Не понравился – в расход: как расправлялась с неприятными людьми скромная медсестра? (6 фото)

Как это было с Гонорой Келли – девочкой, появившейся в семье ирландских иммигрантов в 1854 году.

Мать малышки ушла из жизни от туберкулеза, когда дочке был всего год от роду. Отец впал в длительную депрессию. Да настолько глубоко, что выйти уже не смог, и девочку отправили в детский дом.

В пятилетнем возрасте малышку удочерили, сменив имя на Джейн Топпан. Новые родители видели в девочке прислугу, а не любимого ребенка. Но Джейн смогла извлечь из своего положения максимум выгоды и стать очень популярной в школе. Потому что умела виртуозно лгать.

Она с вдохновением врала, что ее отец живет в Китае, а красавица-сестра замужем за британским лордом. Впрочем, с учетом жизненных обстоятельств уход в мир фантазий возможно был для девочки способом защиты.

Некоторое время подросшая девушка вела благопристойный образ жизни: служила горничной у приемных бабушки и дедушки, а затем у сводной сестры. Все перевернулось, когда Джейн уже, будучи взрослой женщиной в возрасте за 30, решила сменить род деятельности и стать медицинской сестрой.

За добрый и открытый нрав коллеги и пациенты даже прозвали женщину Счастливая Джейн. С симпатичными ей больными у медсестры устанавливались тесные эмоциональные связи, и она даже сознательно превышала дозы лекарств, чтобы те побыли в больнице еще пару недель.

А вот с теми, кто ей не нравился, она попросту расправлялась. Сперва травила морфием, а потом начала экспериментировать со смесями препаратов. Что поразительно, делала она это исключительно из научного интереса, а не с целью сокрытия преступления.

Она заворожено наблюдала, как уходят из жизни отравленные ею люди. По признанию Джейн, испытывала от этого эротическое возбуждение и получала сексуальную разрядку.

Понятно, что в то время медицина была в зачаточном состоянии, и люди умирали постоянно. Общественность возмутил тот факт, что милая сестричка присваивали себе имущество покойных.

Из больницы даму попросили, и она начала частную практику сиделки. В основном специализировалась на стариках, с которыми с восторгом расправлялась. Ну, а зачем они нужны, небо коптить? Организовала и путешествие в один конец сводной сестре Елизавете, планируя выйти замуж за овдовевшего мужа родственницы. Следом отправилась экономка семьи.

Но что-то пошло не так: Орамел Бригам не проявил к Джейн интереса, и та пошла проторенным  путем – попыталась отравить несостоявшегося супруга. Но это было уже верхом  глупости, поскольку череда смертей в одной семье выглядела очень уж подозрительно.

Вскрытие показало следы яда. И отравительница отправилась туда, где ей давно следовало находиться.

В 1902 году Счастливую Джейн судили, признав невменяемой. Поскольку человек, спокойно совершивший как минимум 30 убийств (а на деле их было в разы больше) не может быть нормальным.

Обвиняемая протестовала, но точку поставили ее же собственные слова: Бригам заявила, что не чувствует ни вины, ни раскаяния в содеянном. Присяжные поддержали приговор о признании женщины невменяемой. Психопатка отправилась в лечебницу, где провела остаток жизни и скончалась в солидном возрасте 87 лет. Медицинский персонал вспоминал, что когда болел кто-то из пациентов, Счастливая Джейн радостно бормотала: «Принесите морфий, мед, и мы пойдем в палату. Будет весело, мы увидим, как они умрут».