Плоды телевидения (4 фото)

Телевидение способно пленять душу, вызывая сильнейшую зависимость от информации и зрелищ. Попробуйте сознательно не смотреть телевизор всего один месяц и вы почувствуете эту зависимость. Даже взрослый человек с его устойчивой психикой не может противостоять этому воздействию, что уж говорить про ребенка.

Мы ежедневно пытаемся попасть в иллюзорный мир телевидения, чтобы уйти от реального мира.

Телевизор сделал преступление и жестокость обыденностью. Он вовлекает нас в сцены жестокости, гнева, «красивой жизни» и пробуждает в душе соответствующие страсти.

Для обсуждения нам открыта жизнь сотен известных людей, мы тешим себя «причастностью» к жизни знаменитостей.

Телевидение является отражением жизни, зачастую искаженным. Оно дает ложное ощущение опытности.

Новостные программы формируют иллюзию участия в политических событиях, хотя информация подается «переработанная», дозированная и часто негативная.

Ум постоянно занят, но это не приносит никакого плода, а отнимает массу времени.

Человек не обращает внимания на свой внутренний мир, он как будто живет в театре с непрекращающимися представлениями.

Телевизор потакает низменным страстям человека, так проще привлечь внимание, ведь телевидение – это бизнес, одна из целей которого – продажа рекламы.

Один батюшка на вопрос, почему он считает просмотр телевизора грехом, ответил:

«Сам по себе телевизор — как изобретение ума человеческого, не грех. Если бы он служил для воспитания нравственности и духовности — вопросов бы не было. Вот вы мне скажите: вы бы убийцу к себе в дом пустили? — Нет! — А вора-рецидивиста или блудника, который бы с вашими детьми на ваших глазах блудом занимался? — Нет. — Простите, но через телевизор они все у вас в доме».

С некоторых пор я заметил, что стал пристрастен к телевизору. Мне все время хочется его смотреть, взгляд сам к нему прилипает. Даже когда в этом нет особой необходимости. Смотрю его утром, перед уходом на работу. Смотрю вечером, когда возвращаюсь с работы и хочется развлечься и отвлечься. И вроде бы не чушь какую-нибудь, а вполне пристойные передачи или детективные сериалы. При этом постоянно ловля себя на мысли, что попусту трачу время, а выключить не получается. Может быть, я собрался бы с духом и выкинул его. Но мои родные меня не поймут. Для них телевизор – «друг семьи».

Отвечает протоиерей Федор Бородин, настоятель храма Космы и Дамиана на Маросейке:

– При любой зависимости, в том числе и телевизионной, нужно выделить дни, когда ты можешь воздерживаться от предмета своей зависимости (например, не смотреть телевизор в посты и постные дни, в среду и пятницу). Ведь многие люди, чтобы бросить курить, начинают с ограничения числа сигарет в этот день. Этот же принцип подойдет и здесь. Хотя, конечно, если живешь в семье и домочадцы во время завтрака или ужина смотрят телевизор, то даже если спиной в этот момент сидишь к нему, очень тяжело бороться с собой.

Вторая сторона вопроса – почему у человека возникает привычка смотреть телевизор? Скорей всего потому, что его собственная жизнь скучна и он не знает или не хочет наполнить ее глубоким содержанием. В ней нет серьезных духовных переживаний, которых требует душа. Он боится одиночества, боится тишины, потому что в этом случае придется думать, почему ему так скучно, нужно будет что-то менять в своей жизни, а это определенные усилия, может быть, жертвы и ответственность. Проще жить жизнью других людей, вымышленных героев, ничего не меняя в своей.

Таким образом, если кто-то хочет избавиться от пристрастия к телевизору, нужно углублять свою собственную жизнь. Ездить в интересные, развивающие мировоззрение поездки, читать серьезные книги или, в крайнем случае, смотреть серьезные фильмы. Часть времени, которое человек тратит на телевизор, можно же заменить чтением книг (духовной литературы, книг по истории или культуре). Известно, что чтение книг требует большей работы интеллекта, чем просмотр телевизора. Человек, много читающий, почти не смотрит телевизор, и наоборот – кто много смотрит телевизор, обычно не любит и не умеет читать.

Телевизор держит человека в страстном напряжении, как будто в пространстве его экрана заключен сгусток всех чувственных эмоций, страстей, похоти, жестокости, преступлений. То, с чем человек в прошлые века мог — и то случайно — соприкоснуться несколько раз в жизни (скажем, картина убийства), теперь он видит каждый день. Широкими волнами с телеэкрана льется мутный поток на седовласых стариков, девушек и малых детей. Кажется, что телевизор поймал земной шар, как мяч, в свою сетку. Он дотянулся до вершин гор, проник в тундру и тайгу, вошел, как хозяин, почти в каждый дом.

Телевизор потакает самым низменным страстям человека; даже в как будто нравственных постановках вкраплены сексуальные сцены, может быть, из опасения, что зритель заснет от излишней морализации, а иногда эти сцены представляют собой главное содержание всей передачи. Человек, включая телевизор, добровольно включает себя в поле душевной грязи.
Другая «инъекция зла», которую получает человек от телевизора, — это серия убийств и насилий, к которым он привыкает.

В древнем Риме борьба гладиаторов в цирке, бой людей с дикими зверями и другие подобные «развлечения» привлекали десятки тысяч зрителей. Девиз римской толпы был: «хлеба и зрелищ», как будто в этих словах заключалась вся их жизнь. А самым захватывающим зрелищем для толпы являлась льющаяся кровь и предсмертная агония.

Телевизор делает из людей садистов, которые спокойно и с тайным наслаждением смотрят на сцены убийств. Если бы в них оставались человеческая любовь и сострадание, то они в ужасе отвернулись бы от этого кошмара. Телевизор сделал преступление и жестокость обыденностью. Попробуй кто-нибудь сказать, что ему противно и страшно смотреть на сцены насилия и убийств, его посчитают за истерика и нервнобольного. Если человек скажет, что считает ниже достоинства христианина смотреть на сексуальные картины, то ему открыто заявят, что он «ханжа», имеющий отжившие старомодные взгляды.