Михаил Ульянов: 15 лучших ролей в советском кино (16 фото)

Фильмография Михаила Ульянова насчитывает более 100 работ. И это тот случай, когда дело не в количестве, хотя оно свидетельствует о невероятной востребованности и популярности исполнителя. Михаил Александрович, обладавший невероятным талантом и актерским мастерством, создал в советском и российском кино так много ярких, мощных образов, что оказалось невозможным вместить их обзор в привычный формат "топ-10".

Дом, в котором я живу (1957)

Роль – геолог Дмитрий Каширин.

– Но чтобы быть геологом, знаешь, что нужно? – Знаю... Скажете, нужно хорошо учиться. – Смотри, какой догадливый! Но кроме этого еще надо уметь рано вставать, когда все спят. Когда холодно и вставать не хочется. Хорошенько чистить зубы. И отправляться в дорогу.

– Ну вот я вернусь и больше никуда не поеду. И я обещаю тебе, что ничего там со мной не случится. – А мне не тебя, а себя жалко. Понимаешь? – С трудом.

– Ведь жизнь одна, Митя. – Да, одна. В том-то и дело, что одна.

Добровольцы (1958)

Роль – Николай Кайтанов.

Я, понимаете, на Днепрогэс – рано было, на Магнитку не пустили, а на Амур – в армии служил. А тут первое метро. Как же не волноваться. А вдруг не примут!

Вот что, детка, не шуми. Мы на всякое дело готовы. Откатка так откатка, нам все равно.

– Нет, ребята, мы неверно живем. Славка, неверно мы живем! У меня сын вырос, а много я его видел? Мало! А тебе, Лелька, я много красивых слов говорил? – Мало! – Ну вот, это же возмутительно.

– Из дому я теперь ни на шаг. Что, не верите? – Ага. – Правильно.

Простая история (1960)

Роль – Андрей Егорович Данилов, секретарь райкома.

Сдавайся, сдавайся, Иван Иваныч. А главное, уши береги!

Хватка у вас дай бог каждому!

– Значит, мы понравились друг другу? – Угу. – Приятнее будет работать вместе.

– А мы хотели просить принять их к себе. – Объединяться, что ли? – Да. – Нет. Своих забот, знаете ли, по горло. – Выходит, я о вас лучше думал. – И я о вас лучше думала.

Битва в пути (1961)

Роль – Дмитрий Алексеевич Бахирев, главный инженер.

Не понимаю я завода, Катя. Не могу разобраться, где концы, где начала.

Что нас занесло сюда, ч то мне здесь нужно? Масштабы? Положение главного инженера, деньги, на черта все это! Сидели бы мы с тобой на Урале, Катя. Наш завод был поменьше, но там было все понятнее, здоровее.

– Семен Петрович, я не диспетчер и не толкач. Это не моя функция. – А для чего же существуешь ты, и в чем твоя функция? – Функция главного инженера заключается в том, чтобы видеть перспективы завода и вести его к этим перспективам.

Председатель (1964)

Роль – Егор Иванович Трубников, председатель колхоза.

А ну, бабы, закрой слух!

Да, хорошо поговорили. Вот только в колхозе я заставлю вас всех работать: и тебя, и ее, и старших ребятишек. И не думайте отвертеться, я человек жестокий.

Вам будет трудно, особенно поначалу. Спасение одно – железная дисциплина. Дружная семья и у Бога крадет.

Правда, агронома выбирать надо, как свою жену.

Веселый жених у твоей невесты!

Братья Карамазовы (1968)

Роль – Дмитрий Карамазов.

Вот здесь уже пятый день царицу свою стерегу.

Эх, Алешка, взял бы я тебя сейчас, прижал к груди так, чтобы раздавить. Ибо по-настоящему (вникни! вникни!), по-настоящему люблю только одного тебя. Одного тебя, да еще одну подлую, в которую влюбился, да с тем и пропал.

Но влюбиться, не значит любить. Влюбиться можно и ненавидя. Запомни это.

Эх, Алешка, страшно много бед дано человеку на Земле терпеть. Страшно много.

Нет, широк человек! Слишком даже широк!

Освобождение (1968-1971)

Роль – Георгий Константинович Жуков.

Верховный торопит.

На войне каждому генералу кажется, что главный удар приходится на него.

От Одера до Берлина – сплошная система оборонительных сооружений. Поэтому командование фронтом решило навалиться на противника с такой силой, чтобы ошеломить и потрясти его до основания.

Передай! Наше условие одно – безоговорочная капитуляция. Огонь прекратить через 15 минут. Пленных будем принимать у Бранденбургских ворот. Всем гарантируем жизнь.

Бег (1970)

Роль – генерал Григорий Лукьянович Чарнота.

Поеду-ка и я с тобой. Куда-то ехать... Ехать надо. Думал в Мадрид, да в Париж как-то пристойнее.

