58 дней

— Да уж, последняя бутылка была лишней, — улыбнулся его друг, — слушай, там дед какой-то сидит, давай на другую?
— Сань, не напрягай! Подвинется! Если я сейчас не подлечусь, ты меня до другой лавочки на себе потащишь.
Два друга, подошли к скамейке и, усевшись, открыли бутылки. Старик, лишь слегка покосился на них и снова погрузился в свои мысли, видимо, решив обойтись без нравоучений.
— Два месяца, Сань! Два месяца зарплату не платят! Всё завтраками кормят, — продолжил начатый ранее разговор, один из парней.
— Ну оклад то, наверное, выплачивают?
— А что мне оклад? Копейки… Все продажники на процентах живут. Они их и не выплачивают. Говорят — доллар, санкции… В общем, бред всякий.
— Да уж, я тоже собирался со своей в сентябре в Турцию сгонять, а теперь из-за этого доллара никуда не поедем, наверное.
— А цены видел? Вчера зашел в магазин, офигел просто! Сыра нет нормального, а какой есть — цена в два раза больше, чем раньше была! Мясо вообще на вес золота! Как жить то? Куда правительство смотрит?
— А у меня ж тачка кредитная. Как выплачивать, не знаю. Еще Катька со своим айфоном… Теперь она хочет шестой.
— Не, ну шестой то поприкольней будет, — Леха отхлебнул из бутылки и зажмурился, — о, вроде легчает.
Старик, все это время сидевший без движения, повернул голову в сторону парней.
— Ребят, а сколько, говорите, зарплату не платят?
— Два месяца, дед, не платят! Два месяца! Это не страна, а… Не знаю, как назвать! Валить отсюда нужно! Срочно!
— Два месяца, — протянул старик, — 58 дней — это тоже почти два месяца.
— Дед, а ты прям Капитан Очевидность! А что за точность? До пенсии уже дни считаешь? — Леха растянулся в улыбке, радуясь своей шутке.
— Тяжело вам, наверное, ребят?
— Тяжело? Дед, ты посмотри, что творится! Доллар сколько уже? 73? Цены растут! Жена в одной шубе второй год ходит, в клуб отдохнуть не выберешься… Про бензин вообще молчу! Что за фигня? У тебя, дед, наверное в молодости не было таких проблем! Все бесплатно, квартиры просто так давали, на работу устраивали, ипотек не было! Рай, а не жизнь. А сейчас — хочешь жить, умей вертеться. Посмотрел бы я на тебя, если бы тебе два месяца зарплату не платили! Или пенсию, что там ты получаешь?!
— Да, ребят, тяжко вам… У нас и правда, наверное, попроще было всё…

***
Два солдата сидели на бетонном полу у развороченного окна, прижимаясь спиной к остаткам уцелевшей стены.
— Вась, что они стреляют все время, а?
— Да делать им, наверное, нечего, вот и стреляют, — устало улыбнулся боец.
— Сколько мы уже тут, не помнишь? А то у меня после вчерашнего обстрела голова до сих пор гудит.
— Не знаю. Месяца полтора, наверное. Не меньше… Возьми вот, воды выпей, полегчает.
Солдат протянул флягу и аккуратно выглянул из-за стены.
— Сейчас опять пойдут. Отдохнут немного и пойдут. На кой черт им этот дом сдался? У тебя табачка не осталось, Федь?
— Ага, один сплошной табачок… Давно уже нету.
— Покурить бы сейчас, — Василий вздохнул, — ничего, справимся. Сейчас добьем эту гадину… Не мы, так товарищи наши добьют. Ничего, Федь, ничего… Это так, трудности временные. Еще немножко потерпеть нужно, — Василий пошевелил ступней, — вот только сапоги уже есть просят. Второй год в одних хожу.
— Почты уже два месяца нет. Как там жена моя? Живая? Мы с ней собирались к морю съездить. Мечта у нас такая была. Да вот теперь, не скоро, видать, получится.
— Съездишь еще, не переживай! И внуки твои еще съездят! Слушай, а в Турции какое море?
— А черт его знает! Турецкое, наверное, — солдат помолчал, задумавшись, — связи до сих пор нет? Не знаешь?
— Нету. Немцы всё распахали. Вот бы какой нибудь аппарат нам, чтобы без проводов был. А то сколько связистов уже там лежит… Вчера шестого с катушкой убило.
— Шестой уже… — Федор отхлебнул из фляги, — о, вроде легчает…
Солдаты пару минут посидели молча.
— Ничего, Вась! Тяжко нам, а детям нашим, наверное, проще будет!
Василий хотел было что-то ответить, но его слова утонули в грохоте надвигающегося огненного ада.
— К бою!..

***
Последнее письмо немецкого солдата Эриха Отто, отправленного из Сталинграда.
4 января 1943 года:
«…58 дней мы штурмовали один – единственный дом. Напрасно штурмовали… Никто из нас не вернется в Германию, если только не произойдет чудо. А в чудеса я больше не верю. Время перешло на сторону русских.»

P.S.
Что сейчас для нас 58 дней?
Две невыплаченные зарплаты.
Два просроченных платежа по кредиту.
Рост курса доллара на 45 рублей.
Одна отмененная поездка на отдых за границу.
Четыре перенесенных похода в ночной клуб.

Действительно, тяжко жить стало.
Как хорошо, что нас не слышат те, для кого 58 дней превратились в 58 ежедневных встреч со смертью. Один дом в Сталинграде, который оборонял отряд сержанта Павлова, вся немецкая армия не могла взять 58 дней. Так и не взяла.