Веселая курсантская жизнь

P.S. На фото: 5 (спортивный) взвод 7 роты на тактическом поле в Ногинском учебном центре, 1983 г.
Фото Димы Березовского.

И всё-таки, хороший праздник Новый год! Ведь если бы не Новый год, поехали бы мы на очередной выезд в Ногинск уже в субботу. А так, как белые люди, поехали только в понедельник третьего января. Завтрак в пять тридцать. Выезд в семь. В крытых ЗИЛах ужасный холод. Но когда это холод мешал нашим курсантам сладко спать. На марше? Да, никогда! Просыпаемся мы уже в Ногинском учебном центре. Так как менять нам никого не пришлось, в честь Нового 1983 года нас не стали высаживать, как обычно километров за пятнадцать-двадцать до учебного центра (для совершенствования маршевой выучки), а привезли прямо до казарм. Бывает же и в нашей жизни счастье (хотя счастье наше объясняется довольно просто: до начала плановых занятий остаются считанные минуты и на совершение марша времени у нас просто нет).

Мы забросили в казармы свои вещмешки. И сразу же после этого убыли на занятия по огневой подготовке. До обеда изучали АГС-17 "Пламя". Интересная игрушка! И стрелять из неё гораздо веселее, чем из автомата.

Во вторник начались тактические занятия с боевой стрельбой. Меня впервые назначают командовать войсками. Целым мотострелковым отделением! Правда, состоящим не из мотострелков, а из моих товарищей, курсантов. Ну, да где сейчас для всех командиров наберёшь мотострелков?! Занятие проходит на стрельбище. После короткого инструктажа мы занимаем пустые окопы. Готовимся к атаке.

Я дублирую команду руководителя стрельб.

- В атаку! Вперёд! - Голос мой звучит на стрельбище, как-то по-детски. Совсем не так, как должен звучать голос настоящего командира отделения. Но, кажется, на это никто не обращает внимания. Следом за боевой машиной пехоты все лихо бросаются в атаку. А что, идти в атаку совсем даже не страшно. Бежишь себе и бежишь. Поднимаются мишени, ты открываешь по ним огонь. Ничего сложного. Тем более что мишени не стреляют в ответ.

Наводчик оператор БМП уничтожает танк противника. Правда, чуть раньше, чем я подаю ему команду. Но и на это никто не обращает внимания. Преподаватели сейчас сосредоточены на соблюдении нами мер безопасности. К тому же, уже поднимаются цели для пехоты, то есть для нас. Сначала пулемётный расчёт. Затем "бегунки".

Мы готовим гранаты. Чувствуется приличный мандраж. Нет, боевые гранаты мы уже один раз метали. "Эргэдэшки". Ручные наступательные гранаты. Как полагается, метали в движении. Перед броском передвинув сумку с противогазом на живот (преподаватели нам говорили, что противогаз сможет остановить осколок гранаты и спасти наши животы и наше мужское достоинство, мы верили в это с трудом, но испытывать судьбу всё равно никому не хотелось). После броска наклонив голову с каской. Да, всё это мы уже делали. Но раньше мы метали гранаты индивидуально, а не в составе отделения. К моему удивлению всё проходит без происшествий.

И хотя в шинелях забросить гранаты подальше не получается, тренер мог бы нами гордиться (если ты всё детство играешь в снежки, а камень является не только оружием пролетариата, но и твоей любимой игрушкой, то научиться метать учебную гранату на дальность совсем не сложно; если в спортвзводе ты полгода почти ежедневно занимаешься метанием учебных гранат на дальность, то и боевые гранаты ты будешь бросать на полном автопилоте, не стопорясь).

Сегодня мы явно перевыполняем все мыслимые и немыслимые нормативы по дальности метания гранат. А что?! Это совсем не трудно, когда у вас в руках настоящая боевая граната. Но это я шучу. На самом деле, гранаты разрываются подозрительно близко. Метрах в двадцати, не дальше. И мне кажется настоящим чудом, что их осколки никого не задевают. Хотя один из осколков попадает в ствольную коробку моего автомата. Слышится противный визг рикошета.

Майор Смирнов, преподаватель огневой подготовки, с удивлением смотрит в мою сторону.

- Ничего себе, курсант. Ты в рубашке родился - чуть было боёк от запала не поймал. Не часто такое бывает.

Я не очень хорошо понимаю, о чём он говорит. Краем глаза замечаю небольшую царапину на ствольной коробке автомата, но в это время поднимается мишень танка. И мне нужно срочно подавать команду гранатомётчику.

- Гранатомётчику! - Истошно кричу я. - Ориентир второй. Влево пятьдесят дальше тридцать. Танк противника. Уничтожить!

В этот момент из моей головы совершенно улетучиваются все знания, полученные мною на занятиях по тактической и огневой подготовке. Все коэффициенты боевой эффективности для РПГ (реактивный противотанковый гранатомёт) в наступлении и в обороне. Что уничтожить танк одной гранатой нельзя. Но кого сейчас интересуют такие мелочи?! Игорь Маркеев первой гранатой попадает в мишень. А следом поражает и вторую. Учебный танк можно уничтожить и одной гранатой.

Кажется, я счастлив. Мы разбили всех врагов. И при этом у нас никто не убит и не ранен. Что нужно делать с ранеными и убитыми, мы тогда ещё не проходили.
Мы залезаем в десантные отсеки БМП. И счастливые от того, что не нужно "чапать" пешком (ведь мы же мотострелки, а не пехота!), возвращаемся на исходный рубеж.