А ты азартен, Парамоша!

Парамоша, ты что? Разве в каком-нибудь банке выдадут двадцать тысяч человеку, который пришел без штанов?

Ну, Парамон! Я, грешный человек, нарочно бы записался к большевикам, чтобы тебя расстрелять! Расстрелял бы и мгновенно обратно выписался.

Когда вас поведут в рай, я буду сидеть там у ворот и передо мной будет лежать шляпа. Я буду сидеть там тысячу лет и просить, и никто не подаст. Никто!

От смерти я не бегал. Но и специально на смерть не поеду.

Самый последний день (1972)

Роль – Семен Митрофанович Ковалев, участковый уполномоченный.

– Погодка-то стоит, Семен Митрофаныч! – Погодка стоит. – Градусов двадцать пять обещают. – Двадцать одно.

– Ведите задержанную. – Я хотел сказать, что она сверху только злая, а если к ней по-доброму, сама потом придет и все расскажет.

Девушку обидеть просто, это как игрушку сломать. А как ей, сломанной, потом детишек-то своих воспитывать?

Босиком иной раз походить хочется, очень хочется. Вот какой факт получается.

Позови меня в даль светлую (1977)

Роль – Николай, брат Груши.

Ну кто ж тебя толкает-то Груш. Ну приглядитесь, посмотрите. Я ведь думаю, он тоже ведь не бросится так, сломя голову. Только имей в виду, главная штука, алименты с него здоровые дерут.

Идет! Идет с портфелем! Не суетись, тоже ведь не в поле обсевок!

Кто же задачник как художественную литературу читает?! Менделеев, язви его в душу, нашелся!

Эх, Витька, махнулся я бы с тобой годами. Махнулся бы не глядя. Я бы не только учиться, я бы черту рога свернул. Главная штука, знаю теперь, как свернуть-то можно.

Тема (1979)

Роль – писатель Ким Алексеевич Есенин.

Зачем менять место своего пребывания, если я сам не изменюсь уже никогда?

Писатель! Пушкин пять языков знал, а я ни черта.

Я понимаю вашу улыбку. Я никудышный драматург, ничего серьезного в жизни не написал и уже, наверное, не напишу. Я выдохся и стар.

Если я сам знаю про себя, что давным-давно кончился. А, может быть, никогда и не начинался.

Ощущение такое, будто ласточку убил.

Последний побег (1980)

Роль – Алексей Иванович Кустов, воспитатель в спецшколе-интернате.

Ну все, как говорится, всех благ! "До свидания" у нас не положено говорить. Свиданий здесь больше не должно быть!

Дождался? Ну, живи, Александр, инструмент не бросай. Музыка – всегда кусок хлеба.

ЭХ, телка, разоделась! Тут же не "Артек", понимать надо.

Это ты что, инвентарь ломать? Ишь ты! Ты его сколотил, ты? Нет, я его сколотил, я и ломать буду.

– Врете, вы все врете! – Когда я тебе врал? Когда?! – Никто за мной не приедет, нужен я им. – Эх, Витюха, да я за двадцать лет здесь такое видал. И то пацаны держались.

Транзит (1982)

Роль – архитектор Владимир Сергеевич Багров.

Совершенно верно, я большое дитя. Люблю, чтобы мои желания исполнялись.

Со мной ссориться, как с медведем целоваться: удовольствия на грош, а неприятностей не оберешься.

Все хорошо. Все уважают. А вокруг пустота. Вот это и есть Доска почета.

Устал. Устал от знакомого болтуна, незнакомого визитера, от дамы, известной своей злостью... От процветающих обличителей, от правоверных зануд, а больше всего устал от себя.

Положение мое блестящее, но не безнадежное.

Частная жизнь (1982)

Роль – Сергей Никитич Абрикосов.

Объединяются два предприятия. Одно из них твое. Идея объединения тоже твоя. А руководить назначают кого-то другого.

Пенсия персональная, возраст подходящий. Все правильно.

Копаться в огороде я не буду. Дачу нужно освобождать.

Раньше-то имел дело только с начальниками и подчиненными. А теперь вот такое преимущество – видеть тех, кого хочешь.

В этой сутолоке можно прожить двадцать лет и не встретить знакомого человека.

Без свидетелей (1983)

Роль – Он.

Ты хотела, чтобы я вернулся, остался, приспособился к твоему мелкому шагу фальшивой монашенки. А я был создан для другого.

Вот так, мой милый, и податься некуда, как в страшном сне. Протрезвел даже.

На то она и память женская, хитрая, хозяйственная: запомнить, на всякий случай узелок завязать.

Ну ладно, поиздевались, хватит. Надо кончать эту комедию.

Неужели тут рядом, совсем близко, есть другая жизнь, где живут по другим правилам, где живут так доверчиво и просто! Господи, что, неужели можно жить так просто?