Пять шпионов, расстрелянных в СССР за измену Родине (17 фото)

Предательства в истории СССР имели место. Шпионам удавалось годами сливать сверхсекретную информацию разведке других стран. Но эти подонки все-таки успели получить по заслугам.

Уроженец города Актюбинска Казахской ССР, Адольф Толкачёв с 1929 года постоянно проживал в Москве. Получив высшее образование, он с 1954 года работал сотрудником НИИ Радиопромышленности"Фазотрон". Этот институт занимался радарами, оборудованием для боевой авиации, а Толкачев имел доступ к чрезвычайно секретным данным военного типа. Несмотря на неплохую должность, Толкачев был недоволен своей зарплатой (350 рублей в месяц!) и решил подзаработать.

В сентябре 1978 года он написал записку, в которой сообщил, что может передать США секретные данные, и оставил ее под стеклоочистителем машины работника американского посольства в Москве.

Записку успели перехватить резиденты разведовательного управления Москвы, но отчего-то Центр приказал московской резидентуре на предложение Толкачёва никак не реагировать. ЦРУ, впрочем, тоже не спешило идти на контакт. И словно не замечало ни эту записку, ни следующие две, видимо, опасаясь провокаций советской контрразведки. Лишь на четвертый раз Толкачев добился успеха - на него вышел сотрудник ЦРУ и указал место тайника. Первая встреча с ним состоялась 1 января 1979 года.

Имея доступ к секретным документам, он фотографировал их на фотопленку, которую и передавал американским разведчикам. В ЦРУ он значился агентом "Сфера". По данным, опубликованным в книге Дэвида Хоффмана "Шпион на миллиард долларов. Подлинная история шпионажа и предательства в годы холодной войны", Толкачева, как шпиона, высоко ценили в США.

За 6 лет своего сотрудничества с США Толкачёв успел передать США 54 совершенно секретных разработки, среди которых была, в том числе, электронная система управления истребителей МиГ и приборы для обхода радиолокационных станций.

Его деятельность неплохо оплачивалась: помимо денежного вознаграждения (а в общей сложности шпион получил 789,5 тыс. рублей наличными и еще около 2 миллионов рублей были акккумулированы на инодепозите в зарубежном банке на случай бегства его за границу), ему привозили книги, снабжали дефицитными лекарствами и даже дарили пластинки с рок-н-ролом для сына.

В книге о нем говорится так: "В ВВС как-то подсчитали, что шпионская деятельность Толкачева сэкономила Соединенным Штатам 2 млрд долларов... Большую часть секретных документов Толкачев вынес с работы в обеденное время: прятал в пальто и затем фотографировал на 35-миллиметровую камеру Pentax, прикрепленную к стоявшему у него дома стулу. За это Толкачев хотел получать от ЦРУ деньги, в основном в знак уважения. В условиях дефицита, которым была охвачена Москва, купить на них было особенно нечего. Еще он просил для своего сына-подростка пластинки с музыкой западных исполнителей - The Beatles, Led Zeppelin, Uriah Heep и прочих".

Впрочем, жить шпион, невзирая на огромные финансовые возможности, старался достаточно скромно, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. Из излишеств у него были лишь загородная дача и ВАЗ-2101. "Миллионер Корейко" не ходил в магазины "Берёзка", где продавали товары за валюту, не общался с фарцовщиками и никак не демонстрировал своего благосостояния - это и помогло предателю вести свою деятельность достаточно долго.

Конечно, шпионская деятельность Толкачева не была бы столь успешной без поддержки его жены, которая так же, как и он, хотела уехать за границу. Средней руки ученый, инженер-электронщик, себя он считал недооцененным специалистом и мечтал о карьере и успешной жизни на Западе.

Последние 8 месяцев вплоть до своего ареста в июне 1985 года Толкачев работал на КГБ, сам того не подозревая. Сотрудники Госбезопаности использовали предателя в своих целях, поместив среди документов спецхрана "данные" о разработках самолета-невидимки. Разумеется, эта дезинформация заинтересовала Толкачева и он с радостью передал ее США. Америка не могла не втянуться в соревнование и израсходовала на свой проект разработки "невидимки" миллиарды долларов, так и не достигнув нужных результатов.

Выйти на след Толкачева КГБ смог совершенно случайно. В 1985 году из ЦРУ за наркоманию и хищения уволили куратора Толкачева - Эдварда Ли Говарда, который из мести за 150 тысяч долларов продал КГБ СССР множество совершенно секретных сведений. Среди них фигурировало и имя Адольфа Толкачёва.

9 июня 1985 года"Сфера" был арестован, практически сразу же во всем признался и умолял не выносить ему смертный приговор. За него даже ходатайствовал Рональд Рейган, предлагая выдать его под юрисдикцию США, но не преуспел. Суд признал Толкачева виновным и приговорил к высшей мере наказания. 24 сентября 1986 года приговор был приведён в исполнение.

