмирала был 118-пушечный колосс — линейный корабль Orient, гордость флота. К тому же, наступал вечер. Однако Нельсон, даже не зная о сошедших на берег моряках и неготовности французского флота, всё равно решил атаковать — главным козырем в его руках был фактор полной внезапности.
Схема морского сражения при Абукире. Хорошо видно, что расстояние между французским ордером и отмелью вполне позволяло британским кораблям совершить обходной манёвр и обогнуть головные корабли французов
Решив принять бой на якоре, де Брюэ отдал инициативу в руки англичан. Французские корабли были выстроены в две линии вдоль отмели: линейные корабли в первой линии и несколько фрегатов во второй линии в центре. Но расстояние между построением французов и отмелью вполне позволяло британцам пройти там, чем и воспользовался Нельсон. Пять шедших впереди английских кораблей — Goliath, Zealous, Audacious, Orion и Theseus — обогнули французский авангард и прошли между ним и мелководьем. При этом головные французские корабли подверглись жестокому обстрелу, в том числе продольному. Моряки де Брюэ не ожидали подобного манёвра, а потому в спешке приготовили к ведению огня правые борта, загромоздив бочками левые. Таким образом, отвечать на огонь слева они не могли.
Сам же Нельсон, державший вымпел на флагманском корабле Vanguard, не последовал за первыми пятью линкорами и повернул, атаковав Spartiate с правого борта. Следующие британские корабли последовали за командующим. Французский флот был взят «в два огня» — атакован с обоих бортов. Вскоре корабли французского авангарда Guerrier, Conquerant и Spartiate были настолько повреждены, что никаких сомнений в исходе этой части боя быть не могло. Но они продолжали героическое сопротивление и сдались только в десятом часу вечера. Далее основной удар был перенесён на центр, где находился французский флагман Orient. По огромному линкору вели огонь сразу несколько кораблей. Около девяти часов вечера Orient загорелся, а спустя час огонь достиг крюйт-камеры. Прогремевший взрыв, казалось, остановил само течение времени: ненадолго стрельбу прекратили обе стороны, изумлённые случившимся.
Решив принять бой на якоре, де Брюэ отдал инициативу в руки англичан. Французские корабли были выстроены в две линии вдоль отмели: линейные корабли в первой линии и несколько фрегатов во второй линии в центре. Но расстояние между построением французов и отмелью вполне позволяло британцам пройти там, чем и воспользовался Нельсон. Пять шедших впереди английских кораблей — Goliath, Zealous, Audacious, Orion и Theseus — обогнули французский авангард и прошли между ним и мелководьем. При этом головные французские корабли подверглись жестокому обстрелу, в том числе продольному. Моряки де Брюэ не ожидали подобного манёвра, а потому в спешке приготовили к ведению огня правые борта, загромоздив бочками левые. Таким образом, отвечать на огонь слева они не могли.
Сам же Нельсон, державший вымпел на флагманском корабле Vanguard, не последовал за первыми пятью линкорами и повернул, атаковав Spartiate с правого борта. Следующие британские корабли последовали за командующим. Французский флот был взят «в два огня» — атакован с обоих бортов. Вскоре корабли французского авангарда Guerrier, Conquerant и Spartiate были настолько повреждены, что никаких сомнений в исходе этой части боя быть не могло. Но они продолжали героическое сопротивление и сдались только в десятом часу вечера. Далее основной удар был перенесён на центр, где находился французский флагман Orient. По огромному линкору вели огонь сразу несколько кораблей. Около девяти часов вечера Orient загорелся, а спустя час огонь достиг крюйт-камеры. Прогремевший взрыв, казалось, остановил само течение времени: ненадолго стрельбу прекратили обе стороны, изумлённые случившимся.
Момент взрыва флагманского корабля французов — линкора L’Orient
Несмотря на то, что многие британские корабли были серьёзно повреждены, потери англичан были несопоставимы с французскими. Флот адмирала де Брюэ потерял по разным оценкам от 3000 до 5000 человек убитыми и ранеными. На этом фоне потери британцев выглядят несущественными: чуть более 200 убитых и около 700 раненых. Разгром французского флота при Абукире произвёл чудовищный по силе эффект в Европе. Для Британии он стал одним из величайших триумфов в её военно-морской истории. А вот для армии генерала Бонапарта последствия поражения оказались катастрофическими: с этого момента она была заперта в Египте. Впрочем, молодого полководца подобным было не испугать…
Несмотря на то, что многие британские корабли были серьёзно повреждены, потери англичан были несопоставимы с французскими. Флот адмирала де Брюэ потерял по разным оценкам от 3000 до 5000 человек убитыми и ранеными. На этом фоне потери британцев выглядят несущественными: чуть более 200 убитых и около 700 раненых. Разгром французского флота при Абукире произвёл чудовищный по силе эффект в Европе. Для Британии он стал одним из величайших триумфов в её военно-морской истории. А вот для армии генерала Бонапарта последствия поражения оказались катастрофическими: с этого момента она была заперта в Египте. Впрочем, молодого полководца подобным было не испугать…
Материал подготовлен волонтёрской редакцией WoWS.
Метки: #Военно-морской флот #Франция #история #корабли #морские сражения
Одной из главных проблем французского флота было то, что какой-то гений решил, что нужно стрелять по остатке. По сути это исходило из тех времен, когда надо было тормознуть вражеский корабль и сбежать. В линейных сражениях это раз за разом приводило к поражению французов. Пока они сбивают паруса, которые после боя элементарно чинятся, британцы им просто уничтожают личный состав и артиллерию. Этот бой полностью показывает, что так и есть 200 убитых против 5к. При Трафальгаре было абсолютно тоже самое. НУ главной целью любого британского капитана было взять приз. Потому старались конечно не особо вредить вражеское судно и шли на абордаж. После этого сражения (кстати авторы, ну ВГ это те ещё халтурщики, даже поленились указать на итоги боя) британские офицеры были не довольны что так много кораблей было уничтожено в бою или командой. но даже того что осталось хватило сделать их состоятельными людьми.. Вообще каждый капитан в британском флоте мечтал о такой битве))
И да бой длился 2 дня)
Вильнев вывел из боя и увел линейные корабли «Guillaume Tell» и «Généreux», а также фрегаты «Justice» и «Diane»
«Conquérant» и «Aquilon» оказались слишком старыми и повреждёнными для действительной службы в Королевском флоте, хотя и были оба куплены на службу за 20 000 фунтов стерлингов каждый, чтобы обеспечить денежное вознаграждение морякам, захватившим их. Эквивалентные суммы были также выплачены за «Guerrier», «Mercure», «Heureux» и «Peuple Souverain», остальные захваченные корабли стоили значительно дороже. «Tonnant» был построен в 1792 году, «Franklin» и «Spartiate» менее года перед битвой. «Tonnant» и «Spartiate» вошли в состав Королевского флота под старыми названиями, «Franklin»был переименован в «Canopus». Общая стоимость кораблей, захваченных в битве при Абукире, а затем купленных Королевским флотом, составила чуть более 130 000 фунтов стерлингов (что эквивалентно 11 140 000 фунтов на 2014 год).