Каким спортом занимались русские писатели, когда делали перерыв в творчестве (7 фото)

Классики русской литературы не только страдали от мук творчества и пили по утрам шампанское, рассуждая о нравственности. Они ещё и заботились здоровье тела.

Репутация у "московского хулигана" была совершенно не связанная со спортом, но несмотря на это Есенин был в отличной форме.
Он любил подолгу гулять и мог пройти пешком аж 60 км. Есенин ещё с самого детства лазил по деревьям, ловил рыбу, ходил на лодке по озеру, конечно же дрался и ездил на лошадях. Современники вспоминали, что поэт отлично плавал, чему поспособствовало весьма жёсткое воспитание в семье. Прямо сказать, негуманное.
"«Один дядя (дядя Саша) брал меня в лодку, отъезжал от берега, снимал с меня белье и, как щенка, бросал в воду. Я неумело и испуганно плескал руками, и, пока не захлебывался, он все кричал: "Эх, стерва! Ну куда ты годишься?" "Стерва» у него было слово ласкательное", — вспоминал Сергей Александрович. Этот же дядя Саша заменял маленьким Серёжей охотничью собаку, заставляя его плавать за подстреленными утками.
Зимой поэт любил проводить время на катке, причём мог пробыть там с утра до ночи, забывая обо всем.

Граф всю жизнь старался поддерживать хорошую физическую форму - сказывалось военное прошлое.
В XIX веке в Россию пришёл лаун-теннис и пришёлся весьма по душе аристократии.
"В Ясной поляне мы играли на довольно грубом песчаном корте. Толстой играл просто ради развлечения, без серьезности. Я поражался, что он у меня выигрывает, несмотря на то, что я довольно опытный и хороший игрок", - вспоминал биограф писателя Элмер Мод.
Лев Николаевич был азартен, что было особенно заметно за игрой в шахматы. Допустив ошибку писатель хватался за голову и громко кричал, что пугало всех, кто был рядом.
Уже будучи в почтенном возрасте Толстой научился кататься на велосипеде, что вызывало восторженные статьи в журналах. Дмитрий Мережковский, критик, писал, что спорт часто даже был приоритетнее писательства.
"Пока Лев Николаевич отдыхает от велосипедной прогулки или от крестьянской работы в поле, от игры в лаун-теннис или кладки печки для бедной бабы, графиня Софья Андреевна всю ночь не спит за корректурами для нового издания, часть которого недаром сохранил для барина в сапоге своем верный денщик".

"В 1827 году Пушкин учил меня боксировать по-английски, и я так пристрастился к этому упражнению, что на детских балах вызывал желающих и нежелающих боксировать", - рассказывал Павел Петрович Вяземский, сын близкого друга поэта.
Есть версия, что поэт так увлёкся боксом, следуя примеру своего кумира лорда Байрона. Но историк Михаил Лукашев писал, что Пушкин начал боксировать сразу после выпуска из лицея, когда познакомился с известным сумасбродом Петром Кавериным. Эти двое частенько заходили в разные питейные заведения, где драки были совершенно обычным явлением. Английский прямой удар мог быстро нокаутировать соперника.
Также биограф Анненков рассказывал, что Александр Сергеевич любил ходить пешком, ездил верхом, обожал купаться и прекрасно дрался на эспадронах (разновидность шпаги).

"Я был превосходным спортсменом", - не скромничал Владимир Набоков. Писатель катался на роликах, на коньках, фехтовал, играл в лаун-теннис, боксировал. Но самой большой его спортивной страстью был футбол, которым он вдохновился в Тенишевском училище в Петербурге. Набоков играл на позиции голкипера.
Некоторые критиковали Набокова за выбор позиции вратаря, но писатель её поэтизировал, видя в независимости и одиночестве голкипера "что-то байроническое". Он позже поступил в кембриджский Тринити-колледж, где играл за студенческую команду.
Писатель, будучи в эмиграции, выступал за русскую команду в Берлине, но в одном из матчей получил серьёзную травму и карьеру пришлось завершить.
"Когда Набоков, которого друзья звали Володей, ловил мяч, он получил удар по голове и упал наземь. В бессознательном состоянии его унесли с поля. Кроме сотрясения мозга он получил еще перелом двух ребер", - рассказывал немецкий журналист Томас Урбан.

Лев Толстой называл его "приятным силачом".
"Спорт – большая и великая сила", - писал Куприн. Самым любимым его занятием было плавание и он часто посещал первую школу плавания в Санкт-Петербурге, открытую в 1913 году.
Также писатель был дружен с Иваном Поддубным и Иваном Заикиным, известными силачами-"богатырями". С Заикиным он даже совершал трюки на аэроплане, что чуть не обернулось катастрофой - авиасредство под их весом чуть не упало на толпу зрителей. Но Зикин, будучи пилотом, успел направить судно в другую сторону.
"Я с каким-то странным равнодушным любопытством видел, что нас несет на еврейское кладбище, где было на тесном пространстве тысяч до трех народа", - писал Куприн.
Также Александр Иванович часто судил борцовские поединки в цирке "Модерн" в Петербурге и стал основателем первого атлетического общества в Киеве, вместе с врачом Евгением Гарнич-Гарницким.

Поэтесса была увлечена разными видами спорта и меняла их чуть ли не каждый сезон. Она часто возвращалась в родную Одессу, где плавала в Чёрном море. Этот вид спорта тогда считался "неженственным", но поэтесса никогда не стеснялась фраппировать обывателей.
"Вы знаете, в каком виде тогда барышни ездили на пляж? Корсет, сверху лиф, две юбки - одна из них крахмальная - и шелковое платье. Наденет резиновую туфельку и особую шапочку, войдет в воду, плеснет на себя - и на берег. И тут появлялось чудовище - я - в платье на голом теле, босая. Я прыгала в море и уплывала часа на два. Возвращалась, надевала платье на мокрое тело - платье от соли торчало на мне колом".
Зимой Ахматова ходила на лыжах, ей это давалось легко, а ещё одним её увлечением была художественная гимнастика, которая стала популярна во время Серебряного века. Частенько Анна Андреевна устраивала домашние вечера, где часто демонстрировала зрителям свою гибкость.
"Ахматова выступала как "женщина-змея"; гибкость у нее была удивительная: она легко закладывала ногу за шею, касалась затылком пяток, сохраняя при всем этом строгое лицо послушницы", - писала современница поэтессы.