Про традиционные ценности (5 фото)

Стиль и жанр этого потерянного рая весьма разнообразен и зависит в основном от возраста грезящих.
Ускоренно двигаясь назад и перескакивая некоторые исторические вехи, можно со вкусом идеализировать допетровскую Россию, трепетно любить времена Ивана Грозного, тосковать по Византии, а особо оригинальные натуры могут обнаружить свой идеал в Руси языческой.

Но суть любого варианта проста и пронзительна.

Сначала все шло хорошо, своим особым путем.

Была высокая нравственность и весьма полезные и приятные традиции.

А потом налетели вихри буйные – и все пошло кувырком.

Мораль пала, духовные скрепы расшатались и заржавели, высокие ценности забылись и заменились черной мерзостью.

И вот теперь мы тоскуем, который век пытаемся возродить, однако происки врагов мешают.

Иногда кажется, что современный российский обыватель представляет себе прошлое в основном по кинофильмам, где герои, что в девятнадцатом веке, что в девятом, имеют белоснежные зубы, красивую одежду, чистую кожу и высокие моральные принципы.

Но вот я, например, полностью отдаю себе отчет в том, что руки современной женщины выглядят неплохо по той причине, что лет двадцать назад она перестала ими стирать. У неё есть стиральная машина, которой не было в доме её родителей.

И в подростковом возрасте девочкам самым жестким образом прививались навыки ручной стирки и правильного отжимания половой тряпки. Считалось, что все это просто обязана уметь делать любая барышня, иначе замуж не возьмут.

Это были традиционные ценности, оказавшиеся совершенно ненужными два десятилетия спустя..

Когда-то люди не мыли рук. И это тоже было ценностью.

Венский доктор Земмельвейс, призвавший к этому своих коллег-врачей в конце XIX века, подвергся настоящей травле.

А как же возражало медицинское сообщество против наркоза!

Операции на орущем от боли пациенте – вот что полезно, веками проверено, а потому в высшей степени нравственно.

Но это еще что!

Были времена, когда все верили, что Солнце в высшей степени традиционно вращается вокруг Земли, а еще раньше – что Земля плоская и покоится на трех высокоморальных слонах, в свою очередь опирающихся на панцирь добродетельной и чистой помыслами черепахи.. Представим себе доисторический диалог между приверженцем традиций дедушкой-каннибалом и его прогрессивным внуком.

Внук говорит: «Не стану я, дедушка, кушать человечины. Такой вот я аутсайдер и либераст».
Дедушка негодует: «Ну на что вы годитесь, молодое поколение? Ты подумай, не съешь мозг врага – будешь глупый. Не съешь его сердце – будешь трус.
Так же все наше племя выродится!»..

Если бы машина времени существовала, тоскующим по прошлому непременно стоило бы отправиться в небольшой тур.

Людям, переживающим из-за распространения СПИДа, полезно было бы посетить средневековый город, зараженный чумой. Пообщаться с его жителями, не имеющими ни микроскопов, ни медикаментов, а главное – элементарных знаний о том, что это за зараза и как она передается.

Сокрушающимся о низком боевом духе армии посмотреть на какую-нибудь знаменитую битву и задуматься над тем, что на протяжении всей истории человечества война считалась нормальным состоянием общества и естественным занятием для мужчины.

И вспомнить, что конвенция о гуманном обращении с военнопленными была принята только в 1929 году.

Никому не нравится Гуантанамо, но не нужно грезить о том, что раньше Гуантаномо было бы лучше.
Его бы не было вообще, потому что пытки были делом обычным.. Женщинам, переживающим из-за распада института традиционной семьи, хорошо бы осознать, что их семья была бы чрезвычайно крепкой, если бы родители продавали их в нерушимый брак по своему усмотрению.

И муж, от которого, кстати, вплоть до середины ХХ века нельзя было уйти официально абсолютно никак, вполне мог оказаться геем.

А что до любви на всю жизнь, то любовь эта прекрасно удается, если продолжительность этой жизни невелика.. Ехал юноша незнакомым городом, увидел в окне красотку, влюбился.
Через неделю умер на поле брани или от чумы.
Или пусть даже женился на красотке.
Через пару-тройку лет она умерла в очередных родах.
А он – попозже.
На поле брани или от чумы.
Вот вам и любовь длиною в жизнь.
Это, конечно, Средневековье, но и позже случались огорчения.

Помнится, героя одного из чеховских рассказов, едущего с дачи в столицу, просили привезти гробик для соседского младенца. Да, рожали, конечно, всех. Потому что половина умирала в детстве.

Великий сценарист Тонино Гуэрра сказал: «Мы продлили человеческую жизнь и разрушили моногамный брак. Невозможно любить одного и того же человека пятьдесят лет».

Вам не нравится?

Так что станем делать? Отменять развод или умирать пораньше?

То, что многим представляется идиллическими нравами людей прошлого, чаще всего – лишь побочный эффект удручающих жизненных условий.

Конечно, всегда были отдельные личности, проявлявшие удивительные нравственные качества, совершавшие выдающиеся поступки, дарившие миру высокие идеалы. Но устремлены все они были в будущее, а не в прошлое. И часто отдавали себе отчет в том, что поймут их только будущие поколения.
Современные представления о морали и нравственности на протяжении всей истории формировались аутсайдерами, а не традиционалистами.

Абсолютная ценность жизни, свобода выбора, сострадание каждому…

Попробуйте объяснить это не Франциску Ассизскому, а хотя бы его папе.. Раньше не было лучше, чем сейчас.

Регрессы общества не в счет, они никогда не бывают абсолютными. Настоящее время всегда лучше прошлого, и именно прогресс рождает высокие моральные стандарты.

И эти веками выпестованные стандарты мы почему-то пытаемся наложить на сформированную кинематографом благостную картинку исторического прошлого.. Современный среднестатистический россиянин желает вернуться в золотой век, сохранив при этом все свои права в настоящем и надежно оградившись от пугающего будущего.

Чтобы айфон, как сейчас, но безвозмездно пожалованный добрым градоначальником.

Чтобы антибиотики и хирургия с наркозом, но без абортов и эвтаназии.

Брак по любви, но с пожизненной гарантией.

Боевая армия без войн, сексуальная свобода без гомосексуализма.. Тоска по прошлому, которого никто не видел, а увидев, едва ли согласился бы в нем жить, скорее всего – тоска по собственному детству.

Когда все мы находились под кажущейся любому ребенку нерушимой защитой родителей и не знали, что в мире существует зло.

Опасный миф о золотом веке, все еще реальный для многих из нас, – следствие неизлеченного инфантилизма.. Русские вообще склонны воспринимать мораль исключительно как систему простых запретов, причем в основном – сексуальных.

Это тоже весьма по-детски.

Сделайте нам как в пять лет, когда мы ни о чем таком не знали и жили спокойно и счастливо.

По инерции верится, что и когда-то в прошлом, как в детстве, эта система была отстроена так идеально, что людей не терзали эротические фантазии или по крайней мере никому не приходило в голову пытаться их осуществить.

Но и это – заблуждение.