После обеда мы заступаем в караул. Но и он проходит без происшествий. Затем день занимаемся вождением БМП и бронетранспортёров на танкодроме. И всего лишь один день (обычно два) остаётся у нас на тактическую подготовку. Тема: "Оборона в лесу" Динамика боя увлекает. Мы не обращаем внимания на усиливающийся мороз. Нам весело. И это очень здорово, что кроме позиционной обороны есть ещё и маневренная. Маневренная оборона нам нравится больше.
Но это только зимой. Ведь летом нет ничего приятнее, чем поспать где-нибудь под кустом в глухой позиционной обороне. Хотя мы научились спать и зимой.

Это на первом курсе после суточного полевого выхода поутру ротный гулял по тактическому полю. И во все отверстия в сугробах, из которых поднимались тонюсенькие струйки теплого воздуха, забрасывал шашки с хлорпикрином. Уже через мгновение из-под сугроба вылетали очумелые курсанты. Нет, на втором курсе этот номер с нами уже не проходил. На втором курсе мы уже спали в противогазах.

Ведь, как говорил нам преподаватель ЗОМП (защита от оружия массового поражения), противогаз - лучшее косметическое средство. При его постоянном ношении кожа лица становится гладкой и хорошо увлажняется.

Мы своим преподавателям верили. И спали в противогазах. А что, под снегом было тепло. Накроешь окоп плащ-палаткой. Оставишь небольшое отверстие для воздуха. И спи себе спокойно! Но ротный утром всё равно что-нибудь придумает. Вот ведь не спится человеку! А ведь, казалось бы, нашёл себе хорошенький окоп, накрылся бы плащ-палаткой...

После занятий был традиционный марш-бросок. Шесть километров от тактического поля до учебного центра. Точнее даже не марш-бросок, а сказка. Обычная армейская сказка, сюжет которой извилист и непредсказуем, как полёт летучей мыши. Не самая весёлая сказка. Но главным сказочником в ней, как обычно, выступает командир взвода.

И начинается эта сказка с легкой двухкилометровой пробежки. А затем всё, как обычно.

- Противник справа. Взвод, на рубеж: кусты - овраг, к бою!

Выдвигаемся на указанный рубеж. Падаем в снег. Дыхание сбито, зато нас догоняют отставшие. Ещё два километра. Снова "противник", но уже слева. Ещё километр. "Вспышка справа"! Ещё семьсот метров.

- Взвод, к бою! На рубеж двадцать метров по-пластунски вперёд! Противник применил химическое оружие. Взвод, газы! В направлении опушки леса в атаку вперёд!

Так нас учат держаться на марш-броске всем вместе. И не отставать. Минут через пятнадцать мы возвращаемся на отметку 137,0 (западная граница учебного центра). К казармам подходим, как и полагается, с песней. Уставшие, но не побеждённые. Командир взвода объявляет всему личному составу взвода благодарность за отличное исполнение строевой песни. И напоследок приказывает выполнить по двадцать отжиманий. Вот так всегда! Идём сдавать оружие. И на обед.

После обеда занятия по военно-инженерной подготовке. Изучаем взрывное дело. Готовим заряды. Взрываем их. Классно!!!

А всё утро субботы обслуживаем боевую технику. После вождения, огневой и тактической подготовки ей досталось на полную катушку. Механики-водители из БОУПа (батальона обслуживания учебного процесса) всё ещё пытаются на нас покрикивать. Но уже всё реже и реже. Не первый курс, чай! Да и мы уже начинаем разбираться в технике без подсказок, хотя возиться с ней нравится далеко не многим.

После обеда сдаём казармы. И начинается марш в сторону родной столицы (если быть более точным, то всего лишь к нашей колонне машин, что, как обычно, ожидает нас километрах в пятнадцати-двадцати от учебного центра). Маршрут обычный: Починки - Ямкино - Воскресенское - Авдотьино. Мы идём рядом с Игорем Маркеевым. Потихоньку болтаем. За разговором время идёт незаметно. И через два часа встречаем первый батальон. Бедные, им ещё столько топать!

Через полчаса мы выходим к колонне машин. И через полтора часа уже в училище. Сдаем оружие. Ужинаем. И стоим в строю до двух часов ночи.

Оказывается, кто-то из наших потерял штык-нож... Интересно, от того, что мы будем стоять в строю всю ночь, нож найдётся быстрее?

Весь следующий день продолжается "кровавое воскресенье". Мы сидим в казарме. Ротный проводит разбирательства. И увольнения наши накрылись медным тазом.

Командиры взводов уехали в Ногинск. Силами первого батальона они будут искать пропавший штык-нож. Вообще-то это первая потеря оружия у нас на курсе. И мы смутно представляем, чем всё это закончится? Наверное, кого-нибудь расстреляют?! Всех?

Взводные вернулись только вечером. Ничего не нашли. И в казарме явственно повисает какое-то тревожное ожидание. Что теперь будет, никто из нас не знает. Но, к счастью, все обошлось.

(отрывок из моего романа "Кремлевцы", ч.1)

Александр Карцев, http://kartsev.eu

Мое интервью о работе командира сторожевой заставы в Афганистане - https://fishki.net/video/3488589-povsednevnaja-zhizny-storozhevoj-zastavy-v-afganistane-vspominaet-aleksandr-karcev.html