Леонид Полещук (1938 г.р.) в начале 1970-х годов стал сотрудником внешней разведки КГБ СССР и по службе был направлен в Катманду. Там он, оставшись один - жена с грудным ребенком задержалась в Москве - пристрастился к азартным играм и к алкоголю. Полученные на оперативные расходы деньги быстро уходили не по назначению, а отвечавший за финансы и оперативную кассу молодой разведчик, проиграв однажды около 300 долларов, не придумал ничего лучше, как как предложить свои услуги американским резидентам в Непале.

Джон Беллингхем, резидент ЦРУ, согласился сразу и заплатил Полещуку внушительную сумму денег за определенную информацию. Американцы присвоили новоиспеченному агенту псевдоним "Уэй". Долго поработать на ЦРУ в этот раз Полещуку не пришлось - в 1974 году срок его командировки подошел к концу, и шпион вернулся в Москву. Поскольку на службе он не особенно отличился, долгие 10 лет пришлось разведчику просиживать в столице. Новая заграничная командировка у Полещука случилась лишь в 1984 году, на этот раз в Нигерию.

Там он практически сразу снова вышел на связь с ЦРУ и выдал советскую агентуру. Весной 1985 года контрразведка СССР вышла на след Полещука. Были обнаружены его связи с сотрудниками американского посольства, выявлен тайник, замаскированный под камень - в нем хранились деньги и инструкции.

12 июня 1986 года Военной коллегией Верховного Суда СССР был оглашён приговор - смертная казнь через расстрел и вскоре приговор был приведён в исполнение.

Петр Семенович Попов известен как первый американский агент и как первый, казненный за измену Родине сотрудник ГРУ. Родился он в 1923 году в небольшой деревушке близ Костромы. В 18-летнем возрасте ушел на фронт, где показал себя дисциплинированным бойцом.
После победы он окончил в Ленинграде Военную академию тыла и снабжения и поступил на службу при генерале Серове в Германии, в советской военной администрации. По протекции своего начальства Попов стал студентом Военно-дипломатической академии, закончил ее и был откомандирован в Вену.

В Австрии Попов как спецагент ГРУ, занимался вербовкой местых граждан, деятельность которых была связана с разведкой на территории Югославии, с которой в 50-ые годы Советский Союз конфликтовал. Именно в этот период он и был завербован ЦРУ.

С 1954 года Попов стал агентом "Грейспейс". США для работы с ним даже создали целое спецподразделение ЦРУ SR-9 (Soviet Russia), которое впоследствии руководило действиями всех агентов в Советском Союзе. Попов был на хорошем счету в ЦРУ, выдав всех известных ему агентов в Австрии, раскрыв систему подготовки кадров для ГРУ и КГБ. Кроме этого ему удалось передать США схемы организации мотострелковых и бронетанковых дивизий в Советской Армии, а также отчет о проведении в 1954 году первых в СССР военных учений с использованием ядерного оружия в районе Тоцк.

ЦРУ щедро оплачивало услуги подполковника, и неизвестно, сколько продолжалось бы это сотрудничество, если бы не ошибка, которая стоила Попову жизни. 23 декабря 1958 года секретарь ЦРУ неверно понял указание и отправил инструкции Попову на домашний адрес в город Калинин. После этой оплошности Попова отозвали в Москву и установили за ним тотальное наблюдение, в ходе которого зафиксировали несолько встреч шпиона с агентами ЦРУ. 18 февраля 1959 года его задержали на Ленинградском вокзале. При обыске дома к шпиона были обнаружены 20 тыс. рублей, шифры, оружие и инструкции по связи с резидентурой США. Попову было предъявлено обвинение в госизмене. 7 января 1960 года Военная Коллегия Верховного Суда СССР приговорил Попова к высшей мере наказания. Приговор был приведён в исполнение в 1960 году.

Олег Пеньковский - один из самых известных за всю историю "холодной войны" агентов британской и американской разведок. Находясь на службе Главного разведывательного управления (ГРУ) Генерального штаба Министерства обороны СССР, осенью 1960-го года полковник Пеньковский предложил свои услуги британской разведке, а впоследствии стал сотрудничать с МИ-5 и ЦРУ.

В свою первую лондонскую поездку в мае 1961 года Пеньковский смог приобрести транзисторный радиоприемник и миниатюрную фотокамеру "Минокс". Это оборудование было необходимо для связи и съемки документов. Микропленки с отснятой информацией он оставлял в тайнике в холле дома номер 2 на Пушкинской улице в Москве. Тайник был оборудован за радиатором отопления. В этот дом, находившийся между магазинами "Мясо" и "Женская обувь", заходили работавшие под дипприкрытием сотрудники MI-6 и ЦРУ. Впрочем, тайник этот был не единственным: документы передавались и в районе Цветного бульвара, Пушкинской площади, Арбата и даже на Ваганьковском кладбище, спрятанными в надгробии поэта Сергея Есенина.

