Падение Кенигсберга

Первоначально штурм Кенигсберга был назначен на 5 апреля, в этой связи предполагалось 1 апреля начать артиллерийский обстрел немецких позиций. Однако свои коррективы внесла погода: из-за сильного дождя и тумана огневую разведку перенесли на 2 апреля, а штурм столицы Восточной Пруссии — на 6 число.

Историк Геннадий Кретинин:

«Естественно, не вся 106-тысячная группировка советских войск принимала непосредственное участие в штурме. Укрепленные рубежи и позиции противника преодолевали специально подготовленные подразделения в количестве около 25 тысяч человек: штурмовые группы и штурмовые отряды, основу которых составляли стрелковые роты из активных бойцов… Таким образом, в непосредственном штурме Кенигсберга участвовали подразделения, по численности значительно уступавшие оборонявшимся. Конечно, при поддержке сил и средств всех родов войск 3-го Белорусского фронта».

Между тем в состав гарнизона Кенигсберг входили части, обладавшие богатым опытом боестолкновений на восточном фронте. Кроме того, немецкие войска имели преимущества перед Красной Армией: они занимали прекрасно подготовленные рубежи обороны, рассчитывая продержаться до конца войны. Но их планам не суждено было сбыться. Советские войска умели преодолевать глубоко эшелонированную оборону.

Из воспоминаний офицера разведотдела 3-го Белорусского фронта Афанасия Григорьевича Синицкого:

«В город нашим разведчикам проникнуть не удалось, но показания пленных свидетельствовали о том, что многие здания были превращены противником в опорные пункты, кое-где на улицах были сооружены или сооружались баррикады».

Из воспоминаний командующего 11-й гвардейской армией Кузьмы Никитовича Галицкого:

«За всю войну мы еще не встречали таких укреплений, какие были созданы в Кенигсберге. В сущности, это был крупнейший укрепленный район, рассчитанный на длительное сопротивление даже в условиях полной изоляции».
Утром 6 апреля была проведена трехчасовая артподготовка, после чего около обеда советские штурмовые отряды двинулись вперед. При поддержке танков и самоходных артиллерийских установок пехотинцы, огнеметчики и саперы прорывались через оборонительные укрепления первого рубежа, блокируя форты и доты, ликвидируя огневые точки в траншеях. В этот день была перерезана железная дорога, соединяющая Кенигсберг и Пиллау.

Второй день стал решающим. Позади советских войск оставался фортовой пояс, бои развернулись в самом городе. Германское командование теряло управление своими силами.

С утра 9 апреля сопротивление продолжалось лишь в нескольких городских районах. Был организован артобстрел по последним, оставшимся еще в руках немцев, опорным пунктам, в числе которых был Королевский замок. Готовился последний удар — общий штурм, который должен был начаться в 19 часов 45 минут. В тот момент, когда все было предельно ясно, начались переговоры о капитуляции.

На одной из городских стен красовалась надпись: «Слабая русская крепость Севастополь держалась 250 дней, а Кенигсберг не будет сдан никогда». В итоге на штурм города-крепости Кёнигсберг ушел 81 час.

Немецкий историк Фриц Гаузе:

«Гитлер был в бешенстве и приговорил Ляша к смертной казни… Защитники лелеяли надежду, что они смогут беспрепятственно покинуть город, если удержат его до конца всех военных действий; примеров тому из прежних войн имелось предостаточно».