За время своей работы на западные спецслужбы полковник Пеньковский сумел передать 111 микропленок с 5,5 тысячами секретных сведений общим объемом 7650 страниц. Если верить рассекреченным данным, опубликованным на Западе, по наводке Пеньковского "погорели" 600 советских разведчиков, из них 50 — офицеры ГРУ.

Пеньковский действовал как из идейных соображений, так и по чисто эгоистическим причинам. Ему не только хотелось подорвать советскую систему, но и отомстить ГРУ за свой неуспех - он никак не мог выбиться в генералы, застряв в звании полковника. Первое, о чем он сообщил сотрудникам MI-6 и ЦРУ, когда впервые встретился с ними в апреле 1961 года в лондонском отеле - у него есть план уничтожения важнейших целей в Москве: здания Генштаба, ГРУ, КГБ и ЦК КПСС. Он не рассматривал путь бомбардировки, справедливо полагая, что это не гарантирует точность попадания. Пеньковский предлагал диверсии с закладкой группой диверсантов ядерных бомб мощностью в одну-две килотонны и объяснял, как это сделать.

MI-6 и ЦРУ выплачивали Пенковскому ежемесячное вознаграждение, но не наличными - это могло бы скомпроментировать шпиона. Ему открыли на Западе банковский счет, куда переводились деньги. Пеньковскому разъяснили, что, после завершения сотрудничества он сможет перебраться на Запад и воспользоваться этим счетом. Помимо денег он также получал от кураторов подарки.

По долгу службы он часто посещал западные страны, во время командировок в Париж и Лондон его по многу часов допрашивали сотрудники британской и американской разведок. Рассказать Пеньковскому было что:он подробно описывал структуру ГРУ, военные планы Генштаба, показывал на карте расположение шахт советских баллистических ракет. Немаловажную роль полковник сыграл и во время Кубинского ракетного кризиса, убедив американцев в том, что Хрущев блефует и что советский ракетный арсенал вопреки утверждениям не находится в абсолютной боеготовности и уступает американскому по всем параметрам. Благодаря этой информации, президент Кеннеди смог предъявить СССР ультиматум, который заставил Хрущева вывести ракеты с Кубы. За информацию, переданную во время Кубинского кризиса Пеньковский должен был получить более 250 тысяч долларов, но арестовали его раньше, чем выплатили вознаграждение.

В 1963 Олегу Пеньковскому было предъявлено обвинение в шпионаже в пользу США и Великобритании и в измене Родине. Он был лишен всех государственных наград и приговорен к высшей мере наказания - расстрелу.

Большая часть информация о Пеньковском, о его работе в ГРУ и сотрудничестве с западными спецслужбами до сих пор считается секретной.

В 1965 году Владимир Ветров служил в советской разведке и как представитель торгпредства посещал зарубежные страны. Сотрудник отдела "Т", которое отвечало за сбор информации о современных западных технологиях, а также образцов новейшей техники и вооружений, он пытался собирать эти сведения, знакомясь с иностранцами на зарубежных выставках. Так, в 1967 году Ветров отправляется в свою первую командировку во Францию, где контактирует с французом Жаком Прево, работающим в электронной компании. Ветров начинает спрашивать француза о закрытых разработках, и тем самым раскрывает свой интерес. Прево докладывает французской контрразведке о намерении советского инженера выяснить секретную информацию и объектом разработки становится сам Ветров.

За ним следят, изучают его привычки и выясняют, что разведчик любит посещать питейные заведения, которые во Франции расположены на каждом углу. В первую поездку вербовка не удается, как и во вторую командировку, из которой Ветрова из-за пристрастия к "зеленому змию" быстро отзывают домой. После около 10 лет он работает с секретными документами и неспеша обдумывает предложение стать двойным агентом.

И хотя прошло около 10 лет после его первой командировке во Францию, Ветров не забыл ни о предложении шпионажа, ни о своем приятеле Жаке. Он пишет ему письмо, в котором согглашается на сотрудничество с французской разведкой в Москве. Ветрову удается передать это письмо Жаку через француза, с которым он знакомится на технической выставке. Таким образом, у разведки Франции появляется свой агент в структуре КГБ.

Ветров под псевдонимом "Farwell" приступает к работе, и за неполный год продает "лягушатникам" тысячи секретных документов, включающих, в том числе, агентурные данные разведчиков, работающих в резидентурах ПГУ в различных странах. Этой информацией французы делятся с американцами - в результате были высланы сотни оперативных офицеров.

В феврале 1982 года Ветров становится фигурантом уголовного дела - в пылу ссоры он убивает человека. Трибунал признает Ветрова виновным в преступлении и приговаривает к 15 годам колонии строгого режима с лишением наград и воинского звания. Однако через 2 года, в 1984 г., его переводят в Лефортовскую тюрьму в Москве и предъявляют обвинение в измене Родине. Предателя приговаривают к расстрелу и приводят приговор в исполнение через два месяца после суда.